сказала Настя. — Может, у меня посидим? Чаю выпьем?
— Можно и у тебя, — согласился я. — Но может, мне всё-таки переодеться? А то сложно будет объяснить Инне Евгеньевне, почему я пришёл на чай в смокинге.
— Не придётся никому ничего объяснять, — сказала Настя, улыбнувшись. — Мама вернётся только завтра к обеду.
И мы пошли наверх, на этаж Насти. И мы оба понимали, что идём мы не чай пить.
Как только мы вошли в квартиру, и Настя закрыла дверь, провернув ключ в замке, я обнял её, и притянув к себе, поцеловал. К моему огромному удивлению, я не почувствовал того жара, что накрыл меня в такси после финала, но так было даже лучше.
Мне не был нужен никакой жар, я и без него хотел целовать Настю, хотел обладать ею, и плевать мне было на то, что я буду думать об этом завтра. Плевать на завтра. Есть только здесь и сейчас. А здесь и сейчас рядом со мной роскошная, невероятно сексуальная женщина, которая испытывает ко мне те же чувства, что и я к ней.
Я целовал Настю в губы, шею, плечи; дорогое меховое манто упало на грязный коврик прихожей; подхватив соседку на руки и скидывая по пути туфли, я понёс её в гостиную.
«Да ты влюбился, Гарик!» — эта мысль пронзила меня насквозь, но я не стал её отгонять — она меня не раздражала.
В гостиной я помог Насте избавиться от платья, она мне — от смокинга, и мы, жадно вцепившись друг в друга, упали на старенький диван.
* * *
Дорогие друзья!
Хочу поделиться радостью: мне сделали чибиков для этого тома.
Подробнее в этом блоге: https://author.today/post/551274
Глава 5
На полдень понедельника у меня была запланирована встреча с помощником губернатора. И хоть других дел на утро не было, вставать пришлось пораньше. Потому как нужно было сначала добраться до дома из отеля, в котором мы провели с Настей последние сутки.
Раз уж то, что произошло, всё-таки произошло, мы решили дать волю чувствам, которые так долго сдерживали. Поэтому после нашей первой ночи — бурной и бессонной, мы решили продолжить в каком-нибудь отеле, потому как к обеду домой должна была вернуться из Челябинска Инна Евгеньевна.
Мы даже завтракать не стали — просто быстро прибрались, скрыв следы нашей весёлой ночи, и уехали в отель «Империал» — тот самый, где мы с Владом устраивали фотоохоту на княгиню Стародубскую и её друга Толяна.
Когда мы туда приехали, выяснилось, что в этот день ещё и дежурит мой старый знакомый — администратор Максим, который тут же организовал мне лучший номер из числа всегда забронированных на всякий случай для особо важных персон. В номере мы с Настей позавтракали, затем немного выспались и… до утра понедельника больше не спали.
Жалел ли я о том, что так всё вышло? Нет, конечно. Остался ли при мнении, что эти отношения мне сейчас очень некстати? Безусловно. Но у всего в этой жизни есть свои плюсы и свои минусы. Иногда больше первых, иногда — вторых. В ситуации с нашим неожиданно начавшимся романом плюсов и минусов было примерно одинаково. Но зато какие это были плюсы!
Мне досталась просто потрясающая девушка, и теперь надо было её сберечь. Возможно, не будь у меня опыта прошлой жизни, я бы начал забивать себе голову тем, что жизни я ещё не знаю, а девчонок много, и я всех ещё не видел. Но опыт у меня был, и я на основании этого опыта и, изучив уже немного Настю, понимал: да хрен я ещё такую найду.
Нет, случиться может, конечно, всякое, но шансы невелики. Поэтому стоило поблагодарить судьбу за такой подарок и не забивать себе голову ерундой. В ней надо было оставить место для более серьёзных задач и не в последнюю очередь для того, чтобы обдумать, как мы с Настей будем дальше выстраивать эти наши только что зародившиеся отношения.
Это для восемнадцатилетнего пацана отношения — прежде всего романтика и секс. А у взрослого человека в этот список добавляется ещё и ответственность. И не только за сами отношения, но и за человека, с которым они тебя связали. А так как несмотря на свой юный биологический возраст, я всё же считал себя человеком взрослым в силу определённых причин, то и вести себя стоило по-взрослому. Впрочем, не обязательно в первый день нашего романа. А можно даже и не в первую неделю.
Дома никто не стал интересоваться, где я пропадал двое суток и почему пришёл в смокинге. Родные уже давно поняли, что от меня теперь можно ожидать чего угодно. Есть я не хотел — мы позавтракали с Настей в ресторане при «Империале», но за столом с семьёй посидел. Выпил кофе и посмотрел новости по телевизору — как же без этого. После чего надел костюм, вызвал такси и отправился в городскую администрацию.
В кабинет господина Михеева я вошёл ровно в полдень, а встреча с ним заняла у меня ровно десять минут. Помощник Коростылёва заявил, что без тендера всё равно ничего не получится и проводить его придётся. После чего выдал мне список документов, необходимых для подачи заявки. На мой прямой вопрос, какие у меня шансы этот тендер выиграть, Мирон Сергеевич сказал, что я его уже выиграл. Приятно иметь дело с серьёзными людьми.
Домой я приехал в отличном настроении, предвкушая обед с семьёй. И не просто обед — я ожидал чего-нибудь очень вкусненького. И как минимум из трёх блюд. Мать нас к этому приучила буквально за несколько дней своего отпуска.
Открыв дверь, я вошёл в квартиру и тут же начал принюхиваться, ожидая почувствовать какой-нибудь аппетитный запах, доносящийся из кухни. Но запахов не было. И ещё дома было как-то необычно тихо, словно все куда-то ушли. Не то чтобы меня это сразу насторожило, но какое-то нехорошее предчувствие появилось.
Я быстро разулся и первым делом заглянул на кухню — там никого не было. Тогда я направился в гостиную, где увидел сестру и мать, сидящих на диване. И сразу же обратил внимание, что лица у обеих были красные — словно заплаканные. Особенно у мелкой.
— Что случилось? — сразу же спросил я.
Вместо ответа, мать заревела. Не заплакала, а именно заревела — громко, навзрыд. Объяснение этому поведению могло быть лишь одно, и я почувствовал, как ноги мои становятся
