их вместе. Я столько раз чуть не сожгла их.
— Я многим тебе обязан, — сказал я честно, и она нахмурилась. В тот день Брюс затащил ее в дом, и больше я ее не видел. Он отправил ее обратно к маме. Тогда я был благодарен. Мы ее ненавидели. Она была девочкой. Мы думали, что у них есть венерические болезни и они не могут играть с нами. Но что, если бы я не втянул ее в неприятности? Осталась бы она с Брюсом и Селестой? Если да, то больной парень ее матери никогда бы ее не тронул. Ударил ее. В конце концов, она бы узнала о Лилли, и она была бы у меня с самого начала.
— Коул? — она привлекает мое внимание. Я моргаю. — Прости, если ты злишься, что я рылась в твоей коробке…
— Я не злюсь. Отнюдь.
Я наклоняюсь и целую ее.
_________________________________
После моего ухода из банды все изменилось. Остин и я, казалось, все время находились в своем собственном маленьком мире. Мы проводили каждую свободную минуту вместе и с Лилли. Они с Бекки приводили Лилли на наши встречи. Бланш сократили, и Остин отвозила ее в школу и забирала.
Мы висели друг на друге в школе, но в этом не было ничего нового. Просто это больше не было показухой. Это было потому, что мы просто хотели прикоснуться друг к другу. Поцеловать друг друга. Она проводила ночи в доме моего отца. Он никогда не говорил об этом ни слова, и Селеста тоже. Я думаю, она переживает кризис среднего возраста. Даже в ее юном возрасте. Киллан много пьет и трахается в старших классах. Так что я думаю, что все, что у них было, уже выветрилось.
— Ну что, девочки, вы готовы к завтрашнему вечеру? — спрашивает Дик, когда мы садимся за наш столик в кафетерии.
Остин кивает, а Бекки улыбается.
— Что мы будем делать после? — спрашивает она.
Я кладу руку на плечи Остин.
— Не знаю, как вы, ребята, но мы возвращаемся в клуб.
Мы проводим там много времени в последнее время, и я никогда не был так счастлив, что купил этот запущенный сарай.
Бекки хмурится.
— Ты не можешь не веселиться на выпускном вечере.
— О, мы будем веселиться, — говорю я, наклоняясь и зарываясь лицом в шею Остин.
Остин хихикает и отталкивает меня.
— Я согласен с Бекки. Там проходит куча вечеринок. Мы должны пойти на одну из них.
— Зачем мне идти на вечеринку с людьми, которые мне даже не нравятся, когда я могу провести вечер наедине с тобой?
Я полностью одержима Остин Лоус. Жалкий, правда? Но я не очень удивился, когда наконец-то смог признаться себе в этом. Вся чертова школа тоже это знает. Хорошо, что мне наплевать на то, что все думают.
— Потому что это наш выпускной бал, и мы так поступаем, — отвечает Бекки.
Я смотрю на Дика.
— Помоги мне.
— Я уже сказал Бекки, что мы можем делать все, что она захочет, — говорит он, откинувшись на спинку стула.
Я вздыхаю.
— Жаль.
Остин бьет меня по ребрам, и я кашляю, как будто мне больно.
— Я думаю, это мило, что он ставит ее желания на первое место.
Я улыбаюсь.
— Мы оба знаем, что я всегда даю тебе то, что ты хочешь первой.
— Коул! — огрызается она, заставляя нас всех смеяться.
— Ладно, — говорю я, вскидывая руки. — Мы можем пойти на вечеринку.
Бекки хлопает взволнованно.
— Но ты останешься на ночь со мной.
Она наклоняется и нежно целует меня в губы.
— Наверное. Раз уж ты так вежливо попросил
и все такое.
Я прижимаюсь к ее шее.
— Тебе нравится, что я не спрашиваю, — затем я целую ее как я хочу. Навязчиво.
— Коул?
Я отстраняюсь и поднимаю глаза, чтобы увидеть Беннетта и Шейна, сидящих за столом. Думаю, можно сказать, что мы помирились, но мы все еще не те, кем были.
— Что случилось? — спрашиваю я.
— Я просто проводил небольшое исследование, и кажется, что Брюс выкупил компанию Джерольда и Джеффа.
— Как это возможно? — спрашивает Остин. — Они мертвы.
Он кивает.
— Да, но похоже, что Джерольд продал Брюсу акции Джеффа после того, как тот пропал.
— Как мы только узнали об этом? — спрашивает Дик. Джефф мертв уже три месяца. Джерольд — чуть больше месяца.
— Я не уверен, почему ему потребовалось столько времени, чтобы взять на себя управление, но… — он делает паузу.
— Но что? — спрашиваю я.
— Я ликвидировал все его счета. Брюс должен знать, что деньги пропали. Когда я закончил с ним, ничего не осталось.
— Он может отследить их до тебя? — спросила Остин обеспокоено.
Он качает головой.
— Я замел следы, но это не значит, что он не будет подозревать. Особенно учитывая то, как умер Джерольд.
Смерть Джерольда была признана трагической случайностью. Трагический случай! Но отец Остин отец все еще был подозрительным. Слишком много всего происходило с людьми, с которыми он вел дела. Я не сомневаюсь, что в конце концов он начнет соединять точки. Но к тому времени мы уже будем далеко.
— Так что же нам делать? — спрашивает она его.
— Я все еще делаю домашнее задание. На данный момент мы ничего не можем сделать. Я просто хотел, чтобы вы все знали. — он кивает. Я смотрю на Остин и открываю рот, когда он снова заговорил. — Могу я поговорить с тобой, Коул? — он встает, даже не дожидаясь моего ответа.
