сторону. Короткая очередь прервалась пистолетным выстрелом, и боец раскинул руки на полу.
— Валите его! — приказал командир, и перегородку разнесло от множества пуль.
Прикрыв глаза, я дождался, когда пыль осядет и громко застонал, изображая раненого. Не то чтобы это должно было убедить врагов, но почему бы и нет?..
Изрешеченный гипсокартон позволял осмотреться сквозь дыры. Ко мне медленно направлялись трое, держа автоматы наготове. Средний держался чуть позади соратников, он потянулся к поясу и сорвал гранату с болтающегося на ремне подсумка.
Бах!
Пуля вошла в переносицу, разворотив лицо наемника, и по мне мгновенно открыли ответный огонь. Защита держала пули, куски свинца падали на пол с задержкой, а погибший наемник разжал руку с гранатой. Взрыв хлопнул, осколки со звоном разлетелись по парковке, но враги успели укрыться за гипсокартонными стенами.
— Господа, у меня к вам предложение, — заговорил я громко, чтобы меня было четко слышно. — Сдавайтесь прямо сейчас, и род Романовых предоставит вам лучшего адвоката в стране. Всего-то и нужно будет сдать вашего нанимателя.
Подумав, проверил количество патронов в пистолете и добавил:
— Слово дворянина.
Осталось четыре патрона, пора перебираться за автоматом. Впрочем, можно поступить и иначе.
— Сдавайтесь, княжич, — предложил мне командир наемников, — вам некуда бежать, ваша защита долго не продержится.
— Русские не сдаются!
Сосредоточившись, я дернул сферой защиты лежащее в нескольких метрах тело убитого наемника. С шорохом и скрежетом труп проехал полметра по бетонному полу, и в него тут же угодила сперва очередь, а затем и граната.
Мне осколки не повредили, но в голове зашумело, и я подтянул «Лазурного Дракона» отдельно от тела хозяина. Щелкнув затвором, вынул патрон, быстро вернул его в магазин и, переведя оружие в режим одиночной стрельбы, я стал медленно подниматься на ноги.
Раздался стрекот автоматов, на меня вновь полетели облачка пыли, оседающие на полусфере защиты. Держать ее было уже трудно — взрывы на близком расстоянии никому здоровья не прибавляют. Но я все же смог утвердиться в вертикальном положении.
— Иду на вы! — стиснув зубы, прошипел я, шагая в сторону коридора.
Первый наемник получил пулю в плечо. Обидный промах, второе попадание в бронежилет, и только третий выстрел добил противника. В защиту ударила россыпь свинца, и я вынужденно сузил кокон дара.
Второй враг лупил, не переставая через перегородку. Я выстрелил в ответ, ориентируясь по пятну в дырах гипсокартона. И, кажется, попал — враг затих.
Очередная граната упала мне под ноги, и я толкнул ее обратно щитом. Снаряд откатился метров на пять, прежде чем сработал. Я успел отступить за перегородку и сесть, снижая расход сил на защиту.
Сплюнув пыль с губ, я поднялся на ноги и вновь вышел в проход, но пострелять больше не успел. Со стороны входа раздался громкий голос.
— ЦСБ! Немедленно прекратить огонь, бросить оружие и встать на колени с руками за головой!
На парковку, слаженно топая ботинками по бетону, ворвались два десятка бойцов в черной форме. На головах шлемы, спереди топают безопасники со щитами, из-за их спин торчат стволы автоматов, ружей. А над всем этим работает поле мобильных подавителей — отключать способности к магии.
Я сложил автомат и вытащил пистолет из кобуры. Встав на колени, заложил руки за голову. Естественно, защиту снимать не стал — наемники могут предпринять самоубийственную атаку.
Меня быстро взяли в кольцо, прикрыв щитами. Один из бойцов ловко проверил мои карманы и хлопнул по плечу.
— Встать.
Я подчинился, спорить с готовыми распотрошить тебя бойцами, когда защитный дар не пашет — попросту дурость. К тому же они здесь ради меня.
Отряд разделился на две части, пятеро остались со мной. Тот, что обыскивал меня, потянул за плечо к выходу. Остальные полтора десятка двинулись вглубь стройки, и через минуту началась просто сумасшедшая перестрелка.
Наемники подорвали несколько гранат, отчаянно сопротивлялись, но через пару минут все было кончено. Воины ЦСБ возвращались, волоча трупы противников за ноги. На бетонном полу оставались кровавые дорожки. С лиц боевиков не стали снимать маски, и в большинстве случаев это было даже кстати — мало приятного видеть изувеченные лица.
Меня как раз вывели наружу, где я первым делом заметил автобус с ярким царским гербом — на нем и прибыла кавалерия. За территорией стройки уже торчала толпа журналистов, зеваки снимали на телефоны, стоял гвалт, говорили все одновременно. Только заграждение, установленное и охраняемое полицейскими нарядами, не давало любопытным сунуть нос на поле боя.
Сотрудники подвели меня к своему автобусу, откуда быстро выскочила девушка в медицинском халате, наброшенном поверх бронежилета с аббревиатурой ЦСБ.
— Княжич, позвольте вас осмотреть, — равнодушным тоном произнесла она.
А ничего такая, несмотря на холодность во взгляде. Длинные светлые волосы убраны в пышный хвост, среднего роста чуть ниже меня, тоненькая, но с приятными округлостями. И униформа ей к лицу.
— Конечно, — отозвался я, проходя внутрь машины вслед за медсестрой.
Внутри под полевой госпиталь отведен небольшой закуток. Стоило мне в него войти, девушка задернула занавеску.
— Раздевайтесь, — приказала она не терпящим возражений тоном.
Мне едва хватило такта, чтобы воздержаться от рвущейся наружу шутки. Скинув испачканный пиджак, я расстегнул рубашку и потянулся к ремню.
— Давайте чуть быстрее, княжич, — поторопила девушка, развеивая очарование.
Оказавшись голым, я повертелся под ее внимательным взглядом и был усажен на кушетку. Только сейчас заметил длинную царапину на задней стороне бедра — но как ее получил, вспомнить так и не смог.
Сестра быстро промыла рану, прыснула из баллончика по всей длине и прилепив ленту пластыря, приказным тоном распорядилась:
— Одевайтесь и на выход. И не задерживайте, мне еще наших мальчиков смотреть.
— Благодарю за помощь, сударыня.
Она бросила на меня недовольный взгляд.
— Я — фельдшер ЦСБ, княжич. Извольте покинуть пост, вы мешаете мне исполнять свой долг.
Такой отповеди я не ожидал, молча оделся и быстро вышел из-за занавески. Бойцы ЦСБ уже заняли свои места в автобусе, а одному помогли соратники пройти на освобожденное мной место.
Я проводил
