Парень выцелил чей-то блестящий нагрудник и выстрелил!
ХЛОП!
Поспешил подхватить оружие погибшего бедняги. И в ту же толкучку!
ХЛОП!
Промах! Ну и ладно. Там уже другие подключились и успели дел натворить. Ещё десяток секунд, и все девять сотен стволов отстреляются!
Снова что-то ткнуло в плечо. Которого демона бездны тебе… А? О!
— Спасибо! — Макс принял мушкет у ближайшего из солдат. Тот просто боялся стрелять сам, чтобы не растратить драгоценный заряд в критической ситуации.
ХЛОП!
Попадание!
И снова в укрытие. Но, ненадолго.
Успел лишь увидеть, что между гондолами уже лежат десятки пустынников. Половина — мёртвые, и половина пока шевелятся. Да ещё и орут как потерпевшие. Коими, собственно, и являются.
Ясно, короче. Перезаряжаемся.
Вдруг кто-то протянул ещё ружьё.
Что? Ещё? А сами то, когда учиться стрелять будете?
Ладно! По фиг! Давай!
ХЛОП!
Среди ярких пятен появилось ещё одно недвижимое.
…
Один за другим Макс отстрелял ещё шесть мушкетов. И больше половины раз — без промаха. Что для боя можно считать безупречным результатом! От части, так было потому, что бедуины демонстрировали полнейшее непонимание ситуации. Они не спешили прятаться, даже когда пуля прилетала в укрытие перед лицом или свистела над головой.
Другие солдаты чёрной бригады попадали едва ли по разу из всего боекомплекта. То есть, трёх выстрелов. Но скорее всего — и того реже. Иначе сопротивление уже бы угасло. Потому как со стороны гостей — стволов как раз в три раза больше чем народа у… У других гостей!
…
После очередного выстрела, мушкет чуть ли не вырвали вместе с руками. Макс оглянулся. Просто кто-то из заряжающих. Коих, кстати, набралось уже почти полнокровное отделение. И все как заведённые работали шомполами. Половина чистили стволы, а половина утрамбовывали пули.
ХЛОП!
Свинец понесся навстречу чужой смерти. В этот раз — удачно!
Враги отвечали крайне вяло и крайне неумело. Создавалось впечатление, что в первые мгновения были выбиты не только все их командиры, но и все, кто хотя бы приблизительно понимал, зачем их послали на серединные плоскости.
ХЛОП!
Ещё минус один. И снова простой боец. Хотя, поди разбери, кто из них простой, а кто особенный. Все разодеты как фазаны цветные.
Спустя пол минуты наступила тишина. Да такая, что по слуху била больнее пороха. Только крики раненных и редкое пение тетив мешали поверить в конец боя. Но это было обманчивое затишье.
Всеобщая перезарядка не продлилась долго. Снова пошла двусторонняя пальба. Пустынники били бессистемно и бестолково, кто по зубцам, кто над ними, а кто и вовсе пытались попасть в бойницы башен. В общем, будет излишне говорить о результативности этого огня.
И, словно на зло им, солдаты бригады стреляли несравнимо увереннее. А кто в себя не верил — передавали оружие товарищам. Сами же занимались перезарядкой. Например, только у Макса таких было восемь! Знай себе — мушкеты перебирай и на спуск дави. А мишени — чуть ли не сами в прицел лезут! Вон та толпа всё не переведётся никак. Да удобно так кирасами блестят!
ХЛОП!
Бездна! Опять промах. Гад вовремя спрятался за килем лодки. Или это он от другой пули завалился? Не разберёшь…
ДУ-ДУХ!
Впрочем, уже и не важно. Слитным залпом, две пушки буквально разорвали днище судна, а за одно и всех, кто за ним укрывался.
От вида взметающейся земли и разлетающихся досок сердце молодого наёмника защемило… Ведь кто-то, точно также смотрел как разлетаются дома его родной деревни. Кто-то в такой же чёрной форме как у него самого. Кто-то со стен чернокаменного замка!
— Синьор адъютант! Синьор! — позвал один из солдат. — Берите мушкет!
Макс принял оружие, но в своём секторе огня никого достойного пули не нашёл. Соседям вдоль пристани помощь тоже не требовалось. Никого. А если и есть, то высовываться не рискуют.
— А ну-ка, лентяи! — загорланил Батя. — Каждый свои ружья взял и врага ищем! Лай, бери щитоносцев и на выход!
