по гравию отдавался в ушах Милы грохотом лавины. — Куда собралась? К черному входу? К «спасителям»?
Мила крепче сжала в кармане нож-бабочку. Ладони вспотели. Она понимала, что шансов против него — ноль, но страх сменился ледяным бешенством.
— Ты лгал мне, — выплюнула она, не отступая. — Ты подменил квитанцию. Мой отец выиграл ту ставку. Ты украл мою жизнь, Азар!
Азар остановился в метре от нее. Он не отрицал. На его губах заиграла та самая кривая, жестокая усмешка, которую она видела в первую встречу.
— И что дальше? — он выкинул окурок и раздавил его носком дорогого туфля. — Ты думала, я играю по правилам? В моем мире правил нет, есть только желания.
Он внезапно сократил расстояние и железной хваткой впился в ее плечо.
Мила замахнулась, пытаясь ударить его ножом, но Азар среагировал мгновенно. Он перехватил ее запястье, сдавливая кость так, что пальцы невольно разжались. Нож со звоном упал на камни.
— Смело, — прорычал он, прижимая ее спиной к стене особняка. — Но глупо.
Он прижался к ней всем телом, лишая пространства. Его лицо было в паре сантиметров от ее.
— Теперь слушай меня сюда. За попытку побега полагается наказание. Ты предала меня, Мила. А я за предательство не прощаю.
Он схватил ее за шею, заставляя смотреть на темные окна дома.
— Ты сейчас пойдешь внутрь. Ты удалишь из своей головы мысли о спасении. И ты будешь молить меня о прощении так долго, пока у тебя голос не пропадет.
Мила забилась в его руках, но он только сильнее прижал ее к стене.
— Пожалуйста — это было раньше, — Азар грубо развернул ее и потащил обратно в дом. — Теперь у нас будут другие правила.
Он затащил ее в холл и крикнул охране:
— Седого ко мне!
Мила поняла: игра закончилась. Азар не просто хотел владеть ей — он хотел выжечь в ней всё человеческое, оставив только безусловный рефлекс подчинения.
— В спальню! — рявкнул он, толкая ее к лестнице. — Жди меня там.
Мила бежала по лестнице, глотая слезы. Она знала, что эта ночь станет для нее персональным адом. Но в ее сознании, глубоко под слоем ужаса, билась одна-единственная мысль: «Я выживу. Я стану тем, кого ты во мне растишь. И тогда мы посмотрим, чья ставка сыграет последней».
Она зашла в спальню, дрожащими руками. Сегодня, Мила Белова окончательно умерла. На ее месте рождалась та, кто сожжет империю Азара дотла.
Глава 10
ТОВАРНЫЙ ЗНАК
Зима в этом году выдался аномально холодной. Но внутри «Майбаха» Азара было жарко от вибрирующего в воздухе бешенства. Он гнал машину по трассе, одной рукой сжимая руль, а другой вцепившись в колено Милы так сильно, что на латексе платья наверняка останутся вмятины.
Мила сидела неподвижно. В её кармане всё еще лежал тот самый нож-бабочка — бесполезная железка против человека, который видел её насквозь. Попытка побега провалилась, даже не начавшись. Азар переиграл её на её же поле, и теперь цена этого поражения обещала быть запредельной.
— Ты думала, я куплюсь на дешевую записку? — Азар резко крутанул руль, сворачивая с шоссе в сторону старых складских ангаров. — Ты думала, Седой — твой союзник? Сука, Белова, я его из такой параши вытащил, в которой твой папаша даже в кошмарах не плавал. Он мне верен, как цепной пес.
— Убей меня, — тихо произнесла Мила, глядя прямо перед собой. — Просто закончи это. Ты всё равно не получишь то, что хочешь.
Азар захохотал — зло, хрипло, ударяя ладонью по приборной панели.
— Убить? Нет, мышка. Смерть — это слишком легкий выход. Я потратил на тебя слишком много времени и бабла, чтобы просто пустить в расход. Я обещал тебе обучение верности? Считай, что первый урок начинается прямо сейчас.
Он затормозил у ржавых ворот склада. Охрана открыла их без лишних слов. Машина въехала в полумрак огромного помещения, пропахшего сыростью, жженой резиной и чем-то металлическим.
Азар заглушил мотор, выскочил из машины и рывком распахнул дверь со стороны Милы. Он схватил её за волосы и вытащил наружу, заставляя встать на ноги на холодном бетонном полу.
— Смотри туда! — рявкнул он, поворачивая её голову в сторону освещенного пятачка в центре склада.
Там, привязанный к стулу, сидел человек. Его лицо превратилось в сплошное кровавое месиво, но по знакомой куртке Мила узнала его. Официант из «Эдема». Тот самый, что передал ей записку.
— Он… он просто передал бумагу… — выдохнула Мила, чувствуя, как к горлу подкатывает тошнота.
— Он предал Хозяина, — прошипел Азар ей в ухо. — В моем мире за это вырывают хребет. И знаешь, что самое интересное? Он сдал своего нанимателя через две минуты после того, как Седой прижег ему палец сигаретой. Это был Тагир. Старый хрыч хотел выманить тебя, чтобы сделать своей шлюхой и шантажировать меня.
Азар развернул её к себе, впиваясь пальцами в её плечи. Его глаза полыхали безумием и какой-то извращенной, собственнической страстью.
— Ты была готова уйти к нему! К человеку, который пустил бы тебя по кругу в первый же вечер!
— Я хотела сбежать от тебя! — закричала она, пытаясь вырваться. — От твоего насилия, от твоей лжи!
Азар внезапно затих. Его лицо разгладилось, превращаясь в маску из ледяного мрамора. Он медленно подошел к официанту, привязанному к стулу.
— Сейчас ты будешь смотреть, как умирает тот, кому ты поверила, — прошептал он Миле, не спуская с нее глаз. — И ты будешь знать, кто за это в ответе.
— Седой! — крикнул Азар, стоя над официантом. — Кончай его!
Мила вскрикнула, когда услышала сухой хлопок выстрела. Человек на стуле дернулся и затих. Азар вернулся к Миле, его взгляд был ледяным. От потрясения она осела на колени.
— Это твой последний урок, мышка, — выдохнул он. — Следующей попытки не будет. Если ты дернешься — я убью твоего отца на твоих глазах. А потом запру тебя в подвале, где ты будешь видеть только меня.
Он поднял ее, поставил на ноги и небрежно вытер ее лицо своим платком.
— А теперь приведи себя в порядок. Мы едем домой. Утром ты выходишь в офис «Спектр-Групп». Теперь ты не просто директор. Ты — моя тень. И упаси тебя бог дать повод для сомнений.
