далеко на юг , оставив позади лишь костяк экипажей. Поэтому, когда украинцы ворвались и атаковали северо-восток , надеясь вернуть себе оккупированные земли, такие солдаты, как Руслан, были убиты или ранены при хаотичном отступлении.
О такой опасности предупреждали военные аналитики еще до вторжения. По их словам, даже несмотря на то, что десятки тысяч российских солдат угрожающе скопились вдоль границ Украины, Кремль послал недостаточно сил, чтобы оккупировать всю страну. Военные планы русских в отношении 26-го танкового полка сигнализировали о той же проблеме: не ожидать подкреплений.
России удалось захватить территорию, часто ценой огромных затрат. Но как сохранить ее, часто было запоздалой мыслью.
«Армия, генералы, солдаты не были готовы», — сказал г-н Царев, человек, которого американские официальные лица считают марионеточным лидером, которого Кремль может поставить на Украине.
Классная комната детского сада под Изюмом использовалась в качестве базы отступающими российскими солдатами и в сентябре была украшена военным символом «Z». Николь Танг для The New York Times
Он сказал, что после вторжения российская армия настолько рассредоточилась по территории Украины, что «будет двигаться через города и не оставлять даже небольшого гарнизона, чтобы поднять российский флаг и защищать его».
В северо-восточном районе Харькова российские командиры поставили таких людей, как Руслан, на блокпосты и двинулись дальше.
У него почти ничего не было, кроме распечаток в его рюкзаке, которые украинские солдаты нашли вместе с тем, что они считают его телом в сентябре. Винтовка рядом с ним предполагала, что он снайпер. Но в то время как снайперы в современной армии часто проходят недели дополнительной специальной подготовки, учителем Руслана оказался Интернет.
«Здравствуй, дорогой солдат!» – неподписанное письмо в его рюкзаке. «Ты должен рискнуть своей жизнью, чтобы мы могли жить мирно. Благодаря вам и вашим товарищам наша армия остается такой сильной, могучей и может защитить нас от любого врага».
Более 50 страниц российских документов, собранных в трех городах Харьковской области и проанализированных The Times, показывают вечную истину: пехотинцы несут непомерное бремя боя.
Документы, предоставленные трем независимым военным экспертам, которые сочли их заслуживающими доверия, подробно описывают, как Россия полагалась на резервные силы, многие из которых были бойцами сепаратистов из затянувшегося конфликта Украины на ее разделенном востоке, чтобы удерживать территорию, в то время как регулярная российская армия сражалась за сотни миль оттуда.
Одним из них был 202-й стрелковый полк Луганской Народной Республики — прокремлевских сепаратистов на востоке Украины. В нем было около 2000 человек, но он почти полностью зависел от пехоты.
Более дюжины страниц его списков подробно описывают страдания подразделения, вплоть до отсутствия теплой одежды и обуви.
Некоторым ее солдатам было за 50, в том числе одному, у которого случилась «сердечная недостаточность», а один из самых молодых пострадавших, 20-летний Владимир, перенес «обморожение нижних конечностей». Еще один пожаловался в перехваченном украинцами телефонном звонке, что у него нет бронежилета и каски 1940-х годов.
Выписка из списка военнослужащих 202-го стрелкового полка Луганской Народной Республики.
«Наш батальон, например, уже более трех недель не получает боеприпасов от армии», — сообщил в сентябре в Telegram командир пророссийской милиции Ходаковский .
В одном из интервью другой солдат рассказал, что имеет весьма смутное представление о том, как пользоваться своим оружием.
Он рассказал, что ему посоветовали стрелять осмотрительно, по одному патрону за раз, а не бесконтрольно стрелять из винтовки. Но он не знал, как это сделать. Так вот, незадолго до выхода в бой, по его словам, он обратился к командиру и спросил, как переключить его винтовку в полностью автоматический режим.
Россия стала полагаться на такие потрепанные, неопытные войска после нескольких месяцев тактики, которая больше напоминала 1917 год, чем 2022 год. Командиры посылали волны войск в зону досягаемости тяжелой артиллерии, отвоевывая несколько ярдов территории, неся тяжелые потери.
По словам одного из ее солдат, когда одно российское подразделение прибыло на восток Украины, оно быстро сократилось до нескольких изможденных людей.
По его словам, во время весенних боев его командиры отдали приказ о наступлении, обещая артиллерийскую поддержку атаки. Она так и не произошла, сказал он, и его подразделение было опустошено.
Но командиры все равно отправили их обратно в рукопашную.
“Сколько времени уже прошло? Думаю, девять месяцев”, сказал он. «За все это время ничего не изменилось. Они не научились. Они не сделали никаких выводов из своих ошибок».
Он рассказал о другом сражении, в котором командиры снова и снова отправляли солдат по одному и тому же пути на фронт. По его словам, во время каждой попытки вокруг него падали тела. В конце концов, после того как ему приказали идти в пятый
