сторон пропасти, разделившей их навеки.
Димостэнис пошатываясь, шел вдоль стены. Дошел до окна, в бессилии оперся на каменный выступ. Хорун ждал внизу. Дим еще раз обернулся назад. Император все так же был на полу, правда, уже сидел, подтянув колени и уткнув в них лицо, запустив пальцы в волосы.
— Мы же с тобой договаривались, как только я стану тебе не нужен, ты мне просто об этом скажешь.
Глава 33
Всю ночь Димостэнис провел в Голубых Скалах, ожидая Олайю. Она так и не появилась. И вряд ли была здесь все прошедшие дни. Он не знал, что думать и где искать ее. Придется опять идти во дворец. Там он обязательно хоть что-нибудь узнает.
Интересно, а пустят его теперь во дворец?
С утра едва Талла взошла на небосвод, и улицы, сбросив в себя мрак ночи, закутались в предрассветные одежды, в дверь постучали.
Он, едва касаясь ступеней, слетел вниз, распахнул дверь, ожидая увидеть за ней любимую.
Перед ним стоял дворцовый посыльный.
— Доброго утра, сэй, — почтительно склонил голову. — Его императорское величество просит вас пребыть во дворец.
Дим скрывая удивление, кивнул головой.
Вот даже как! Это теперь так называется? Просит. А на улице его уже ждет отряд гвардейцев? Сказав посыльному, что будет через двадцать мен, он быстро умылся, привел себя в порядок, переоделся и вышел из дома.
И удивился еще раз. Его никто не ждал. Дим спокойно прошелся по улице, свернул к дворцу, вошел под его величественные своды.
В малом троном зале уже все были в полном сборе. Его величество, советники каждый на своих местах. Димостэнис дошел до черты, у которой обычно останавливаются посетители, и встал, почтительно поклонившись собравшимся. Стал ждать, что будет дальше. Опять собрались его судить? Что ему предъявят на этот раз. Его рождение?
— Димостэнис, ты забыл, где твое место? — спросил император с приветственной насмешкой. — Мы, между прочим, тебя ждем.
Дим извиняющееся улыбнулся и прошел на свое место. Решили поиграть, ваше величество? Хорошо. Пусть будет так! Не в его интересах сейчас лезть в драку первым.
— Уважаемые сэи, — Аурино облокотился на стол, обводя взглядом каждого присутствующего, задержавшись чуть дольше на глазах главного советника, — в преддверии нового ара, я хочу обсудить дела прошедшего и подвести итоги. Естественно, самой животрепещущей темой являются события, произошедшие на севере. Благодаря Димостэнису и его очень вовремя проявившемуся дару, мы смогли отбиться от нападения врага и восстановить мир на границе Астрэйелля.
Димостэнис прикусил нижнюю губу. Для чего Аурино делает это? Для чего в очередной раз подставляет перед советниками? Если раньше у тех еще оставались сомнения в его возможностях, то сейчас они явно отпали. И судя по нахмуренным лицам, вряд ли эта новость их сильно радует.
— Вчера мы общались с ним, — продолжил император, — и он продемонстрировал мне кое-что из своих новых способностей. Должен признать, я впечатлен. И очень рад, что Димостэнис вновь вернулся на службу своему императору и всему Астрэйеллю. Всегда надежно иметь за спиной такую силу.
Его величество угрожает советникам Серебряным?
— Однако среди моих подданных зреет недовольство. Многие знатные Дома и просто семьи Астрэйелля потеряли своих детей, мужей, братьев и все больше растет недоумение и раздражение почему так случилось и почему объединенные силы империи не выступили на подмогу. К большому моему сожалению, я не могу не признать, что это все случилось по вине Великих Домов. Ведь именно вы недооценили всю степень и глубину трагедии, развернувшуюся у стен Эшдара, и не отправили туда свои войска.
Димостэнис исподлобья смотрел на всех пятерых. Их лица выражали крайнюю степень негодования и возмущения, однако ни один не посмел возразить. Он вдруг ясно осознал, что было большой ошибкой по-прежнему считать их главными кукловодами. Аурино сумел накинуть на них узду и сейчас крепко держал в своей власти.
— Люди понимают, кому они обязаны своими бедами. За ваши былые заслуги перед короной, я готов взять ответственность за случившееся на себя и компенсировать страдания. Кого приближу, кому дам долгожданную должность. Кому выплачу золотые, которые вы перечислите в казну в самое ближайшее время. Так ведь?
— Ваше величество, — все же взял слово Лауренте Иланди, — вы ведь знаете, что армии Домов Иланди и Пантерри готовы были выступить. Мы ждали лишь вашего приказа.
— Слабая отговорка, сэй советник, — фыркнул Аурино, — главнокомандующий своим войском — глава Дома. Что же вам мешало выдвинуться без моего распоряжения?
— Армии остальных домов — под предлогом того, что вы не дали команду о выдвижении войск, главы Домов Элсмиретте, Дайонте и Олафури перекрыли границы южной и юго-восточной квоты, отрезая нам все дороги, — говоря это, Лауренте смотрел на своего сына, — тем самым оставляя нам небольшой выбор. Либо вернуться назад и ждать, либо вступать в бой с Великими Домами.
Император придал своему лицу ошеломленное выражение.
— Я правильно вас понял, сэй? Вместо того чтобы объединить ваши усилия и встать на защиту империи, что является прямой обязанностью ваших великих родов, — подчеркнуто язвительно произнес правитель, — вы чуть не развязали междоусобную войну?!
Он обвел глазами всех пятерых.
— Разве своими безответственными и беспринципными действиями вы не продемонстрировали, что клятвы верности, которые вы и ваши предки давали Дому Эллетери отступили на второй план, уступив место амбициям? Империи нужна безопасность. Теперь я, как ее правитель возьму на себя эти обязательства. Вы расформируете ваши войска, — медленно, делая паузу после каждого слова, произнес император, — и, оставив себе одну треть на личную гвардию, остальные две трети отдадите на формирование единой армии Астрэйелля, которая будет подчиняться лично мне.
— Ваше величество! — вскочил на ноги Дайонте, — вы же понимаете, что это невозможно!
— Почему же, сэй?
— Потому что военные силы империи всегда представляли Великие Дома! — повысил голос Олафури.
— Только что мы выяснили, что я имею веские причины, чтобы изменить это.
Димостэнис не отрывал глаз от гладкой поверхности стола. Вот и ответ на мучивший его вопрос: что делал Аурино, когда Совет Пяти попытался схлестнуться в драке. Подогревал их вражду. Интересно, что его величество пообещал главам трех родов за то, чтобы те выступили против двух других? Больше власти? Устранение строптивых соперников?
— А содержание? — спросил Элсмиретте, — ваша казна выдержит?
— Не знаю, — пожал плечами император, — расходы на армию в казну будете перечислять вы.
— Если мы откажемся от столь затейливого предложения? — колко поинтересовался Дайонте.
— Вы же сами говорили, что кто-то должен ответить за трагедию, разыгравшуюся на севере. Теперь же, когда с Димостэниса сняты все обвинения, вряд ли у кого еще
