я действительно был сосредоточен на своих собственных волнениях. Мне стоило подумать о маленькой девочке, обожающей по ночам читать книги под одеялом.
Ещё одно тёплое, но преданное воспоминание.
– Я знала, что это ты тайком менял батарейки в моём фонарике. Я перечитала с ним сотни книг, но он ни разу не разрядился. А потом однажды разрядился. Спустя семьдесят два дня после твоего ухода. И я перестала читать по ночам. А потом выросла. Так что нет больше маленькой девочки с бесконечно светящимся фонариком под тёмным одеялом. Батарейки сдохли. И теперь я лучше буду землю ложками есть, чем позволю себе быть рядом с тем, кто хотя бы единожды решился предать меня.
Титан смотрел на меня откровенно ошарашенным взглядом:
– Я нанёс тебе урон? – я не ответила. Просто отхлебнула горячий чай из своей кружки. – Всё, что я делал за пределами Рудника, я делал ради тех, кто в нём остался. И я очень часто думал именно о тебе, а не о ком-то другом, оставшемся за моей спиной. Даже чаще, чем о Спиро, а ведь он мне брат.
– Зато я о тебе с тех пор не думала ни дня.
Уверенно поднявшись на ноги, я отошла от костра. Устроилась на ночь под клёном с раскидистой кроной и глубоко порезанным стволом.
Где-то далеко в долине протяжно завыли вышедшие на охоту волки…
Глава 10.
День 3.
Этой ночью было ещё прохладнее, чем предыдущей. Плед немного спасал, но всё же не до конца. Я пару раз просыпалась и оба раза не видела Титана ни у костра, ни где-то поблизости. Но это не вызвало у меня беспокойства: что может произойти с Титаном в Диких просторах? Да, собственно, ничего из того, что он не смог бы спокойно пережить.
Третий раз я проснулась из-за упавшего прямо мне на лицо крупного кленового листа ярко-алого цвета. Покрутив его между пальцами, я, не отбрасывая пледа, села и бросила взгляд в сторону долины. В прохладных лучах рассветного солнца красно-оранжевое одеяние осенней природы выглядело фантастической картиной на бескрайнем полотне. Решив, что осень в этом году будет особенно красивой, я обернулась и увидела пылающий костёр, на котором жарилась очередная некрупная птица. Титан вертел её на металлической ветке, пил чай и наблюдал за мной. Интересно, сколько дел одновременно он способен делать? И что он делал ночью?
Близился полдень. Мы шли без остановки, периодически отвлекаясь на лёгкие темы: крупное семейство белок, перепрыгивающее с ветки на ветку и как будто следующее за нами; облако в виде надтреснутого сердца; семетрично разделившаяся на жёлтый и зелёный цвета крона бука; пробежавшая в десяти шагах перед нами лисица с роскошным, словно огненным хвостом; нити паутины, аккуратно развешанные в высокой, сухой траве… Мы оба не хотели возвращаться к вчерашней теме. А быть может не хотела я одна. В любом случае о событиях прошлого, хотя и не связанного с Рудником, первым решил заговорить Титан. Мы не проронили ни слова за последние полчаса монотонного шагания вперед, поэтому когда он вдруг подал голос, я чуть не вздрогнула.
– Ты всерьёз желаешь однажды стать Металлом?
– Нет. Я просто ради адреналина рисковала своей жизнью ложась под нож для вшивания капсулы в сердце.
– До сих пор не понимаю, как Кармелита разрешила тебе пойти на это.
– Твоя мать, конечно, была против. Считала, что я могу подождать с обретением капсулы и до тридцати лет. Но Спиро с Клэр тоже были заинтересованы в обретении сердечных капсул. Так что я была не одна. Вместе мы буквально додавили Кармелиту через Беорегарда и Теону.
– Эти двое были за? Несмотря на то, что летальных исходов было больше девяноста процентов?
– Наш лучший медик достиг восьмидесятилетия. Он был единственным, кто смог провести целых пять успешных вшиваний капсул в человеческие сердца. Все летальные исходы были не в его послужном списке. У нас было мало времени: старик хотя и держался бодрым, его время иссякало. А значит истекало и время на успешное вшивание капсул. Он пытался обучить молодое поколение медиков, но, как выяснилось, поистине талантливых кардиохирургов в Руднике нет. Вроде как он утверждал, будто нашел одного подающего большие надежды молодого медика, но парень ещё слишком молод, всего на пару лет старше меня, он мог не успеть перенять знания. Беорегард с Теоной настояли на том, что мы не можем рисковать. Если с опытным медиком уйдёт возможность обращать людей в Металлов без использования прямых инъекций в сердце, секрет производства которых Рудник так и не разгадал, получается, что Металлов больше не будет.
– Вы сказали Кармелите, что если упустите возможность вшить капсулы в свои сердца, тогда лет через пятьдесят она всё ещё останется молодой и красивой, но без своих детей. Коварный ход.
– Оказавшийся единственным верным. Первую капсулу вшили мне.
– Почему тебе?
– Думаю, меня Кармелите было менее жаль.
– Брось, это не может быть правдой. Я помню, как она души в тебе не чаяла.
– Во-первых, Спиро её родной сын. Во-вторых, Клэр любимица Кармелиты, потому как до того, как стать её дочерью, она являлась дочерью её подруги, погибшей в первой волне Стали. Плюс Клэр любит платья, банты, косметику… В общем всё то, что нравится и Кармелите, но не мне.
– Хочешь сказать, что ты росла нелюбимым ребёнком?
– Вовсе нет. Я была любима. Особенно Теоной. Просто… На операцию первой пошла я. Заняла место Спиро. Спиро даже не знал, что я собираюсь его опередить. Знала только Кармелита. Она знала, что я изначально хотела идти первой, так что она помогла мне попасть на операционный стол раньше Спиро.
– Ты серьёзно?! Моя мать не могла так поступить!
– Она в первую очередь мать. Твоя и Спиро. Потом она мать для Клэр. После для меня. И я ни на секунду не сомневаюсь в том, что она меня действительно любит. Просто на полпроцента меньше, чем Спиро с Клэр. На те же полпроцента меня больше любят Беорегард с Теоной. Так что чаши весов всеобщей любви, быть может, в сумме перевешивают в мою сторону. В любом случае, всё прошло так, как прошло – три успешные операции по вшиванию за одну неделю: я, разозлившийся Спиро, не пропустивший вперёд Клэр, ставшую последней, – я загнула три пальца. – После того, как Спиро узнал о том, что Кармелита помогла мне попасть на хирургический стол раньше него, он перестал общаться с ней. Думал, что Кармелита поступила так, чтобы в случае неудачи со мной, он не пошёл под нож, что, собственно, правда, но кому какое дело?
– Они до сих пор в ссоре? – в его голосе послышалась скрытая боль.
– Новость о помолвке Спиро с Клэр смогла их померить. Так
