Ну вы лучше меня всё знаете о традициях!
– Интересно, а он потом на своих ногах-то отсюда выйдет? – живенько уточнил Терений.
– А почему нет? Думаешь, что ты такой ужасный и непереносимый? Вон, Таня же вполне-вполне тебя терпит, – усмехнулся Соколовский.
– Терпит? Да она меня любит, обожает и восхищается! – возмутился кот.
– Так, всё… они уже по лестнице идут, пока заканчивай выступать. И запомни – вылезешь не вовремя – пошлю к гусям – надо же понять, как на болтливых котов действует их новая способность! – пригрозил Сокол.
– Молчу-молчу, – почти беззвучно мурлыкнул Терентий, уютно сворачиваясь на диване и прикрывая морду пушистым хвостом – так удобнее наблюдать за гомо сапиенсами – это всем котам прекрасно известно!
***
Иван ничего особенного от этой встречи не ждал – он уже давно перестал надеяться на то, что найдётся какой-то спонсор и вложит деньги в его идею.
– Ничего-ничего… что ж теперь-то? – уговаривал он сам себя. – И так потихоньку дело делается, игра работается, глядишь, лет через… несколько всё и закончим.
Его здравый смысл, который намекал на то, что тогда его игра уже безнадёжно устареет, и ею никто не заинтересуется, был искусно задвинут на задворки сознания, ибо никаких сил думать об этом у Ивана не было!
– Cоколовский… актёр! И зачем ему моя игра? – размышлял Иван, – Хотя… вон особняк какой. Может, ему охота просто куда-то деньги вложить? Умные-то так и делают – вкладываются куда-то, чтобы потом, когда приглашать на роли перестанут, можно было бы нормально жить.
Белокаменная лестница на второй этаж его впечатлила, коридор, устланный красной ковровой дорожкой, встретил освежающим запахом озона.
– На здоровье, небось, повёрнутый – озонирует всё, что только можно, – машинально подумал Иван, входя вслед за Ромкой Чернокрыловым в богато обставленный кабинет, где их и поджидал Соколовский с неожиданной компанией – упитанным рыжим котом, уютно спящим на диване.
– Добрый день! – хорошо поставленным голосом поздоровался с ним актёр, звездища и потенциальный спонсор.
– Добрый, – согласился Иван, даже не подозревая, НАСКОЛЬКО он прав…
Глава 44. Иван Васильевич в гостях
Не то что б Иван очень увлекался просмотром фильмов с Соколовским, но не видеть его вовсе было практически невозможно – афиши фильмов с ним были везде, а кроме того, он и так постоянно мелькал в рекламных роликах…
– Правда, почему-то это не раздражает, – мимолётно подумал Иван. – Даже красиво… особенно ролики, где он с такой… очень симпатичной светленькой актрисой, как там её… Светлана Патрушева, кажется.
Если бы у Ивана было время задуматься, он бы понял, что не коробят его эти ролики, потому что сделаны профессионалами, и актёры в них похожи на нормальных мужчин и женщин, то есть не кривляются и не бубнят одну фразу, пока она не просверлит зрителям мозг и при следующем просмотре не будет сбиваться сознанием на подлёте.
Собственно, в другой рекламе Соколовский принципиально не снимался, зная, что неудачно выбранный рекламный образ может запомниться лучше даже самой удачной роли – сколько раз зритель просмотрит фильм? А сколько раз волей-неволей увидит рекламу? Вот то-то и оно!
Вживую звездища впечатлял…
– Грима-то сейчас на нём нет, а выглядит так же, как на экране, – удивлялся про себя Иван. – И руку пожал нормально – не вяло, словно ему это неприятно, но и не так, будто хочет продемонстрировать свою крутость.
Короче говоря, Филипп его приятно удивил. Впрочем, это было ненадолго…
– Мне Роман рассказывал о вашей игре. Я хотел бы обсудить возможность финансирования её разработки, а для начала посмотреть то, что уже сделано.
Иван невольно оценил лояльность Ромки Чернокрылова – надо же, сам без разрешения не показывал, молодец!
Он достал из сумки и открыл ноутбук с разработками и включил уже готовый кусок…
Иван смотрел на экран и только время от времени на возможного спонсора, зато Роман не мог оторвать взгляд от лица Соколовского – тот впился глазами в экран, на котором из оврага неспешно, неотвратимо и зловеще выплывало облако густого мерзко-грязно-зеленоватого тумана. Казалось, что Филипу Ивановичу потребовалось сделать усилие, чтобы не отпрянуть от экрана.
– Да… он же рассказывал про этот туман, – Вран прекрасно помнил их разговор, но тогда Чернокрылов не смог в полной мере осознать, насколько всё это было тяжко Соколовскому.
– Он же… бесстрашный. Я вообще не знаю, он в этих землях чего-то боится? А сейчас просто смотрит на картинку и так реагирует… Никогда я его таким не видел! – думал Чернокрылов.
Соколовский просмотрел всё, беззвучно хмыкнул при виде монстров, чуть поморщился, глядя на героев, которые с ними сражались, покосился на Ивана, прищурился, явно что-то прикидывая, а когда показ был завершён, неспеша заметил:
– А знаете, Иван, кстати, как вас по батюшке-то?
– Иван Васильевич.
– Ага… так вот Иван Васильевич, это интересно!
Иван чуть было не расслабился, решив, что актёр – классный мужик и ему наконец-то повезло, как тут же в эту бочку мёда смачно шлёпнулась ложка густого чёрного и вонючего дёгтя:
– Только вот, если мы с вами будем сотрудничать, историю надо будет менять!
Иван стиснул зубы и прищурился… чего-то такого он и ожидал, ну, что же… значит, не ошибся он в своих ожиданиях, и ничего путного этот актёришка не скажет! Конечно, куда ему понять, что это была детская мечта Ивана, это путеводная звезда – найти то, о чём ему рассказывал прадед.
А этот… этот павлин надутый сходу – меняй ему чего-то там!
– Нет, я как раз не надутый павлин, – усмехнулся Соколовский, и Иван изумлённо вскинул на него глаза.
– Что? – у Ивана на миг возникло странное ощущение, что актёр прочёл его мысли.
– Нет, я не умею их читать, – Соколовский смотрел на растерянного Ивана, – Просто вы, как говорит один мой хороший приятель, слишком громко думаете.
У Ивана даже не хватило запала возразить, сказать, что вовсе ничего такого он не думает. Так и сидел дурак-дураком, уставившись на собеседника.
– И вовсе не собираюсь отнимать вашу памятку… Просто я знаю, что это за туман.
– Что? Вы… вы тоже его видели?
– Видел, – глухо признался Соколовский.
– Я всё детство мечтал найти этот туман! – воскликнул Иван, который от крайнего раздражения в адрес актёра перешёл к восхищению –
