понравилось. В последний раз он прилетел с подружкой, они свили гнездо на дереве рядом с пещерой и сейчас выкармливают потомство.
– Значит, вы теперь можете поддерживать связь с девами воздуха? – спросил граф.
– Да. У Курлына прекрасная память. Он запоминает всё, что его просят передать, а потом точь-в-точь повторяет.
– Это всё так удивительно. Просто, как в сказке, – сказала госпожа Петерс.
– Да, – согласился Руб. – Мы этой зимой прочли много сказок. В них часто встречается то, что люди считают вымыслом, но на самом деле кое-что существует и в действительности.
– Уважаемый Руб, – подал голос брат Полины. – Я очень интересуюсь минералами, хочу посвятить своё будущее их изучению. У меня дома даже есть коллекция камней, я её с детства собираю. У нас с вами даже имена похожи! Вас зовут Руб, а меня – Роб, Роберт, если полностью. Можно, я буду вас иногда спрашивать о горных породах, минералах, камнях?
– Я буду очень рад. Ведь камни – это главное в нашей жизни. Я вчера перебирал минералы, которые когда-то нашел и сберёг в моей мастерской, и наткнулся на неплохой образец малахита. Очень кстати я захватил его с собой, можете взять для своей коллекции.
Руб извлёк из кармана крупный зелёный камень и вручил его юноше. Роб даже не мог говорить от восторга. Одна сторона камня была отполирована и являла зрителям удивительно красивый рисунок из завитков и разводов.
– Ох, спасибо! – наконец, обрёл голос Роб. – Никогда не видел такой красоты!
– У вас есть станок для резки и шлифовки камней? – спросил Руб.
– Нет.
– Ну, так я вам его сделаю. И научу, как обрабатывать камни, чтобы они раскрывали всю свою красоту.
– Не опасно работать на таком станке? – разволновалась госпожа Петерс.
– Любой механизм или инструмент опасен, если с ним обращаться неумело и не соблюдать некоторые правила, – ответил Руб. – Но я научу вашего сына правилам безопасной работы, и с ним ничего не случится.
– Мама, я смогу делать такие срезы, как в минералогическом музее! – с восторгом заявил Роб.
– Главное, чтобы ты был цел и невредим, – строго сказала госпожа Петерс.
– Скажите, Руб, – поменял тему граф. – А почему вы один? Где ваши братья?
– Я пришёл один, потому что мои братья не привыкли к дневному свету, и даже в очках им тяжело быть на солнце. А я за долгие годы притерпелся. Пойдёмте, я покажу вам то, что лучше видно при свете дня.
– Вы, наверное, гадаете, куда же поставить машины? – спросил Руб, когда они снова оказались на площади перед замком. – Мы поняли вас так, что желательно замаскировать всё современное под старинные постройки. Поэтому решили, когда восстанавливали стену, что сейчас никто не будет осаждать ваш замок и пробивать стены тараном. А значит, в стене можно разместить кое-какие помещения.
Руб подошёл к солидной деревянной двери, в крепостной стене слева от въездной башни. Дверь была двухстворчатой, но Руб просто толкнул её в сторону, и она с лёгкостью отъехала, скрывшись в стене. Перед людьми открылось довольно внушительное пространство – стена, как и положено крепостной стене, была очень толстой. В обширном помещении без труда могло разместиться до десятка автомобилей. Руб зашел внутрь и дотронулся до какого-то рычажка. В гараже стало светло.
«Значит, они и электричество сюда провели», – отметил про себя Поль. К слову сказать, электричество в замке появилось сравнительно недавно, провода протянули на гору уже на памяти Поля. Потом Полю подумалось, что ни вчера, ни сегодня он не видел ни одного столба, ни одного провода. Если сыновья горы их убрали, то откуда же берётся электроэнергия? Новая загадка.
– А автомобили посетителей, я думаю, лучше оставлять на площадке перед подъёмным мостом. И надо решить вот какой вопрос: не стоит ли перед мостом и вдоль рва сделать какую-нибудь решётку или иную преграду, а то, как бы кто-то случайно не упал в воду, особенно ночью, – обратился к графу Руб.
– Я и сам об этом вчера подумал, надо этот вопрос обсудить, – ответил граф.
– А мост лучше держать опущенным, в замке нет стольких людей, чтобы регулярно крутить этот ворот. Я не смог его сдвинуть с места, – сказал Поль.
Руб, ничего не отвечая, подошёл к вороту и легко, одной рукой стал вращать рукоять подъёмного механизма, как будто это был не ворот, а швейная машинка. Мост, лязгая цепями, опустился. Поль в который раз поразился силе Руба.
– Думаю, что двое крепких молодых людей, – и Руб посмотрел в сторону Бруна и Тоби, – вполне смогут с этим справиться. А потом мы придумаем механизм, облегчающий эту задачу.
– Хорошо, а пока оставьте мост опущенным, – попросил граф.
– Вы уже познакомились со всеми помещениями в жилой части замка? – спросил Руб.
– Признаться, кроме спален и прекрасных санузлов мы пока ничего не разглядывали: вчера мы очень устали, а сегодня сразу вышли во двор.
– Тогда я покажу вам кое-что. Мы волнуемся, понравится ли вам то, что мы сделали. Если вы сочтете это неприемлемым, мы всё переделаем.
В столовой по-прежнему царил полумрак, потому что утром все так торопились поскорее выйти и рассмотреть замок снаружи, что даже не раздвинули тяжёлые шторы.
Руб потянул шнур, приводящий в движение занавеси, и они поползли в разные стороны. То, что предстало перед глазами людей, исторгло у них возгласы изумления.
Столовая располагалась на первом этаже, одна стена выходила на обрывистую сторону горы. Раньше узкое окно в глубоком проёме стены открывалось с таким трудом, что даже известная своею страстью к чистоте госпожа Микельс мыла его снаружи чрезвычайно редко. В столовой почти всегда царил полумрак.
И вот сейчас все буквально зажмурились от хлынувшего в глаза солнечного света.
Почти всю центральную часть стены занимало огромное окно. И какое! Оно было круглым! Причем, по краю, прилегающему к стене, шла полоса витража, выполненного в нежных тонах. Изображения цветов, трав, бабочек и птиц были выполнены с виртуозным мастерством и вкусом. Центральная часть окна была сделана из единого круглого стекла, настолько прозрачного, что казалось, будто его нет вовсе. Горный пейзаж, который открывался за окном, казался картиной в изысканной раме.
В свете дня стали видны и другие подробности. Петерсам, конечно, сравнивать было не с чем, а вот Вундерстайны и Микельсы осознали, что только усталость и волнение не дали им увидеть до этого момента: почти все предметы обстановки то ли были отреставрированы до неузнаваемости, то ли просто заменены новыми, только на первый взгляд похожими на прежние.
Обращал на себя внимание огромный буфет из полированного дуба, за стеклянными дверцами которого ровными рядами стояла посуда, причём, судя по внешнему виду, многие изделия были из серебра. Удобные полукресла на ножках, напоминающих львиные лапы, выстроились вдоль стола, а у стен расположились маленькие уютные диванчики.
– Вы наверняка заметили, что спален на втором этаже
