Андрей Андреевич, видимо, не мог.
Разумеется, губернатора сразу окружила толпа. А я тут же принялся строить в голове планы, как к нему подступиться. Это был просто какой-то знак судьбы, что мы с ним оказались в одном месте в одно время. И я просто обязан был это использовать.
Самой первой мыслью было — попросить юбиляршу познакомить меня с Коростылёвым, но это был бы перебор. Она, возможно, бы и не отказала, но выглядела бы такая просьба с моей стороны крайне нелепо. Поэтому пока я этот способ отложил.
Мы с Настей выпили ещё по бокалу шампанского и мило беседовали. И всё это время я не сводил глаз с той части зала, где стоял губернатор. Толпа вокруг него образовалась внушительная. А потом он вдруг куда-то засобирался и направился к выходу из зала. Я уже было расстроился, решив, что Коростылёв уходит, но он, как оказалось, всего лишь отправился в туалет.
Разумеется, доставать губернатора в туалете я не собирался, а вот на выходе вполне можно было и подловить. Поэтому я попросил Настю отпустить меня ненадолго и принялся ожидать момент, когда Коростылёв выйдет.
Произошло это довольно быстро, только вот возвращаться в главный зал губернатор не стал, а отправился на второй этаж. К моей радости, за ним никто не увязался, и я понял, что такой момент упускать уж точно нельзя.
Быстро поднявшись на второй этаж, я увидел, что губернатор стоит на большом частично застеклённом балконе и курит. Совсем один. И я без каких-либо сомнений направился к нему. И по пути вспомнил старый анекдот про поручика Ржевского — тот, где «можно и по морде получить, а можно и переспать». И вот я, ощущая себя таким поручиком, вышел на балкон, подошёл к губернатору и с ходу ему заявил:
— Андрей Андреевич, добрый вечер! Прошу прощения за наглость, но могу я попросить вас уделить мне буквально две-три минуты вашего времени? Вы ведь всё равно скучаете.
— Скучаю? — губернатор искренне удивился моей наглости. — С чего вы, молодой человек, решили, что я скучаю?
— Возможно, я ошибся, но всё же, могу я просить вас уделить мне немного времени?
Коростылёв покачал головой, затянулся и сказал:
— Вы ведь всё равно иначе не уйдёте?
— Уйду, но всё же надеюсь, что вы меня выслушаете.
— Хорошо, — кивнул Коростылёв. — Я уже вас слушаю.
— Андрей Андреевич, отдайте мне в аренду Восточный рынок! — выпалил я.
— Что⁈ — ещё сильнее удивился губернатор. — Какой ещё рынок?
— Восточный. Его нынешний арендатор — господин Фокин любезно согласился мне его уступить. Но договор аренды я должен заключить с администрацией города.
Губернатор не без интереса меня осмотрел с головы до ног, усмехнулся и сказал:
— Ну, во-первых, я не занимаюсь заключением договоров аренды, а во-вторых, договариваться надо не с Фокиным, молодой человек. К сожалению, решает там не он.
На последней фразе лицо губернатора так скривилось, что мне стало понятно: «крышу» Фокина Коростылёв недолюбливает. Это хорошо.
— Я со всеми договорился, Андрей Андреевич, — сказал я. — Осталось лишь получить ваше добро.
— Молодой человек, я же вам сказал: я этим не занимаюсь. Вам следует записаться на приём к Мирону Сергеевичу Михееву — моему заместителю по экономическим вопросам. Почему вы вообще ко мне с этим подошли?
— Потому что увидел вас здесь сейчас, — признался я. — И решил, что нельзя не воспользоваться такой возможностью.
— Похвальная находчивость, но всё же, я ничем не могу вам помочь. Вам следует обратиться к Мирону Сергеевичу. Но я не думаю, что из этого выйдет толк. Даже если компания Фокина и уйдёт с Восточного, то будет объявлен тендер, по итогам проведения которого будет выбран новый генеральный арендатор рынка. Вот в этом тендере вы вполне можете поучаствовать. На правах общей и открытой конкуренции.
— Я не хочу участвовать в тендере, — сказал я. — Это долго. К тому же у меня есть преимущество перед всеми возможными конкурентами.
— И какое же? — усмехнулся губернатор.
— Я собираюсь своевременно платить арендную плату и более того, я погашу все долги за Фокина.
— Это, конечно, похвально, но мы должны проводить тендер.
— И ещё я вам лично кое-что пообещаю, — сказал я. — Нечто очень важное для вас.
Это было рискованно, но нужно было чем-то заинтересовать губернатора, чем-то важным непосредственно для него. У меня перед глазами всплыло выражение лица Коростылёва, когда он говорил о «крыше» Фокина, а ещё я вспомнил, что у губернатора недавно угнали новую машину. А угоны в нашем городе уже явно курировались не местными бандитами. Сомнений быть не могло — губернатор явно не любил сибирских. Значит, можно было попробовать на этом сыграть.
— Ты хочешь предложить мне взятку? — спросил тем временем губернатор, перейдя на ты. — Или это какая-то завуалированная угроза?
— Ни в коем случае, я вообще не думаю ни о чём противозаконном. Но тем не менее, если мне отдадут в аренду Восточный рынок, я сделаю то, что вы оцените по достоинству.
— Ну давай, выкладывай, — с раздражением произнёс губернатор. — Хотя сразу предупреждаю, я спрашиваю исключительно из любопытства, мне от тебя ничего не нужно!
Я улыбнулся как можно дружелюбнее и сказал:
— Если я возьму в аренду Восточный рынок, я полностью вычищу его от криминала. На рынке не останется ни одного карманника, напёрсточника, подбрасывальщика кошельков, вообще никого, кто хоть как-то связан с криминалом и портит жизнь посетителям рынка. Это будет первый рынок в Екатеринбурге, где люди не будут переживать за свою безопасность и сохранность своих кошельков и карманов.
— А ты не много на себя берёшь? — усмехнувшись спросил губернатор, но раздражение с его лица ушло.
— Нет, не много, — ответил я. — Только то, что вывезу.
— А ты кто вообще такой? Откуда взялся такой смелый?
— Меня зовут Игорь Воронов.
— Воронов? — губернатор напрягся, словно пытался что-то вспомнить. — Где-то я слышал эту фамилию. Причём совсем недавно.
— Возможно, вы слышали о моём отце — Василии Петровиче Воронове. Он владелец Императорского Екатеринбургского оружейного завода.
— Точно! — Коростылёв аж улыбнулся от радости, что наконец-то вспомнил. — О твоём отце я и слышал. Но если мне не изменяет память, он никакой не владелец, а его просто подставили. Мне буквально позавчера доложили о его
