вызываю первого свидетеля. Лейтенанта летного подразделения карателей Кладиса Гордисэрри.
Сверкая новыми нашивками, «летун» четкими быстрыми шагами вошел в залу, остановившись на линии обвиняемого по правую руку. Отвесил поклон императору и советниками, выразил свое почтение суду, повернулся к Димостэнису, склонив голову и приложив правую руку к левому плечу. Дим ответил легким кивком головы.
— Лейтенант, когда началось ваше участие в сражениях?
— Еще до того, как сэй Иланди прибыл с передовыми отрядами в крепость Эшдар.
— Насколько плачевна была ситуация на северных границах Астрэйелля?
Кладис усмехнулся.
— Нас убивали, ваша честь.
Судья кашлянул.
— Мы бы хотели услышать более подробно, что происходило в это время в крепости и что стало происходить после прибытия императорских войск.
— Враг, превосходящий численностью и вооруженный тяжелым штурмовым орудием, взял первую стену и удерживал ее, укрываясь, совершая набеги на мирных жителей. Комманданте закрылся в главной крепости, обрекая на уничтожение поданных его величества, которых был обязан защищать. И только сэй Иланди смог остановить бойню, дать новое направление нашим действиям.
— Скажите, а разве, закрывшись в крепости и ожидая прихода основных войск, он бы не предотвратил гибели более пяти тысяч человек?
— Эшдар не имел ни достаточного количества воинов, ни оружия, которым он мог бы защищаться. Нас так же взяли бы, как и первую крепость. У нас не было шансов. Ровно, как и у мирного населения, если враги пошли бы дальше по землям Астрэйелля.
Судья уткнулся в бумаги. Димостэнис отметил сменившееся выражение лица у советников. Лишь один император оставался все так же безучастен.
— Что вы скажете насчет частых отлучек сэя Иланди из крепости?
Кладис недоуменно пожал плечами.
— Не совсем понимаю, ваша честь. Сэй Иланди всегда был как ориентир для нас, примером и поддержкой. И в походе, и на стенах крепости, и на поле боя. Всего один раз он был вынужден покинуть крепость, когда с небольшой группой вышел в поход для сбора информации, так как спрятавшийся за стенами комманданте боялся высунуть нос.
— А разве командир не должен оставаться со своими людьми, а не быть в любой бочке затычкой, рискуя своей жизнью? — не удержался, высказался Дейтоне. — Разве он имел право покидать крепость?
Кладис со всей учтивостью поклонился советнику.
— Если бы в крепости был еще кто-нибудь соответствующий сэю Иланди по мастерству и опыту, возможно, об этом стоило задуматься. Без него никто бы из нас не прошел того пути и уж тем более не смог вернуться. Он спас жизнь каждого из нас и только благодаря нему мы смогли собрать сведения и узнать, что враг, напавший на первую стену, являлся всего лишь авангардом основных сил противника и ждал подкрепления.
— Лейтенант Оркалита, — судья вызвал следующего свидетеля, — была необходимость сносить первую стену? Может, ее нужно было отбить у неприятеля и вернуть себе?
— Было бы неплохо, — податливо кивнул головой лейтенант из гвардии Дома Элсмиретте.
Кир Джадисс чуть поддался вперед, как зверь, почуявший долгожданную добычу.
— Однако сэй Иланди приказал ее снести! Это была ошибка вашего главнокомандующего или жажда быстрой славы?
Свидетель задумался.
— Скорее жажда, — протянул он.
Судья откинулся на спинку кресла, бросив быстрый взгляд в сторону ложи советников.
— Жажда вселить веру в людей, которые почти перестали верить, что чего-то могут добиться.
— Неужели для этого нужно было рушить крепость?
— Наверное не стоило, если бы комманданте Ларионтэ лучше заботился о вооружении своего гарнизона или если бы в Эшдаре было достаточного количества воинов для осады превосходящего по численности неприятеля. Если бы враг не укрывался за ней, набираясь сил и ожидая подкрепления. Поверьте, ваша честь, остаться без теплых стен на границах с Мерзлыми Землями, да еще в миноры холодов не самая лучшая перспектива. Морозы и вьюги стали нашими помощниками. Только из-за того, что враг замерзал, не имея крова мы смогли продержаться столько дней, защищая Эшдар.
— Сотник Лайвистре, комманданте крепости в своем письме рассказал об очень интересном инциденте. В самый разгар боев, сэй Иланди сел на своего ярха и покинул крепость. Не кажется ли вас странным такое поведение командира?
— Мы с лейтенантом Кладисом были с ним. Он договаривался с Мерзлыми Землями!
Димостэнис едва заметно поморщился. Не очень ему хотелось обсуждать это среди толпы присутствующих. Он бросил взгляд на советников. Судя по насупленным лицам, они слышат об этом не в первый раз. Кроме, конечно, сэя Пантерри, который все так же продолжал испуганно вжиматься в кресло, не понимая, что происходит. Долго же придется его перевоспитывать.
— Договаривался? — фыркнул судья. — Шакты повелевают стихиями, используют их силу. Вы понимаете, о чем говорите?
— Как и все, кто был там.
— Больше похоже на сказки, — не выдержал, подал голос Дайтоне, — разве человек может договариваться с природой?
Дим медленно растянул губы в улыбке, перехватывая взгляд советника.
— Хотите я вам продемонстрирую, сэй? — поинтересовался он тихим голосом. — Прямо сейчас.
От этого вопроса император слегка оживился и повернул голову в сторону хранителя знаний. Однако тот не возжелал. Поджав губы, он замер, всем своим видом давая понять, что ждет продолжения процесса.
— Капитан Дарис, — задал вопрос судья, следующему свидетелю. — Вы считаете, что сэй Иланди имел право, поправ кодекс, правила, честь, уйти на сторону нашего врага, оставив своих людей на произвол судьбы?
Дарис повернулся к обвиняемому.
— Нет, ваша честь, я так не считаю.
Дим иронично выгнул бровь, смотря на капитана, тот не отвел взгляд.
— Я считаю, что он не имел права после того, как не единожды отстояв наше право на жизнь, не дать нам шанса отплатить ему тем же. Я старый вояка и побывал не в одном сражении, и я с уверенностью могу сказать, что сэй Иланди отличный полководец. Взвешенный, мудрый, не рискующий жизнями людей понапрасну, человечный. За такими как он всегда готовы следовать и верить. Но он всего лишь человек, пусть сильный и отважный. Он сделал все, что было в его возможностях и даже больше. Предателей надо искать в другом месте.
— Где же? — судья нервно поправил манжеты рубахи.
— Если бы пришли основные силы имперских войск, не погибло бы столько солдат. Мы ждали каждый день, каждую мену, каждое мгновение. Когда шли под стрелометы врага, стояли на стенах крепости, когда плечом к плечу встречали смерть. И именно сэй Иланди был с нами в эти мгновения, и мы чувствовали себя уверенными.
— Капитан, — проговорил Олафури, под чьими знаменами служил старый воин, — уже не Великие Дома вы обвиняете в предательстве? А может, его величество императора?
Дарис склонился в поклоне перед правителем Астрэйелля, приложив руку к хьярту.
— Мой отец присягнул
