«Понимаю, понимаю. Очень мудро, мои юные падаваны. Отсроченное удовлетворение может сделать
конечный результат еще слаще».
Я закатываю глаза так сильно, что это может побить мировой рекорд. «Спасибо за этот
самородок мудрости, Оби-Ван. А теперь, пожалуйста, можем мы поговорить буквально о
чем-нибудь еще?»
Дрю ухмыляется, явно наслаждаясь нашим дискомфортом. Он поворачивается к
Джексону, который находится примерно в двух секундах от того, чтобы умереть от
сердечного приступа. «Что ты думаешь, Джеки? Стоит ли нам оставить этих двух
голубков наедине, чтобы они могли продолжить свое маленькое пекарское
приключение?»
Джексон краснеет и решительно качает головой. «О, черт возьми, нет. Я не хочу
находиться рядом с этой кухней, если они собираются заниматься еще...этим. Я предлагаю
всем пойти посмотреть диснеевский фильм или что-нибудь еще, чтобы очистить наши
мозги».
Я с готовностью киваю и цепляюсь за эту идею, как за спасательный круг. «Да, отличная
идея, Джексон. Давай так и сделаем. Я даже выберу фильм».
Дрю резко вздыхает, как будто мы просим его пройти через какие-то большие трудности.
«Ладно, ладно. Полагаю, я могу отложить свои дразнилки, чтобы сохранить Джексона».
Он поворачивается на пятках, но останавливается в дверях, оглядываясь на Жерарда и на
меня с лукавым блеском в глазах. «О, и ребята? Вам стоит вытереть ту стойку, пока
Оливер не увидел ее и не устроил конфуз. Вы знаете, как он относится к чистоте».
С этой напутственной фразой он выбегает из кухни, насвистывая веселую мелодию.
Джексон следует за ним, бормоча что-то о том, что ему нужно найти свое счастливое
место.
А мы с Жерардом? Мы приводим себя в порядок и выходим из кухни, унося то, что
случилось, в свои могилы.
Глава тридцать шесть
ЖЕРАРД
Пройдя в свою комнату, я опускаюсь в кресло и открываю ноутбук. Честно говоря, я не
думал, что Ледяная Королева послушает меня и перестанет упоминать Эллиота в своем
блоге. Она была очень недовольна этим в своем посте на День благодарения, и я был
полностью готов разорвать с ней все связи.
Но она справилась, и я не могу этим не гордиться. Конечно, это значит, что теперь я
должен посылать ей фотографии своих ног. Не знаю, о чем я думал, когда предлагал, но
раз уж я человек слова, пора выставить свои лучшие ноги вперед.
Я поднимаю одну ногу и кладу ее на край стола, не спеша изучить ее размер. Моя нога
огромна, она легко переплюнет беспроводную мышь рядом с ней. Я никогда не думал о
своих ногах как о чем-то большем, чем то, что доставляет меня из пункта А в пункт Б. То
есть я понимаю привлекательность красивой попы или сильной пара рук. Но ноги? Это
просто... ноги. Верно?
Я поворачиваю лодыжку, наблюдая за тем, как мои толстые носки «Денвер Бронкос»-
Эллиот подарил мне их на Рождество! - медленно спускаются вниз, обнажая тонкие
светлые волоски.
Сгибая пальцы ног, я наблюдаю, как под кожей пульсируют сухожилия, заметные даже
сквозь приятный хлопок. Я провожу пальцами по верхней части стопы, нежно массируя
ее.
Внезапно я вижу свои ноги в совершенно новом свете. Они легко несут меня по льду и
разгоняют меня до бешеной скорости. В них есть неоспоримая эротичность, которую я
никогда раньше не ценил.
Я осторожно снимаю носки и бросаю их на пол. Я делаю мысленно помечаю, что подберу
их до того, как Эллиот вернется с обеда с Джексоном.
Мои босые ноги выглядят еще более впечатляюще. Они загорелые, а ногти на ногах
аккуратно подстрижены. Каждый палец идеально пропорционален и похож на большой
бугорок, вырезанный из мрамора.
Черт. У меня сексуальные ноги.
Опершись пяткой о край стула, я направляю камеру так, чтобы была видна нижняя часть
моей стопы. Грубая, покрытая мозолями кожа свидетельствует о бесчисленных часах, которые я провожу на ногах. Я провожу пальцем по краю, слегка вздрагивая от
незнакомого ощущения. Это щекотно... но в хорошем смысле.
Я прижимаю большой палец к толстой подушечке под большим пальцем, и тихий стон
срывается с моих губ, когда я разминаю чувствительную плоть. Электрические мурашки
пробегают по моей по ноге, заставляя мой член подрагивать от интереса. Я и не
подозревал, что мои ноги могут быть настолько отзывчивыми.
Отложив телефон, я погружаюсь в упоительное исследование. Моя голова откидывается
назад, а вторая рука почти сама собой скользит по бедру притягиваясь к растущей
выпуклости. Я провожу ладонью по ткани, бедра нетерпеливо подаются вперед.
Я заставляю себя открыть глаза и сосредоточиться на задаче, прежде чем не слишком
увлекаться. Я делаю еще несколько снимков, прежде чем поднести ногу к лицу и
рассмотреть ее вблизи. Землистый аромат чистого мужского мускуса заполняет мои
ноздри.
Я глубоко вдыхаю его, наслаждаясь его сырым, первобытным запахом. Мой язык
высунулся, чтобы смочить губы, когда я борюсь с внезапным желанием засунуть палец в
рот и пососать его, как будто это леденец.
Ииии. Я действительно влип в это.
Я не думал, что мне нравятся ноги, но доказательство неоспоримо и пульсирует у меня
между ног. Мысль о том, что Ледяная Королева просматривает эти фотографии, трогает
себя, вникая в каждую деталь, - этого достаточно, чтобы я полностью возбудился.
Я отталкиваюсь от стола, и мой член почти болезненно упирается в мои треники. Мне
нужно устроиться поудобнее.
Я подхожу к кровати и ложусь на спину, матрас скрипит под моим весом. Я устраиваюсь
так, чтобы голова была подперта несколькими подушками, чтобы я мог видеть свои ноги.
Мои спортивные штаны натянуты, как цирковой колпак. Я стал выносливее, чем когда-либо, и это все из-за того, что я играю ногами. Кто бы мог подумать?
Подняв ноги, я направляю пальцы к потолку и любуюсь тем, как выравниваются мои
лодыжки. В этом положении икры также сгибаются. Боже, как это сексуально.
Я снова хватаю телефон и увеличиваю изображение, чтобы запечатлеть его навсегда. Я
настолько погружаюсь в своем развратном поклонении ногам, что не слышу, как
открывается дверь.
Голос Эллиота пробивается сквозь дымку похоти. «Привет, Жерард, я только что вернулся
из... эээ...»
