выуживаю его из кармана брюк. Похоже, все в семье отправили мне сообщения. Конечно, они хотят знать, как прошел мой первый день. Я отвечаю родителям и Жасмин. Кроме того, мне пришло сообщение с незнакомого номера.
«Привет, Малик, судя по всему, в следующие выходные мы с тобой будем единственными, кто не сошел с ума от любви. Можешь меня подвезти? Я одолжу машину Тамсин и Рису, чтобы они могли уехать уже в пятницу. А за это я позабочусь о перекусе. Будут какие-нибудь пожелания? Сорбет? Пока. Зельда».
Хотя мое тело слишком измотано, чтобы совершить малейшее усилие, уголки рта непроизвольно дергаются вверх. Из-за страшного шума, жары и моркови я забыл, что с нетерпением жду следующих выходных. Рис и Тамсин сняли небольшой дом, и, очевидно, Зельда тоже поедет. Тем лучше.
«Уверен, сорбет прекрасно подойдет в качестве перекуса в машине. Я захвачу хрустальные вазочки», – отвечаю я, ложусь и через секунду засыпаю.
5
Зельда
Каждую среду вместе с соседями по комнате Арушем и Леоном я смотрю какой-нибудь максимально плохой фильм. Когда мы сюда переехали, начали с хороших фильмов, но быстро стало ясно, что во время просмотра мы слишком много болтаем, чтобы по-настоящему уловить сюжет. Вот почему уже несколько месяцев мы смотрим только плохие фильмы, так что ничего не теряем.
Сегодня выбор доверили мне, и я остановилась на «индийском Зорро» – «Под прикрытием», – в первую очередь потому, что Аруш терпеть не может индийское кино. Мы с Арушем обожаем друг друга. Мы так близки, что мои родители даже запаниковали. Поначалу я думала, что нашим отношениям пойдет на пользу, если я буду рассказывать им о своей жизни в Перли. Но вместо этого они заговорили о моей ответственности перед семьей – то есть о необходимости найти белого мужа. Это был первый раз, когда они высказали это открыто. В первый момент я не знала, что на это ответить, ведь мы с Арушем даже не пара. Но после того, как они заявили, что белокурых детей теперь нигде не встретить, у меня пробежал мороз по коже, и я перестала оправдываться. С тех пор я категорична в том, чтобы четко разделять две эти части своей жизни.
Мы с Арушем любим доводить друг друга до белого каления. Индийское кино в этом срабатывает великолепно. По его словам, причина в том, что ему всю жизнь приходилось смотреть с родителями болливудские фильмы, чтобы не забывать о своих корнях. Разумеется, они не догадывались, что это имело обратный эффект. Он всякий раз подчеркивает, что это не его культура, так как он родился в Америке и еще ни разу не был в стране своих предков.
Наши «трешовые среды» становятся самым ярким событием за неделю. Мне нравится, что мы собираемся и проводим время вместе. Это напоминает мне семью. Не мою собственную, а образ, который создали канал «Disney» и ситкомы девяностых. Люди живут вместе, дружно смеются, ссорятся, мирятся, а в конце оказываются перед телевизором с ведрами мороженого.
Тот, кто выбирает фильм, отвечает за попкорн. У нас есть большая миска с соленым попкорном и поменьше со сладким – только для меня. Сейчас я стою на кухне и сверлю взглядом микроволновку – центральный элемент в этом помещении. Так как никто из нас не готовит, кухонного добра у нас немного.
Леон уже дома и занимается в своей комнате, готовясь к экзаменам на степень бакалавра, которые ему предстоит сдавать в мае. Он на два года старше нас с Арушем. Он хочет изучать медицину, и ему нужно получить высокие баллы на экзаменах. Поэтому с первого дня учебы он находится в постоянном стрессе и каждую свободную минуту проводит в библиотеке. Еще один человек, который горит своим делом.
Я прикусываю нижнюю губу. Дилемма, в которой я оказалась, начинает на меня давить. С одной стороны, говорю себе, не важно, чем я буду заниматься, если через пару лет мне придется производить на свет наследников мужского пола. С другой стороны, в тот короткий отрезок времени, который у меня остался, я должна делать то, что люблю. И вряд ли меня по-настоящему интересуют десерты, водка и победы над Джейсоном.
В замке поворачивается ключ. Похоже, пришел Аруш. Я подавляю желание выбежать из кухни, чтобы посмотреть, как он отреагирует на мой сюрприз. Будет лучше, если постер фильма он обнаружит случайно.
– Ненавижу тебя! – кричит Аруш.
– Я тебя тоже, детка! – откликаюсь я. – Как прошел твой день? – Голос у меня дрожит от смеха.
Аруш заходит на кухню. Покачав головой, щиплет меня за руку.
– Зачем ты так делаешь? Каждый раз?
– Полагаю, я плохой человек.
– Это точно. – Он мрачно смотрит на меня. Но Аруш не умеет долго злиться. И действительно, почти сразу он спрашивает: – Что у нас на ужин, дорогая?
– Жаркое.
– Ммм, засунула в микроволновку. Все как я люблю.
Отвернувшись, он собирается выйти из кухни, но я запрыгиваю ему на спину.
– Тяжелая, – удивленно восклицает Аруш, но несет меня дальше. – И куда ты хочешь?
– А куда ты шел? – отзываюсь я и обвиваю руками его шею.
– В туалет. Но туда я тебя с собой не возьму. И не думай. Пойдем заберем Леона.
Аруш несет меня к двери Леона. Я стучу, и Аруш открывает. Леон сидит спиной к нам за письменным столом и корпит над учебой.
– Ты готов? – спрашиваю его. – Я нашла любимый фильм Аруша.
– Секунду, – отзывается Леон и поворачивается. При виде меня и Аруша у него на лице появляется ухмылка. – Вы чокнутые.
– Я? – возмущается Аруш с наигранным ужасом в голосе. – Это она сумасшедшая. Не мог бы ты рассказать, как заставил ее уважать твое личное пространство?
Я в шутку щелкаю его пальцем по уху.
– Выработка условного рефлекса, – заявляет Леон и кидает в нас учебник. «Введение в поведенческую психологию».
– Очень смешно, – комментирую я. – Давай, Аруш, вези меня в гостиную.
– Есть! – отвечает он и несет меня туда, а потом сбрасывает на диван.
Двадцать минут спустя мы все сидим в гостиной. Фильм превосходит все мои ожидания. Через равные промежутки времени мы с Леоном в недоумении смотрим на Аруша. Тот каждый раз швыряет в нас горсть попкорна, из-за чего Леон угрожает повесить на него уборку на ближайшие десять лет.
Когда действие фильма прерывается танцем в швейцарских горах, Аруш спрашивает:
– Слушай, Зельда, а ты иногда носишь парики?
Я замираю.
– Что?
– Я тебя видел, – подключается Леон и пихает меня локтем в
