к девушке. Его язык коснулся её там, где она ждала этого больше всего, и Алиса втянула воздух, вцепившись пальцами в его волосы, прижимая его к себе, чувствуя, как всё её тело взрывается миллионом искр от этого прикосновения.
Даже, если пару минут назад, он уже делал с ней подобное, она всё равно желала ещё и ещё.
Он двигался уверенно, так же, как в лифте, но теперь у неё не было стеклянной стены за спиной, не было страха быть увиденной, был только этот шикарный мужчина, к тому же ещё и её начальник, его язык и его сильные руки, сжимающие её бёдра. Она отдавалась этому чувству полностью, не сдерживая стонов.
Он довёл её до пика в очередной раз довольно быстро — слишком быстро. Когда оргазм накрыл её, она выгнулась дугой, вцепившись в его плечи, чувствуя, как её тело содрогается, как мышцы пульсируют, как она теряет контроль, растворяясь в этой волне удовольствия. Она обессиленно откинулась на стол, чувствуя, как дерево холодит спину, как пот стекает по вискам, как сердце колотится где-то в горле. Он поднялся, навис над ней. Его лицо было совсем близко — возбуждённое, счастливое, с горящими глазами.
— Мы ещё не закончили, — прошептал он, и в его голосе было столько нежности, что у Алисы сжалось сердце.
Она потянулась к нему, расстегивая пуговицы его рубашки. Он помог ей, стягивая ткань с плеч, и она увидела его тело — широкую грудь, покрытую лёгкими волосами, рельефные мышцы, которые она чувствовала под тканью рубашки каждое утро в лифте. Это зрелище было таким захватывающим, что она забыла о том, что он ждёт продолжения и просто смотрела на него минут пять не отрываясь. Небольшая дорожка волос от его пупка ухоидала к тому месту, которое она жаждала увидеть, поэтому Алиса потянулась к ремню, растегнула его.
Она провела ладонями по его груди, по плечам, чувствуя под пальцами горячую, напряжённую кожу, и он закрыл глаза, выдохнул, и его руки легли на её талию, притягивая к себе.
— Я хочу тебя, — сказал он хрипло. — Всю.
Алиса посмотрела на его твёрдый орган, который она чувствовала через ткань его нижнего белья и внутри у неё снова разгорелся огонь.
— Тогда возьми меня, — ответила она, и её голос прозвучал твёрже, чем она ожидала.
Брюки окончательно упали на пол вместе с бельём. Он навис над ней, обнажённый, сильный, красивый, и Алиса смотрела на него и не могла поверить, что этот мужчина — её, что он хочет её так, как она хотела его все эти три месяца.
Он взял её за бёдра, притягивая к краю стола, и она обхватила его ногами, чувствуя, как его горячее достоинство касается её. Это прикосновение было таким долгожданным, что она застонала.
Начальник вошёл в неё. Медленно. Плавно. Наполняя её целиком. Алиса вскрикнула, выгибаясь навстречу, чувствуя, как он заполняет её, как она растягивается, подстраиваясь под него, как это ощущение — быть соединённой с ним так тесно, так глубоко — стирает все мысли.
Он начал двигаться. Каждое его движение отзывалось во всём её теле, заставляло её стонать, вцепляться в его плечи. Он ускорялся постепенно, чувствуя, как она отвечает ему, как её тело подстраивается под его ритм, как её ногти впиваются в его спину, оставляя следы. Шлипки в тишине офиса были такими громкими, что иногда заглушали её саму. Стол пошатывался под ними, но они и этого не замечали.
Алиса забыла, где она — кабинет, жалюзи, всё исчезло, остался только он и этот его ритм, который становился всё быстрее, всё жёстче.
Она кричала, не сдерживаясь, чувствуя, как оргазм нарастает внутри, как напряжение достигает предела, и когда он вошёл в неё на всю глубину, касаясь ее пульсируюшего бугорка, она взорвалась, содрогаясь в его руках, чувствуя, как он замирает на секунду, а потом следует за ней, сдавленно стонет, прижимая её к себе. Его тело напрягается. Она чувствует, как он наполняет её теплом, и это последнее, что она осознаёт, прежде чем мир растворяется в яркой вспышке удовольствия.
Они лежали на его столе — обнажённые, мокрые, сбитые дыхание. Он уткнулся лицом в её волосы, и она чувствовала, как его сердце колотится так же быстро, как её, как его руки всё ещё сжимают её талию, как он не хочет отпускать её даже сейчас.
— Я свожу тебя в самые красивые места и куда захочешь, — прошептал он вдруг. — После такого, мне бы хотелось быть чаще с тобой, потому что я из тех, кто если начал отношения, то надется на свадьбу.
— Ты вот так просто говоришь, что видишь меня своей будущей женой?
— Конечно, дорогая. Я решил это ещё до нашего первого поцелуя.
Он поднял голову, посмотрел на неё, и в его глазах было столько счастья, что у неё не было желания сопротивляться.
— Три месяца, — сказал он тихо. — Три месяца я сходил с ума по тебе. И теперь я никогда тебя не отпущу.
Он поцеловал её ещё раз.
За опущенными жалюзи, шумел офис, звонили телефоны, люди занимались своими делами, не зная, что в кабинете начальника, на его рабочем столе, лежит обнажённая рыжая девушка в его объятиях, и он шепчет ей о их будущем.
Алиса знала, что они не смогут оставаться здесь вечно, что скоро нужно будет одеваться, приводить себя в порядок, выходить к людям, делать вид, что ничего не произошло, но сейчас, в его руках, ей было всё равно. Она закрыла глаза, чувствуя, как его пальцы перебирают её волосы, как его дыхание успокаивается, и подумала о том, что утром она боялась этого мужчину, а сейчас лежит рядом так, будто они делали это каждый день.
— А если я хочу выйти за тебя уже сейчас? — вдруг спросила она, думая, что это напугает его, но он лишь улыбнулся.
— Когда захочешь. Можем, отправить сейчас и подать заявление, если ты не струсишь...
Она засмеялась, понимая, что он как ребёнок, пытается взять её "на слабо".
— Хорошо, — Алиса пожимает плечами. — Поехали.
Эпилог
Три месяца спустя
Офис гудел, шелестел и издавал тысячи разных звуков, ведь сегодня был день презентации новой линейки мармелада "Запретный вкус". Все отделы с утра были на взводе, но Алиса чувствовала себя на удивление спокойно, хотя спала прошлой ночью всего четыре часа, потому что они с Сашей засиделись допоздна, обсуждая то ли рецептуру, то ли то, как пройдёт их первый месяц после свадьбы, а может быть, и
