Пришлось прибавить газу, несмотря на опасность наехать на очередное сброшенное тело, но этот риск был необходим: я должна была убедить Троя, что моя временная отлучка — не более, чем вынужденная мера. В конце концов, он сам решил спасти меня, значит, наш договор о найме в силе. Грузовики показались за первым же поворотом, и ехать стало намного проще — их фары давали свет. Я нагнала последний в ряду и еле ушла от просвистевшей у головы пули. А вот это уже интересно! Они что, думают, что за ними погоня?..
Я увеличила скорость и пристроилась к третьему грузовику с конца и второму — от начала; пули перестали свистеть со всех сторон — значит, всё верно. Трой был именно в этом. Я просигналила пару раз и крикнула в темноту кабины:
— Так в каком Городе расположен твой склад?..
Окно опустилось вниз, а на меня уставилось дуло устрашающего вида оружия… А через пару секунд, растянувшихся в вечность, рядом с дулом появилось донельзя самодовольное лицо Троя:
— В добавок ко всему, ты настырная, — заметил он не без лёгкой улыбки.
— Я тебе вообще понравлюсь, — мрачно пообещала я, отчего черноволосый начальник наёмников расхохотался в голос.
— Уже в нетерпении нашего знакомства, — хмыкнул он, затем внимательно осмотрел все деревья, мимо которых мы проезжали и кивнул кому-то рядом с собой, на некоторое время отвернувшись от меня; я вернула взгляд дороге и около минуты ехала рядом с грузовиком, — Эй, Покахонтас!
Я вновь посмотрела на Троя, лицо которого было серьёзным, в отличие от блестящих весельем глаз.
— Через пять минут будет остановка. Загрузим твой мотоцикл в один из грузовиков, и дальше поедешь со мной.
— Как скажешь, — ровно отозвалась я и отъехала от грузовика.
Ехать так близко к машине, которая запросто может раздавить моё средство передвижения, было довольно рискованно. Но услышать ответ своего нового «босса» в ином случае — было бы просто нереально.
Через пять минут все четыре грузовика остановились у обочины; я слезла с мотоцикла и подошла к Трою, который в этот момент спрыгивал из кабины на землю. Он оказался выше меня на полторы головы, а вот его худоба… вблизи я рассмотрела, что это скорее следствие выбранного образа жизни: даже под кофтой было заметно, насколько жилистые руки имел начальник наёмников. Всё его тело было подтянуто, ни грамма жира — одна кожа, кости и мускулы.
— Ты рассматриваешь меня с таким любопытством, что я просто не могу пропустить это мимо своего внимания, — заметил черноволосый.
— Придётся, я — патологическая лесбиянка, — без эмоций ответила я, продолжая разглядывать его натренированное тело.
Да, он был худ и явно недоедал, но при этом не выглядел умирающим от голода грабителем деревень. Однозначно — городской. И однозначно — не последний в ранге. Возможно — законник. Чёрт.
Принадлежность к законникам выдавала и его тёмная одежда из прочного эластичного, непромокаемого материала, и лёгкий бронежилет, принимавший форму тела — последняя разработка ученых Города, в котором я пребывала до своего побега.
Обитатель Централи. Пёс закона, работающий под прикрытием вне стен Главного Города. Очень плохо.
— Тогда странно, что ты так и не разделась перед той толпой женщин, хотя, говорят, первая предложила подобный вариант развития событий, — вновь заметил Трой, незаметно сканируя меня своим надменным полу-ироничным взглядом.
— Я — патологическая лесбиянка, с суицидальными наклонностями, — всё так же равнодушно отозвалась я, затем посмотрела в его глаза: — Возьмёшь к себе?
— Непригодную для греха бабёнку, временами ищущую смерти? — Трой поднял одну полу-японскую бровь вверх… — Ещё спрашиваешь!
— Славно, — кинула ему, затем огляделась по сторонам, — а где все?
— Кто — все? — вежливо переспросил Трой.
— Наёмники из нашей деревни. Те недовольные, которых вы сбрасывали по дороге, — послушно пояснила я.
— Какая сообразительная, — черноволосый растянул на губах довольно странную улыбку, — Даже жаль, что лесбиянка.
— Сердцу не прикажешь, — бросила через плечо и пошла осматривать грузовики.
— Остановись, Покахонтас.
Я замерла, но оборачиваться не стала.
— Почему ты решила присоединиться ко мне? — вопрос Троя не застал меня врасплох; он должен был задать его, если не был совсем идиотом, — Ты ведь уже догадалась, с какой целью провизия была вывезена из деревни.
— Я — не деревенская, — я развернулась к нему лицом, — и, предупреждая твои вопросы, не городская. Я — сама по себе. И сейчас я ищу место, где смогу провести эту зиму — потому и решила присоединиться к тебе.
Да, выложила всё, как есть, — с одной лишь небольшой оговоркой. Но Трой её не заметил, как не заметили и все остальные наёмники, направившие на меня около полусотни единиц оружия из всех щелей грузовиков.
— Твои слова подтверждают показания того старика, — глядя на дорогу под ногами, медленно протянул Трой.
— Вы допрашивали Бажена? — нахмурилась я, — Где он? Он выжил?..
— Тот старикан выживет, даже если с неба пойдёт огненный дождь, — философски изрёк черноволосый, затем склонил голову, разглядывая меня, — Ты же не думала, что я возьму тебя в свой отряд, не зная, что ты из себя представляешь?
О, ты и понятия не имеешь, что я из себя представляю.
— Я готова к проверке, — спокойно ответила ему.
Бажен не знает ничего из того, что могло бы меня скомпрометировать. Я в безопасности.
— Кого ты искала в деревне, когда мы уезжали? — задал вопрос Трой.
— Свою собаку, — ровно ответила я.
— Ты искала её на смотровой башне? — Трой вновь поднял бровь.
— Она — та ещё бестолковая псина, — бесстрастно заметила я.
— А твою псину, случаем, не Дамасом зовут? — даже не скрывая издёвки в голосе, спросил черноволосый, — Такая высокая, под два метра ростом, псина, атлетического телосложения, среднего возраста с навыками профессионального убийцы.
— Ты хорошо подготовился к нашей встрече, — без эмоций констатировала я.
— И всё же? — Трой лениво склонил голову на другой бок.
— Он спас меня пять лет назад и обучил драться. Он — хороший человек, и я должна ему, — ответила почти правду; к словам вообще не придраться — если не знать подробностей, которые были известны только нам двоим.
— И это сходится, — кивнул Трой, словно сам себе, затем поднял на меня хитрый взгляд, — Значит, всё-таки предпочитаешь мужчин?
— Не предпочитаю никого, — отрезала я.
Дамас жив. И Трой знает, где он. Это — самое важное.
— И тот сказал тоже самое, — вновь кивнул Трой, а у меня кольнуло сердце.
