антибиотиков и операционной с хорошими хирургами. Это понимали все, даже исс Шент, и все же он пытался распоряжаться.
Глаза у него были странные, с расширенными зрачками. Явно что-то дали, чтобы от боли сразу не умер…
– Где эрры Стоун?! Ищите их! И дверь снимите с петель, только на землю не кладите, прислоните к чему-нибудь так, чтобы я все видел. В доме еще кто-то остался?
– Исс Шент!
Феликс сделал шаг вперед, так, чтобы Теос его увидел. Голову мужчина кое-как поворачивать мог, вот и скосил глаза. И увидел.
– Клара! Тим! Слава богам!!!
– С ними все в порядке, – кивнул Феликс. – А эрра Стоун?
Исс Шент только глубоко вздохнул. Кажется, даже это причиняло ему боль, потому что мужчина скривился, но сознания не потерял.
– Там…
Скосил глаза, показывая на что-то, лежащее отдельно.
Клара медленно осела на землю.
Засуетились люди, зашумели… исс Шент опустил глаза.
– Я не смог… не справился. Простите.
Мария только вздохнула. Это ж надо – так! Раненый, измученный, умирающий, а думает не о себе! О людях переживает! И о том, что доверия не оправдал!
Слов у нее нет!
Да чтоб этим пиратам… сволочи! Такого человека загубили… лучше б они тут все оптом передохли, чем один Шент! Да и остальных жалко. Им уже не помочь, а тут…
Точно, сволочи!
На груди, словно желая что-то сказать, нагрелся камень Многоликого. Мария привычно прикрыла его ладонью.
А если?!.
– Тина!
Травница, которая уже осматривала кого-то раненого, себя ждать не заставила. Подбежала, тревожно принюхалась.
– Что-то не так? Ребенок?
– Нет, со мной все в порядке. С ребенком тоже.
– Уже хорошо. А что тогда?
Мария ухватила ее за плечо, заставляя придвинуться вплотную. И тихо-тихо поинтересовалась:
– А если его в животное обернуть? Раны заживут?
Тина посмотрела на Шента. На Марию. Опять на Шента. Задумалась.
– Не знаю. Вроде как случаи бывали, когда на поле боя перекидывались, от боли, гнева, ярости…
– И раны у них заживали?
– Те, что были ДО оборота – вроде как да. А те, что получены после оборота, уже нет. Но точных данных не сохранилось, сама понимаешь.
– Может, попробовать?
Тина пожала плечами.
– При самом худшем раскладе он ничего не теряет. День-два жуткой боли разве что. Поговори с ним?
Мария кивнула. И подозвала Феликса, посоветоваться.
Она ждала протестов, возмущения, ругательств, но Феликс только задумался.
– А может, и стоит?
– Да? – теперь настало время удивляться Марии.
Камень приятно согревал грудь под платьем, так что… может, и получится? Но почему вдруг соглашается Феликс? Он-то должен быть против?
– И человек хороший… может оказаться полезным, он же гениальный управляющий, с такого захолустья доход получать, это как исхитряться надо? – пояснил Феликс. – И жалко его, и… мало ли что потом будет? Может, и с кем другим получится? Мало ли кто?
– А-а… – поняла Мария.
Тут-то все равно умирать! Получится? Хорошо. Нет? Ну и… выбора тоже нет.
– Ты с Шентом поговоришь?
– Сейчас я все организую, – кивнул Феликс.
Подошел к управляющему и быстро заговорил с ним. Исс Шент внимательно слушал, потом прикрыл глаза, явно соглашаясь.
Феликс махнул рукой, дверь подхватили и потащили куда-то за дом. А сам Феликс подошел к Марии.
– Исс Шент сказал всем, что хочет побыть наедине с богами, помолиться. Ну и мы сейчас подойдем… тоже.
Мария кивнула.
Очень удачно он придумал, в церкви окна есть, конечно, но витражные и высоко. Не подглядишь. Дверь закрыл – и отлично!
– Пойдем?
Феликс предложил королеве руку. Анна подумала и увязалась следом. Интересно же. А тут… тут ей делать нечего. Все при деле, Тина и Мелисса помогают раненым, кому еще можно помочь, Тим и Клара стоят над телом матери, там ей тоже не место. Ну и куда?
Правильно, только с мамой.
У нее-то мама не такая, как эта эрра Стоун! Ее мама любит… и ругаться точно не будет.
Мария и не стала. Только головой покачала.
– Анечка, это может выглядеть страшно.
– Я понимаю, мам.
Слуги поставили дверь с управляющим аккурат напротив алтаря и вышли вон. На Феликса и Марию косились, но помалкивали, не их это дело – господ обсуждать. Потом им косточки перемоют, а сейчас, если управляющий не против, так и им нечего рот открывать не по делу. Так и зубов недосчитаться можно.
Теос смотрел без особой надежды. Ну что там может этот эрр? Сказал, что есть у него средство, которое может облегчить боль… это бы хорошо. Она уже возвращалась, она уже накатывала, а опиум… слишком много его тоже не примешь. Забыться бы и не проснуться, да ведь нельзя пока, некому кроме него. Он вот об этом сейчас с эрром Феликсом и хотел поговорить, чтобы Нейман его подменил. Ну, на какое-то время, пока эрр Стоун не вернется. Или хоть бы детей к отцу отвез, в столицу? Но при всех же не скажешь…
– Анна, дверь закрыта?
Голос женщины он услышал впервые. Девочка тут же метнулась, задвинула засов, кивнула.
– Я посторожу, чтобы никого не было.
– Вот и хорошо, – женщина прошлась по храму, словно на что-то решаясь, а потом махнула рукой. – Будем знакомы, исс Шент.
И словно на пол упала.
Не был бы Теос намертво зафиксирован железными кольями на двери, сам бы упал вслед за ней. Потому что женщины-то на полу и не было, он все видел. Только змея здоровущая на ее месте, свивает кольца, перекатывает…
Феликс ухмыльнулся – и тоже упал на пол, чтобы подняться с него в воздух, громадным белым нетопырем.
– Оххххх!
Если б не боль, Теос точно бы в обморок упал. А так и этого не получилось – больно.
Змея шевельнулась – и вот уже на полу опять женщина. Сидит, смотрит на него снизу вверх, спокойно так, изучающе.
– Кажется, ему довольно.
Феликс тоже опустился на пол, принимая свой человеческий облик.
– Исс Шент, вы поняли? Мы – двуипостасные.
То, что сказал Теос, могли бы и пираты восхищенно записать. Такую тираду не всякому боцману сложить удавалось.
Мария хихикнула.
– Пациент скорее жив, чем мертв.
– Эрра?
– Не обращайте внимания, Феликс. Это я так, вспоминаю о хорошем.
Феликс, который знать не знал, что такое «Буратино», спорить не стал. Королеве виднее. Вместо этого он подошел к Теосу.
– Исс Шент, это то, что мы и предлагаем. Ко… эрра Мария сказала, что может получиться. Если я вытащу эти железки – и она обратит вас в животное, вы можете исцелиться.
– А… э…
– А потом обратно, в человека. Так тоже делали.
– Эээээ…
Мужчина явно сомневался. Мария пожала плечами.
– Могу ничего не
