– Рысь, нет! – выкрикнул Фесс.
Маги будут готовы встретить врага. И жемчужной драконице, которой ещё очень и очень далеко до полной силы своего рода, придётся туго.
Рысь обернулась. Верно, в голосе Фесса прозвучало нечто, способное остановить даже своенравную дочь Хранительницы Кристалла.
– Папа, ты же не удержишь щит, – она не спрашивала, она утверждала.
– Не удержу, – кивнул Фесс. – Но и допустить, чтобы тебя… чтобы ты…
– Не беспокойся, – с вечной самоуверенностью всех молодых, идущих в бой и думающих, что смерть настигнет кого угодно, только не их, заявила Рысь. – Я быстро. Поднимусь высоко, спикирую, зажгу машины – и назад. Честное-пречестное слово!
– Нет! – внутри словно смёрзся ком липкого льда. – Не высовывай носа из Башни! Не вздумай!
Рысь выразительно вздохнула.
– Па-ап, ну пап, – протянула она. – Ну, а что тогда делать-то?
– Накроем их отсюда. В конце концов Тёмная Шестёрка доселе не отказывала мне в помощи – пока, разумеется, совсем глубоко перед ними в долги не влез.
Рысь капризно надула губки, задрала нос и скрестила руки на груди.
– Хм!
– Не «хм», а тебе сейчас и впрямь нельзя высовываться.
– Почему?! – драконица даже ногой топнула.
– Они ждут тебя, Рыся. Они будут готовы. И Этлау тоже. Погоди. Я свяжу их, заставлю потратить силы и заклинания, и тогда, не раньше, может быть…
– Как скажешь, папа, – с кислой миной протянула девочка-дракон.
– Вот и хорошо. Сиди и жди, пока я не скажу, что пора, – с напускной строгостью закончил Фесс.
– Конечно, папа, – подозрительно сладким голоском отозвалась негодная драконица.
– А то точно выдеру, – посулил некромант.
Рысь с готовностью хихикнула, и Фесс вновь повернулся к бойнице.
Осаждавшие миновали уже половину отделявшего их от Чёрной башни расстояния. Отцу Этлау (или кто там сейчас командовал) удалось найти прислугу только для двух требушетов, и обе метательные машины с натугой швырнули снаряды в тонкий росчерк Чёрной башни: каменное ядро и глиняную бомбу с огненной смесью.
Начертанная Фессом тринадцатилучевая звезда уже отдала всю накопленную мощь, угасла, превратившись в беспорядочную и бессмысленную мешанину дуг и прямых.
Можно, конечно, начертить новую фигуру. Пятнадцать, даже семнадцать лучей. Чем сложнее звезда, тем больше Силы она может запасти и отдать, но тем она и капризнее. Если б не помощь Рыси (точнее, её идеального драконьего глазомера), неизбежные ошибки и неточности в построении могли бы закончиться для Фесса весьма печально.
Сейчас некромант с немалым сожалением вспоминал свой пропавший посох, полученный ещё в Ордосе. Конечно, истинный Маг Долины только посмеялся бы над подобным – мол, не к лицу родившемуся в Междумирье уповать на какие-то артефакты приземлённых мирков. Но сейчас Фесс рад был бы и такому. Арсенал того, что он хотел – не мог! – использовать, сужался с пугающей быстротой.
– Если ты что-то решил, папа, надо делать, – обронила Рысь, не отрываясь от бойницы.
Чёрная башня вздрогнула – посланный требушетом камень достиг цели.
– Пап! – выкрикнула Рысь, сжимая кулачки.
Фесс глубоко вздохнул. Как ни крути, Сущность вынуждала его играть по своим правилам.
Больше он не колебался. Тёмная Шестёрка, Уккарон со товарищи, пришёл ваш черёд. Вы не можете гневаться на меня, долг возвращён с лихвой.
Существовал не один способ дотянуться до дремлющих богов. Сейчас, впрочем, уже и вовсе не богов, а просто могущественных начал, обитающих глубоко под астральной плотью этого мира. Когда-то у Фесса это получалось очень неплохо, даже без всяких полушаманских обрядов, одним лишь усилием мысли.
…Перед крепко зажмуренными глазами взвихрился рой чёрных искр – на фоне алого пламени. И – больше ничего. Зов умирал в воздвигнувшейся беспредельности, во внезапно отрезавшей некроманта бесконечности. Чёрная башня сейчас казалась воздвигнутой посреди бескрайней пустыни, куда больше, чем весь Эвиал, более чем сотни сотен миров, где-то посреди Межреальности, в тех её окраинах, где не встретишь даже островков Дикого леса.
Внезапный ужас провёл вдоль спины ледяными когтями. Фесс попытался ещё раз – и вновь неудача. Сущность знала, что делала, когда зазывала некроманта в кажущуюся безопасность Чёрной башни.
– Ничего не выйдет, Рыся. Мы отрезаны, – глаза Фесса сузились. Его могущественная противница не оставляла ему выбора.
– Так я полетела, пап?
…Ещё один удар. И – рёв пламени, бушующего на нижних ярусах. Там один камень, поэтому надо просто ждать, пока не выгорит огненная смесь, но вот каменные ядра ощутимо сотрясают чёрную броню, и долго она не продержится. Оно и понятно – не в интересах Сущности было упрятывать одного из потенциальных Разрушителей в совершенно неприступную твердыню.
– Нет, Рыся. Тебя я под удар не подставлю. Хватит с меня Эгеста.
Рысь скорчила гримаску, но повиновалась.
– Скоро они разобьют стены, – заметила она секунду спустя, словно прислушиваясь к чему-то. – Броня кричит от боли. Надолго её не хватит.
– Да, Сущность всё рассчитала точно, – угрюмо кивнул некромант.
– Так что будем делать, папа?! – не выдержав, завопила драконица.
Она права. Ждать бессмысленно и нечего. Он, а не Этлау, должен сделаться Разрушителем. Это единственная дорога, и он пойдёт по ней до конца, что бы ни ждало его посла. Какая бы расплата за содеянное ни была послана. Иквизитор наверняка тоже понимает это. Он будет искать встречи, не может не искать. Сущность, пожалуй, несколько старомодна – предпочитает поединки лицом к лицу, а не долгое тактическое маневрирование. Она должна привести Этлау к воротам Башни – если, конечно, выдержит броня. Что-то подсказывало Фессу, что несокрушимая твердыня простоит ровно до того момента, пока отец-экзекутор не окажется достаточно близко.
– Мы дождёмся, пока они не окажутся рядом. Потом… думаю, в клепсидре резко закончится вода. Мы выйдем. И нам надо одолеть Этлау. Не знаю, как, но надо.
За неимением лучшего Фесс вооружился глефой из арсеналов Сущности. Он не доверял этому оружию ни на йоту, оно могло предать, когда некромант окажется лицом к лицу с инквизитором, но против остальных, возжелавших убить его, Фесса, должно было сгодиться.
Рысь не притронулась к черным древкам, эфесам и рукояткам. Драконица не нуждалась в подобных игрушках.
– Ждём, Рыся. Ждём, дочка.
…Им пришлось подняться повыше – на нижних ярусах Башни то и дело рвались глиняные бомбы, голодное пламя облизывало обсидиановые стены в тщетной попытке добраться до пищи и, не найдя её, умирало. Каменные ядра пробили-таки изрядную брешь в чёрной чешуе, и атакующие, не сомневался Фесс, сейчас всей массой бросятся именно туда.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
