и протяжно вздохнул. Он мягко, но настойчиво взял девушку за запястье и высвободил плащ из её пальцев.
— Твоя ошибка, Вайола, в том, что ты принимаешь меня за уличного головореза, который умеет бить только в спину и из тени. Но я не такой. Пусть и не всегда мои методы благородны, но я бьюсь за существование всего человечества на Старом континенте… не перебивай!
Аристократка, уже набравшая в грудь воздух, подавилась им. А Ризант продолжал:
— Как только мы вышибем альвэ из Клесдена, в город хлынут свежие новости из столицы. Тогда у тебя появится возможность увидеть Маэстро в другом свете. Не в том, в котором меня рисовали все эти годы, а как защитника. Тогда сказанные мной сегодня слова обретут для тебя смысл. И мы вновь сможем обо всём этом побеседовать. А до той поры слушай, анализируй и постарайся разобраться в себе.
— Ну а если… если ты умрёшь? — тихо спросила милария гран Иземдор.
— Значит, твоя мечта сбудется, — ровным тоном произнёс Адамастро, и Вайола невольно испытала укол вины.
Да, она желала смерти Маэстро! Но вот хотела ли она, чтобы погиб Ризант? Боги, как же всё сложно! Девушка всеми силами старалась найти ответ. Но противоречивые эмоции тянули её душу в разные стороны. Она так и не вымолвила ни звука, покуда Адамастро не ушёл, затворив за собой дверь.
Лишь оставшись в одиночестве Вайола дала волю чувствам. Она бессильно опустилась в ближайшее кресло и прикрыла веки. Из глаз непрестанно катились слёзы, а милария гран Иземдор не пыталась их остановить.
— Многоокий Создатель, что же ты делаешь с моей жизнью… — прошептала она, глядя на дверь, за которой скрылся Ризант.
Глава 15
— … а ещё говорят, будто Маэстро призвал Безликих Демонов из Нижних Миров! И никакие это не люди вовсе, а твари всамделишные! Потому они и скрываются за чёрными тканями…
— А мне один herrnen из Соколиного легиона рассказывал, что они у всех убитых выедают внутренности! Поэтому тела наших собратьев в таком виде и находят!
— Точно-точно! Демоны-трупоеды это, иного и быть не может! Иначе мы б уже давно всех их переловили.
— Да, твоя правда, Герс! Обычным людям не под силу так долго скрываться! А мы на войну с нечестью не подряжались!
— Но и обратного тебе никто не обещал, Тонед, — мрачно хмыкнул другой товарищ. — Наше предназначение — пойти и умереть там, где прикажут Истинные граждане. Это нам вбивали в голову с самого рождения. Иль ты думаешь, что наши веил’ди сами захотят взглянуть в оскаленные пасти жителей Нижних Миров?
Солдат не придумал, что ответить на такую отрезвляющую речь. Он стоял, то открывая рот, будто собираясь возразить, то стискивал челюсти.
— Звучит так, Орнет, словно ты недоволен Порядком, — задумчиво изрёк декан сторожевой дюжины. — И я не впервые подмечаю за тобой крамольные суждения.
— Что вы, господин офицер, я всего лишь пытался пристыдить моего друга Тонеда. Его малодушие бросает тень на само призвание Рождённых для битв, — склонил голову молдегар.
— Кто-нибудь еще боится каких-то там демонов? — старший отряда обвёл взглядом остальных бойцов, подолгу всматриваясь каждому в глаза.
Солдаты отрицательно помотали головами.
— Вот и отлично. Потому что сегодня нам повезло — мы несём дозор за воротами цитадели. Но уже завтра нас могут отправить на улицы. А вы не хуже моего знаете, что страх убивает гораздо надёжней любого клинка.
Рядовые бойцы для приличия закивали, выражая полное согласие с суждениями декана. Но, говоря по правде, уверенности у них не прибавилось. От командира, разумеется, не укрылся пониженный моральный дух сторожевой дюжины. Но он не успел ничего с этим обстоятельством сделать, поскольку в ворота цитадели… постучали?
Воины встрепенулись и заняли места, предписанные Порядком. Один молдегар помчался наверх, чтобы разбудить дежурного bloedweler. Без присутствия хотя бы одного мага отпирать двери запрещалось даже днём, что уж про ночь говорить.
— Это ещё кто? — нахмурился декан отряда. — Внешний караул, доклад!
— Господин офицер, скорее открывайте! Тут пожаловал mingsel, которого все ищут! — донеслось из-за толстых створок.
В караульное помещение, тем временем, спустилась совсем молодая по меркам альвэ темноликая. Цвет её кожи почти походил на человеческий. Но коли уж она носила звание bloedweler, то, получается, полностью освоила премудрости управления колдовским даром. Следовательно, ей никак не могло быть меньше сорока вёсен.
Недовольная тем, что её разбудили, озарённая зевала и куталась в длинные одеяния, притягивая плотоядные взгляды солдат. Но саму алавийку, кажется, общество молдегаров ничуть не смущало. Она их воспринимала, как тупых быков, придумавших ходить на двух ногах, и не более того.
— Отворяй, vaailgebore, — повелительно махнула декану изящной ладошкой милитарий.
Офицер поклонился и переадресовал жест двоим подчинённым. Те поднырнули под огромный засов, толщиной с целое бревно, и играючи вынули его из пазов. Монументальную металлическую задвижку, удерживающую створки закрытыми, командующий сторожевой дюжиной отодвинул уже самостоятельно. Пронзительно скрипнули массивные петли, и тусклый свет факелов упал на спины бойцов внешнего караула. Они стояли, вцепившись в древки копий, а перед ними замер…
— Каарнвадер всеведущий, это действительно он! — удивлённо выдохнула госпожа bloedweler.
— Прошу прощения за столь поздний визит, но я по объявлению, — расплылся в улыбке нор Адамастро, демонстрируя листовку с собственным портретом.
Невзирая на отсутствие оружия и на подчёркнуто мирное поведение, визитёр почему-то внушал опасения всем присутствующим, включая озарённую.
— Пожалуйста, входите, — поспешила алавийка взять ситуацию в свои руки, побоявшись, что тупоголовые молдегары сотворят какую-нибудь глупость. — Меня зовут Анс-Илеена, и я вынуждена сопроводить вас к моему командованию. Надеюсь, вы не возражаете?
— Что вы, нет, конечно же! Я ведь именно за этим и пожаловал, — рассмеялся полукровка, но от его веселья повеяло таким холодом, что у темноликой вспотели ладони.
Анс-Илеена нервно облизнула пересохшие губы и попросила разрешения отлучиться, чтобы привести себя в порядок. Желтоокий смесок невозмутимо пожал плечами и согласился подождать колдунью, не сходя с этого самого места.
Озарённая молнией помчалась наверх, где оставила своё облачение. Пока она одевалась, то тревога не ослабляла хватку ни на мгновение. Илеена опасалась, что в её отсутствие произойдёт что-нибудь ужасное. Однако когда она бегом вернулась в караульное помещение, там ровным счетом ничего не изменилось.
— Прошу следовать за мной, — облегчённо выдохнула темноликая. — Я отведу вас к коменданту.
— К Вох-Ууле?
