полоснув взглядом по лицу Регарди. Сидящие рядом с Управителем драганы заухмылялись, но купцы старательно отводили глаза. Лучшей реакции, чтобы заинтересовать Маргаджана, было не придумать. Варг не стал упускать удобный момент.
— Наш новый сотник Вазир узнал его, они раньше вместе служили. Этот человек называет себя халруджи, он был личным телохранителем Сейфуллаха, и, похоже, так им и остался. Неужели молодой господин Аджухам не доверяет новому правителю города настолько, что приводит с собой на праздник охрану?
Сейфуллах Аджухам был опытным бойцом и в точности до секунды знал, когда нужно начинать атаку. Он даже голову в сторону Вонючего не повернул.
— Эй, Варг, остынь, — осадил драгана Маргаджан, но в его голосе чувствовался нарастающий интерес. — Сейфуллах, почему у тебя в слугах ходит драган?
Аджухам с трудом оторвал взгляд от сцены. Он был спокоен, словно его спрашивали о погоде на завтра.
— Это не драган, а всего лишь полукровка, господин Управитель, — смело солгал Сейфуллах. — Его мать, керхийка, путалась с Жестокими из Самрии, а потом продала ребенка на рынке кому-то из Балидета. Вот и получился — с виду драган, а душой — то ли керх, то ли кучеяр, одним словом — дитя пустыни. Прошлый хозяин держал его в стойле для скота, от грязи у него началось воспаление глаз, и он ослеп. Грустно, правда? Но он умный. Я не очень силен в драганском языке, поэтому взял его с собой, чтобы не оскорбить вас случайным непониманием. А что касается его боевых способностей… Ну, курицу он зарезать сможет. Я как-то выставил его на шуточные бои против слуги одного купца из Шибана. У шибанца не было рук, только ноги. Вышла ничья, но мы тогда славно повеселились. Думаю, Вазир как раз о том бое вспомнил. Кстати, насчет Вазира хочу дать совет. Отличный воин, но похотливый. Помню, в лагере перепортил мне всех слуг-мальчишек. Они потом ленивые становятся и работают плохо. В общем, учтите.
Со стороны Маргаджана и свиты грянул взрыв хохота, а Арлинг постарался не сильно сжимать челюсти, чтобы не было видно, что слова Сейфуллаха хоть как-то его задели. «Дитя пустыни» — он ему это припомнит. Впрочем, Вазиру досталось больше. Его пунцовые щеки чувствовались даже на расстоянии. Кучеяров, увлекавшихся мальчиками, в Балидете считали людьми больными и в чем-то ущербными. Худшего оскорбления для себялюбивого Вазира было не придумать. Хоть Сейфуллах и был пьян, но соображал хорошо. Мстил Арлингу за испорченный вечер, а Вазиру за предательство, и пытался переключить внимание Маргаджана на другую тему. Возможно, ему бы это удалось, если бы не вмешался Сокран.
— Милостивый господин, позволю себе поправить рассказ моего племянника, который получился настолько вольным, что, боюсь, правда в нем сильно искажена, — старший Аджухам привстал и уважительно поклонился Маргаджану, изображая борца за справедливость. Сейфуллах фыркнул и открыл рот, но дядя опередил его:
— Школа, в которой обучался слуга моего племянника, хорошо известна не только в Балидете, но и в других городах. Возможно, вы даже слышали о ней — это Дом Белого Петуха. Ее основатель называет себя иманом, и я не побоюсь сказать, что он готовит лучших воинов Сикелии. Отдать сыновей ему на обучение — мечта всех отцов, здесь сидящих. Слуга Сейфуллаха далеко не так прост и беззащитен, как кажется. Я слышал, что он был любимым учеником имана.
— Вы, дядя, слишком много курили сегодня, прошлись бы подышали, — посоветовал Сейфуллах, ничуть не смутившись. — А заодно прихвати бы с собой Вазира, да этого храброго драгана-вояку. Господа, вам что, нечем больше заняться сегодня, раз вы цепляетесь к калеке, которого и так бог обидел? Право, Маргаджан, мне кажется, вас хотят втянуть в какую-то интригу. Скорее всего, мой слуга здорово насолил всем троим, ведь у него скверный характер и дурной язык. Все это недостойно вашего внимания. На месте обиженных я бы поступил, как мужчина. Я не против, если этого слепого слегка отлупят, может, с дисциплиной у него станет лучше.
— Так он учился в Доме Белого Петуха или нет? — с любопытством спросил Маргаджан, и Арлинг услышал в его голосе нотки нетерпения.
— От этой школы давно осталось одно название, — поморщился Сейфуллах. — Она уже далеко не та, что была раньше, да и насчет хорошей подготовки ее учеников у меня лично большие сомнения. Вот у Шамир-Яффа воины — те да, настоящие головорезы, неуязвимые хищники. А у имана больше философия и оздоровительная гимнастика. Мой слуга не учился в Школе Белого Петуха, он там работал. И жил он, как я уже сказал, в стойле с ослами. Иман ужасно с ним обращался, но всем рассказывал, что этот полукровка — его любимец. Не знаю, какая уж у него там любовь была, но продал он мне его в три дорога. Если бы не его знание драганского языка, а я тогда хотел себе хорошее произношение поставить, ни за что бы не купил.
Арлинг мечтал раствориться в сизом дыму журависа, который окутывал парадную плотными кольцами. «Если стоишь прямо, не бойся, что будешь отбрасывать кривую тень», — говорил иман. Сейфуллах стоял прямо, но его качало на ветрах лжи, как корабль, оказавшийся без парусов в открытом море.
— Какой же из него воин? — Аджухам взмахнул рукой, показывая всем сидящего на коленях халруджи. — Я вам расскажу, что такое воин, о, господин. Воин должен обладать силою льва, гордостью леопарда, храбростью медведя, отмечаться терпением пчелы, выносливость осла, верностью пса и при случае — гибкостью змеи. Разве слепой может обладать этими качествами?
— Хм… мне приходилось встречать слепых воинов, — задумчиво произнес Маргаджан, с интересом переводя взгляд с Сейфуллаха на Арлинга. — Пусть он подойдет ближе. Хочу на него посмотреть.
Плохо, очень плохо. Регарди совсем не хотелось идти к Управителю, но пинок от Аджухама заставил его подняться и осторожно приблизиться к трону. Варг свирепо дышал за спиной, Вазир кипел от возмущения, Сокран глядел с любопытством, а Маргаджан смотрел так пристально, что мог прожечь в нем дыру.
Арлинг простерся ниц, уткнувшись лицом в толстый ковер. За вечер ворс впитал в себя столько запахов, что по нему можно было составлять летопись праздника. Но сильнее всего он пах Маргаджаном. Управитель обладал специфичным запахом, который Регарди заметил еще на первом приеме. Днем предводитель драганов принимал ванну с пряностями и цветами жасмина, на колене его правой ноги была повязка, пропитанная лекарственным средством — Арлинг узнал запах кровоостанавливающих трав, и еще от Управителя пахло женщиной. Похоже, во время праздника он успел не только пообщаться с купцами, но и позабавиться с кучеярками.
— Встань, — велел Маргаджан. — Как тебя зовут, слепой?
Незримое чувство опасности повисло в воздухе.
«Зачем тебе мое имя, драган? Разве тебе недостаточно того, что я склоняю
