глаз, а маги могли почуять эманации Проклятья. Кшанти использовала каждую доступную минуту, чтобы подточить оковы подчинения.
Чем больше Ночная эльфийка пребывала в плену у человека, тем больше странностей подмечала. Начать с самого Мрадиша. Он вел себя несколько абсурдно.
Что бы сделала Кшанти, будь она на его месте? Захватив кровного врага, который держал тебя в долгом плену, она бы обязательно заставила его раскаяться о содеянном. Пытки, издевательства, унижения. Затем, когда игрушка бы надоела, придумала тому изощренное наказание. Смерть — слишком легкий выход для кровного врага.
Такую красивую Ночную эльфийку как Кшанти можно было бы продать в публичный дом. Это бы стало серьезным ударом для гордой Дзартен. Либо выдать обратно Сумеречному Лесу за вознаграждение. Ночные эльфы бы придумали такое наказание провинившейся, на которое человеческое воображение просто не способно. Пожалуй, второй вариант намного хуже первого. Кшанти хорошо знала Ночных эльфов.
Что же сделал Мрадиш? Ничего. Совсем ничего. Наоборот, он будто бы слегка ее опасался и старался держаться подальше. Ни пыток, ни наказаний. Пустота. Кшанти словно бы стала обычной участницей их странного отряда, собранного из представителей разных рас и народов.
Она не могла предсказать, что этот безволосый плоскоухий выкинет в следующий миг. Действия Мрадиша не подчинялись рациональным паттернам. Это слегка пугало. А если Ночной эльф чего-то страшится, значит угроза более чем серьезная.
Первое время она относилась к спутникам Мрадиша наплевательски, считая их обычными прихлебателями и подстилками. Однако чем дольше она возилась с отрядом, чем больше историй подслушивала, тем больше подозрений у нее возникало.
Неразговорчивая Лунная эльфийка явно имела некий секрет за собой. Окружающие часто замолкали при посторонних, когда речь шла об Ульдантэ и некоей Амарантэ, которую они вызволили из плена архимага.
Призывающая или Высокая эльфийка Лиетарис обладала очень странной техникой. Кшанти видела такое впервые. После возвышения древесный доспех обзавелся еще и хвостом, которым она могла хватать предметы. Первые бои ее были неуклюжими, но позднее Лиетарис освоилась со своим хвостом. Она превратилась в смертоносного бойца, чьи доспехи почти невозможно пробить, при этом Воительница носилась по полю боя стремительно и могла дать отпор нескольким противникам одновременно. Даже наседающие сзади мертвяки рассыпались на части после ударов хвостом с зачарованным кинжалом.
Ученица Мрадиша в своем юном возрасте имела высокий ранг и знала множество заклинаний. Она была заметно лучше того же Домового в лечении. Ее печати были отточены до идеала.
Кшанти осознала, что Хоран нагло соврал ей. Домовой не улучшал свои печати. Это Мрадиш помог ему адаптировал целительские заклинания. Резонансный маг проделывал подобные манипуляции с ужасающей легкостью. Дзартен не слишком хорошо разбиралась в людской магии, но знала, что обычно у чародеев уходят месяцы на адаптацию заклинания под свою ману. Могло быть быстрее, если им повезет найти правильную конфигурацию сразу, но явно не так шустро, как у Мрадиша.
И это был не единичный случай. Раз за разом он улучшал печати, тратя на это считанные часы. Дзартен даже любопытства ради попыталась заглянуть в расчеты, которые частенько проводил Мрадиш и его ученица, но ничего понять не смогла. Какие-то странные символы и закорючки, не имеющие ничего общего с их языком.
Красную эльфийку тоже никто бы не назвал слабой. Ее взрывные огненные заклятья вышибали дурь даже из хорошо защищенных врагов. Если бы Ниуру не была такой лентяйкой, быть может, она бы стала действительно опасным бойцом.
Но почему-то больше всего опасений вызывал питомец Мрадиша. Гурдиха каким-то образом чуть ли не предсказывала нападение врага, благодаря чему отряд всегда был наготове. Казалось, она понимает больше, чем обычный тупой зверь.
Да и сам Мрадиш вызывал множество вопросов. Чародей обладал поистине богатым арсеналом редких заклинаний. Мог снимать любые ошейники по мановению волшебного жезла, хотя взлом подобных артефактов — дело крайне муторное. Лишь единицы среди магов на всем Шимтране могли вскрыть рабочий ошейник и не убить носителя при этом.
Почему он не продал ее или не убил сразу? Почему относится будто к обычному слуге? Вопросы, на которые у нее не было ответов. Возможно, желает сделать одной из своих наложниц? Если так, то данное направление можно использовать себе во благо.
Спать с человеком — само по себе мерзко. Дзартен понятия не имела, почему эльфийки устраивают из-за этого споры и даже приступы ревности. Возможно, они желали стать главной спутницей Мрадиша, понимая, что он перспективный чародей? Амбиции порой становятся важнее чести. Спать с человеком мерзко для Ночного эльфа, но ради свободы можно и унять ненадолго гордыню.
В любом случае Кшанти не торопилась. Отряд Мрадиша, как и сам Хоран, ее напрягал. Она собирала данные и анализировала, стараясь лучше их понять. Тренировала сопротивление ошейнику и ждала подходящего случая.
В Арьяджи они задержались всего на день. Людишки устроили нелепый турнир, в котором участвовали в том числе и презренные животные. Благодаря какой-то магии Мрадиша участник от Нирдхолда одержал победу, и Хоран получил солидный куш.
Но затем лидер их отряда вдруг на ровном месте собрался в дорогу, услышав про один из Вольных Городов. Про Горунг знала даже Кшанти, хотя в этих землях она и не бывала никогда. Кузнечный Вольный Город славился на весь Шимтран. Благодаря огню, бьющему из-под земли, они ковали качественные изделия из металла и в довольно больших количествах. Поселение относительно небольшое, но с помощью вечного огня они выдавали столько товара, словно являлись столицей крупного королевства.
— Мы же только приехали. Вольная Ярмарка будет проходить еще три дня! — уговаривал его конунг.
— Мы успеем вернуться. До Горунга всего день пути на быстрых гурдах. Удачи вам в торгах и соревнованиях! — попрощался Хоран.
Отряд быстро собрал припасы и двинулся в путь.
— Мне кажется, ты зря оставил Бьярнума и Харстеда одних, — заметила Кшанти.
— Почему?
— Харстед явно озлобился на конунга Нирдхолда и возжелает отомстить. Мне знаком блеск в его глазах, — заявила Дзартен.
— Да как вы по блеску в глазах мысли читаете⁈ Читеры ушастые! — возмутился он почему-то.
— Просто предупредила.
— Ерунда. Завтра Харстед отойдет от обиды. Бьярнум — не ребенок, ему наседка не нужна. Они взрослые мальчики и сами разберутся со всеми вопросами, — махнул рукой Мрадиш. — Двинули!
Гурды успели отдохнуть, так что животин не жалели. Их отряд передвигался на гурдах высоких рангов, без повозок и фургонов. Скакали на приличной скорости, периодически давая копытным отдохнуть. Поэтому расстояния преодолевали большие.
В пути за ними привязались аж две Подземные Саламандры. Холмики земли блуждали