— Шестой взвод, за мной! — это уже Лайонел.
Что там происходило с обратной стороны надвратной башни, слышно особо не было. Но, вроде как, от низких облаков отражалось эхо топота полсотни ног.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Всё стало на свои места, когда заскрипел механизм опускания врат и загремели цепи. А между тем, в грохоте звеньев утонули и несколько выстрелов. Скорее всего, они были произведены не по конкретным врагам, а по каким-то подозрительным объектам.
Как говорится — у страха глаза велики. В бою можно и в болтающуюся тряпку шарахнуть.
Мост ещё двигался, когда на него ступило отделение латников с противопульными щитами. Подчинённые Даджоя. Их целью было спровоцировать затаившегося противника. Но, вместо этого, им навстречу вышли пятеро пустынников с поднятыми руками.
Прозвучало уже знакомое «Сдаваца плэн!» и тут же им был вынесен приговор:
— Чёрная бригада пленных не берёт! Первый взвод, цельсь! Огонь!
Подчинённые Бати словно всю жизнь ждали этого приказа. Раздался раскатистый залп и несчастных буквально смело потоком пуль!
Дальше инициативу перехватил Лай.
В один рывок он переместил людей на ближайший фланг стоянки. Началось самое сложное — зачистка позиций обречённого неприятеля. По мере продвижения, добивали раненных и контролировали мёртвых. Ещё заглядывали под шары и проверяли в трюмах перевёрнутых кораблей.
Пару раз недобитки успевали выстрелить, а один храбрец взорвал себя гранатой. Увы! Всё зря. Бронированные щиты не поддавались ни свинцу, ни чугуну. Пули, конечно сбивали бойцов с ног, но ненадолго. А от осколков стена щитов даже не дрогнула. Если они в неё вообще попали.
Но, как известно, загнанная в угол мышь бросается на кота…
Когда дело дошло до позиций артиллеристов — кто-то выживший подорвал разом весь порох. Свистнуло, зашипело, задымило и ка-а-ак грохнуло!
Взрыв был такой силы, что стены крепости завибрировали! А щепками и землёй сыпануло аж во внутренний двор. Группу зачистки накрыло ударной волной и почти всех сбило с ног. Устояли только задние ряды. И, к собственной чести, не растерялись! Они быстро переместились в авангард и обеспечили контуженным товарищам прикрытие.
На счастье, это был и весь сюрприз. Никто не спешил закреплять достигнутый успех. Считанные секунды спустя, взвод Лайонела продолжил своё шествие по трупам.
Последние крики и стоны стихли уже через пару минут.
* * *
— Значится так! — Батя откинул забрало и прошёлся языком по усам в обе стороны. — Кен! Бери ученика, сделайте крюк и зайдите сбоку в лес. Расставьте наблюдателей вдоль всей опушки. В бой вступать на своё усмотрение, но от превосходящих сил отступать в крепость. Венга, собираете трофеи пока сюда подкрепление не пришло. Топоры прихватите! Корыта эти на дрова, котлы тоже внутрь. Так, взвод Даджоя… Сержант! Где тебя хер понёс?!
Латник прибежал к командиру едва поняв, что обращаются к нему. А приблизившись, отсалютовал от шлема.
— Мать твою!!! — старый вояка брызнул слюной и отшатнулся за зубец. — Это ты меня сейчас снайперу так обозначил, да?! Раненные и погибшие на тебе! По выполнении доложить! И чтобы больше никаких воинских приветствий во время боя!
— Виноват! Слушаюсь! — боец не стал дожидаться продолжения взбучки и поспешил прочь.
— У остальных вопросы есть? Нет? Молодцы, вып… — командир осёкся, когда Макс тоже открыл лицо. — Я не понял, ты шо такой кислый?
— Потери. — односложно пояснил парень, пытаясь оттереть чужую кровь со щеки.
Батя кивнул каким-то своим мыслям и выдал внезапно посерьёзневшим тоном:
— Коли лес рубишь — очи от щепы береги. Всё, р-р-разойдись!!!
* * *
После короткого инструктажа, двор крепости начал напоминать базар. Одни бежали наружу, другие спешили внутрь. Особо инициативные бойцы толкали к воротам телегу, чтобы по сто раз добычу не таскать. Ещё более догадливые — предложили сразу вывезти на ней и тела погибших.
