class="p">вспышку огня прямо в мой пах.
«Эллиот», - задыхается он, голос у него рваный и напряженный. «Это потрясающее
ощущение».
Гордость раздувается в моей груди от его комплимента. Ободренный, я раздвинул его
ягодицы в стороны, обнажая тугую розовую дырочку. Жерард напрягается, и испуганный
вздох вырывается из его губ, когда он осознает мои намерения.
Я наклоняюсь и провожу плоской стороной языка по его входу одним долгим, медленном
лизании.
«Святые сникерсы!» Его задница снова прижимается к моему лицу.
Я ухмыляюсь, довольный его реакцией, и делаю это снова, проводя языком по
сжимающемуся ободку. Жерард бормочет бессвязные мольбы, пока его дырочка трепещет
и сжимается, пытаясь втянуть меня глубже. И я это делаю. направляю язык и проталкиваю
его внутрь.
Когда я проникаю в плотное кольцо мышц, Жерард издает сдавленный всхлип. Его руки
скребут по столешнице, ногти все сильнее впиваются в мрамор.
Я провожу языком в ровном ритме, проникая и выходя из дырочки Жерарда. Его вкус
опьяняет - мускусный, мужской, с нотками сладости от глазури. Я не могу насытиться. Я
зарываюсь лицом между его ягодиц, прижимаясь носом к его телу, и самозабвенно трахаю
его языком.
Бедра Жерарда дрожат от усилий, которые он прилагает, чтобы удержаться в
вертикальном положении. Его пальцы ног загибаются в пушистых носках. «Пожалуйста,
Эллиот. Мне нужно прикоснуться к себе. Могу я убрать руку со стойки? Я так близко...»
Я подумываю о том, чтобы отказать ему, чтобы продлить это еще дольше. Но отчаяние в
его тоне останавливает меня. Я отстраняюсь достаточно, чтобы прошептать в его
скользкую дырочку: «Давай, малыш. Прикоснись к себе для меня».
Жерард облегченно всхлипывает, тут же отрывая правую руку от стойки. Она летит к его
напряженной эрекции. Звук его руки, работающей над членом, громкий и отчаянный. Я
удваиваю усилия, впиваясь в него языком все сильнее и быстрее.
Я удваиваю свои усилия, погружая в него язык сильнее и быстрее. Рука Жерарда
расплывается на его члене, когда он массирует его быстрыми, неистовыми движениями.
Его дыхание становится прерывистым, перемежаясь с пронзительными стонами и
хныканьем.
«О, о! Я сейчас кончу», - предупреждает он.
Я обхватываю губами его дырочку и усердно посасываю, быстро проводя языком по
чувствительному краю, и этого достаточно. Жерард выкрикивает мое имя, его тело
напрягается, когда толстые струи спермы выплескиваются на столешницу. Его дырочка
сжимается вокруг моего языка, когда я провожу им по ней, посасывая и облизывая, пока
он не становится таким же вялым, как налитый виски член.
Он рушится вперед на стойку, задыхаясь. Я прижимаю несколько нежных поцелуев в его
трепещущую дырочку, а затем медленно встаю. Моя эрекция почти болезненно
пульсирует в джинсах, но я пока не обращаю на это внимания.
Вместо этого я беру кухонное полотенце и нежно вытираю остатки глазури и слюну с
задницы Жерарда. Он удовлетворенно вздыхает, наблюдая за моими действиями, полностью расслабившись.
Когда я закончил, я помогаю ему встать прямо и натягиваю на него треники. Жерард
поворачивается ко мне лицом, его щеки раскраснелись, а глаза остекленели. Он берет мое
лицо в свои большие ладони и притягивает меня в томный поцелуй, не обращая внимания
на то, где побывал мой рот.
Мы лениво целуемся всего несколько секунд, прежде чем голос Дрю прорывается сквозь
дымку нашего маленького мира. «Ну, похоже кто-то снял свои «остролистные» трусики».
Я оборачиваюсь и вижу Дрю, прислонившегося к дверному косяку с ухмылкой. Джексон
стоит рядом с ним, его глаза комично расширены, когда он смотрит на картину. Кухня в
беспорядке, «глазурь» Жерарда размазана по кухонный стол, и мы с Жерардом, раскрасневшиеся и растрепанные, стоим посреди всего этого.
«Я больше никогда не смогу смотреть на глазурь как прежде», - пробормотал он, бледнея.
Жерард проводит рукой по волосам и озорно улыбается. «Привет, ребята. Мы просто, эм, как раз заканчивали с печеньем».
Дрю фыркает. «О, так вот как мы называем то, что Эллиот проникается духом Рождества, распространяя праздничное настроение по всей твоей заднице».
Я застонал и зарылся лицом в ладони. Этого не может быть. «Мы можем не говорить об
этом? На самом деле, может, мы все согласимся забыть, что это вообще случилось?»
Джексон, благослови его сердце, судорожно кивает в поисках пути к отступлению и ищет
способ сбежать. Но Дрю, никогда не упускающий возможности подшутить, остается
неумолимым.
« Забыть? Ты что, шутишь? Это лучшее, что случилось за весь год! Подождите, пока
остальные ребята узнают об этом. Эллиот Монтгомери, постоянный ворчун, а теперь еще
и тайный любитель пожирать задницы».
Я поднимаю голову и смотрю на Дрю со всей яростью, на которую только способен.
«Если ты хоть слово об этом кому-нибудь скажешь, клянусь Богом, я оторву тебе яйца во
сне».
Ухмылка Дрю расширяется от моей угрозы. «Извращенно. Но если серьезно, котенок, то
не нужно смущаться. Мы все здесь взрослые люди. И, кроме того, мы же не знали, что вы
двое трахались».
Я зашипел, мое лицо запылало еще жарче. «Мы не трахались».
«Да», - говорит Жерард, положив руки на бедра и нахмурившись.
«До сегодняшнего дня мы с Эллиотом только дрочили друг другу делали минет».
Боже, дай мне сил.
Дрю разражается смехом, и я бросаю взгляд на Джексона. У него вот-вот случится
аневризма. Он задыхается, и его глаза вылезают из головы. «Мне не нужно было этого
знать. Боже, мне нужно вымочить глаза и мозг в чане с отбеливателем».
Дрю качает головой в сторону и изучает нас с выражением лица, которое в равной
степени забавное и скептическое. «Подожди, ты хочешь сказать, что вы двое еще не
заключили сделку? Никаких ударов по воротам? Никаких хоум-ранов? Никаких танцев в
конечной зоне?»
Я застонал, желая, чтобы пол разверзся и поглотил меня целиком. «Нет, Дрю, не было. И
давай, пожалуйста, перестанем использовать спортивные метафоры для секса?»
Дрю игнорирует мою просьбу, его глаза расширяются в преувеличенном шоке. «Ну, шлепай меня по заднице и зови меня Салли! Я думал, что вы двое уже как кролики, учитывая то, как вы трахаете друг друга при каждом удобном случае».
Жерард неловко сдвинулся рядом со мной, его щеки вспыхнули глубоким оттенок
красного. Я чувствую, как от него исходит смущение. «Это не так. Мы не торопимся.
Строим прочный фундамент и все такое».
Дрю мудрено кивает, поглаживая подбородок, как будто он какой-то гуру.
