самом деле, если вы успешно справились с упражнением «Встань в угол!», то сесть на стул с закрытыми глазами вам будет не так уж и трудно. Вы уже знаете, что прежде всего нужно сбросить лишнее напряжение в мышцах, затем полностью сосредоточится на цели (иду к стулу и сажусь), закрыть глаза и… Пойти и сесть.
И не стоит при первых попытках быть слишком требовательными к себе. Можете нашаривать стул ногой, даже рукой, если не вполне уверены и боитесь сесть мимо. Также, немного промахнувшись и пройдя рядом со стулом, вы вполне можете случайно задеть спинку рукой, что даст вам точную информацию о его местонахождении.
Именно поэтому стул предпочтительнее табурета. К тому же табуреты в последнее время редко встречаются в залах для занятий актёрским мастерством.
Когда все вдоволь натренировались в нахождении стула, можно перейти на следующий уровень и поставить перед собой задачу пройти к стулу и сесть безо всякого нашаривания руками-ногами. Это требует определённого мужества. Если боитесь упасть, садитесь медленно, так, чтобы, поняв, что ошиблись, вы могли просто выпрямиться и продолжить попытки.
Важный момент: всегда во всех упражнениях тренинга добивайтесь результата!
Не сдавайтесь, если стул сразу не оказался там, где вы ожидали. Не открывайте глаза! Вы должны зафиксировать успех. И во всех последующих упражнениях точно так же.
И, как во всех индивидуальных упражнениях, остальные мысленно помогают, направляют к стулу. Не только мысленно, многие руками пытаются «подтолкнуть» в верном направлении. И это правильно, только не переусердствуйте с энергетикой посыла, а то будете отвлекать идущего.
Удаётся приземлиться на стул с закрытыми глазами и без нашаривания? Отлично! Повышаем планку: ставим на несколько шагов ближе ещё один, который придётся обойти по дороге к уже знакомому стулу.
Затем, отодвинув тот самый стул ещё на несколько шагов, можем поставить третий стул. Дополнительные стулья не выстраивайте в одну линию с первым, а раздвигайте влево-вправо, чтобы путь к заветному стулу превратился в «слалом».
Когда и этот уровень будет освоен, можно поиграть в «диктант»: ведущий задаёт маршрут участнику. Например:
«Дойди до третьего стула, обойди его, вернись к первому и садись».
На следующем уровне индивидуальное упражнение мы превращаем в пáрное. Вы не сами идёте к стулу по извилистой тропе, а ведёте партнёра и усаживаете его. Затем он ведёт вас. И вы оба, само собой, с закрытыми глазами.
Выполняя упражнение с партнёром, обратите внимание, что «удачных посадок» будет больше, чем на предыдущих этапах. Более того, их будет большинство, хотя, казалось бы, вести и усаживать другого принципиально труднее, чем самому решать эту задачу. И в самом деле труднее! Но…
Тут возникает повод для любопытного отступления.
МОТИВАЦИЯ
Модное словечко. По крайней мере, на момент написания этого текста.
Мотивация – «побуждения, вызывающие активность организма и определяющие ее направленность» (скопировал на сайте «Академик»). В жизни с этими самыми «побуждениями» всё ясно: захотел есть – пошёл на кухню, заглянул в холодильник. Вариант: взял деньги, пошёл в кафе; взял удочку, пошёл на рыбалку; взял копьё, пошёл на охоту. Вся эта разнообразнейшая по физическому воплощению деятельность развивается благодаря одному внятному побуждению.
Но какие побуждения руководят актёром на сцене? В любом случае не те, что руководят персонажем.
Несовпадение личных побуждений актёра и предполагаемых автором / предлагаемых режиссёром побуждений персонажа – одна из главнейших проблем в актёрстве. Более подробный разговор на эту тему будет попозже (на этом этапе мы ведь договорились не касаться вопросов перевоплощения), пока только хочу, чтобы вы не пропустили очень показательный момент.
Повторюсь. Притом что выполнение упражнения на уровне «усаживаю на стул партнёра» объективно труднее, выполняется оно в большинстве случаев успешнее. Почему?
Потому что у ведущего появляется мощная мотивация: он берёт на себя ответственность за другого человека. Помимо естественного желания оградить партнёра от ударов о стулья, он должен внушить ведомому уверенность, что тот может ему довериться, в противном случае ведомый своей паникой будет мешать им обоим выполнить упражнение. Каким образом ведущий решает эту задачу? Внушая уверенность себе:
«Я это сделаю!» Он играет… можно сказать, он играется в мастера по усаживанию на стул с закрытыми глазами.
В книге «Путь актёра» Михаил Чехов рассказывает, как они с Евгением Вахтанговым гоняли шары на бильярде. Оба играли так себе. И тут Вахтангов сказал, что покажет, как играют мастера. И принялся класть в лузы шар за шаром.
Конечно, и на предыдущих уровнях данного упражнения (как и всех прочих упражнений!) работают различные мотивации: стремление освоить профессиональные навыки, амбициозность, азарт, любопытство наконец. Но ответственность за другого, желание не подвести оказывается мотивацией более высокого уровня.
* * *
Здесь я провёл двойную сплошную черту, чтобы отметить принципиально важный момент, когда к невербальному тренингу следует подключать упражнения, где как раз речь активно используется. Про эти упражнения я расскажу в своё время. Сейчас хочу только зафиксировать: упражнения со словами пора вводить уже на данном этапе. Пожалуйста, не пропустите это уточнение!
Пока продолжу рассказ о невербальном тренинге.
Но считаю необходимым подчеркнуть (в прямом и переносном смысле) неразрывность процесса обучения. Неправильно вычленять какие-то отдельные элементы и заниматься только ими в отрыве от всего комплекса навыков,
Сейчас стали повсеместно употреблять жуткое слово «компетенции», но я позволю себе проигнорировать этот термин из роботизированного словаря менеджеров. Слова «навыки» и «умения» ничем не хуже. Даже лучше.
в чём я полностью солидарен с Николаем Демидовым…
Наверное, мне следует притормозить, чтобы уточнить, кто это такой и почему его имя появилось в книге о методике преподавания актёрского мастерства.
ОППОНЕНТ СТАНИСЛАВСКОГО
Имя Николая Демидова до сих пор знакомо далеко не всем из тех, кто профессионально занимается театральной педагогикой. И очень жаль, поскольку Демидов для меня самый убедительный из оппонентов Станиславского, его методики преподавания стоило бы широко внедрить в педагогическую практику.
К моменту знакомства со Станиславским Николай Васильевич Демидов был студентом медицинского факультета Московского университета, где специализировался на психиатрии, а также серьёзно занимался спортом, даже разработал свою систему (обратим на это внимание!) подготовки спортсменов. Именно в спортивной школе он познакомился с Леопольдом Сулержицким,
Ну уж кто такой Леопольд Антонович Сулержицкий, если вы вдруг не в курсе, узнавайте сами, настоятельно советую это сделать!
который порекомендовал Демидова Станиславскому в качестве гувернёра и, говоря современным языком, личного тренера для его сына Игоря.
Николай Васильевич с детства был увлечён театром – его отец организовал в Иваново-Вознесенске Народный театр и приобщил к театральному искусству всех своих детей. Так что вскоре его обязанности значительно расширились, и
