в какую сторону увернуться от нового выпада противника.
Через некоторое время Лилит велела мне обратить максимальное внимание на положение тела Рейна, его руки и то, как он держит оружие. Я так и сделала, правда, не понимая, что она хочет мне показать. Но вскоре, не без её повторной помощи, я вдруг осознала, что удары Рейна можно предугадать по его движениям и хвату оружия. Держит ли он бердыш одной рукой или двумя, какая нога является точкой опоры, как наклонено туловище — если взять все это во внимание, то можно было понять технику парня и просчитать каждый его удар, или даже серию ударов. Но мой опыт в таком был совершенно мизерен, и даже понимая все это, я почти не могла применить свои знания в деле, так как путалась и отвлекалась от своей защиты. Поэтому решила пока полностью сосредоточиться на своих движениях, а уже потом, путем тренировок, можна будет научится следить и за собой, и за противником.
— Хорошо, — произнес Рейн после десяти минут боя, остановившись. — Защиту ты держишь на стабильном уровне; по крайней мере лучше, чем вчера. Теперь давай попробуем поменяться ролями. Нападай.
И встал в защитную стойку, выжидающе глядя на меня.
Я кивнула и на несколько секунд застыла, морально перенастраиваясь на нападение и прикидывая, как лучше напасть. Нападения Рейна всегда начинались с удара сверху, потом удар в развороте, и серия последующая серия колющих ударов. Лилит обратила внимание на то, что боец обычно, применяя определенную технику нападения, знает защиту от неё особенно хорошо. Поэтому я решила бить с точностью наоборот, беря во внимание особенность моего оружия.
Отведя правую ногу назад, я рванула вперед, и левой рукой взмахнула снизу вверх. Рейн отскочил назад, одновременно отшвырнув когти лезвием бердыша. Дальше я, не смотря на подставленное оружие, сложила ладони вместе и образовавшийся острый конус направила на грудь Рейна. Как и ожидалось, когти столкнулись с широким клинком бердыша, но давление удара заставило парня отступить еще на шаг и прижать оружие прямо к телу. Дальше я не была уверена, какой удар провести, но Лилит быстро подсказала «сделай медвежье обьятие», и в первую секунду сама направила меня.
Она широко развела мои руки, направив когти вовнутрь, концами друг ко дружке, и я, шагнув впритык к Рейну, свела их вместе.
В самою последнюю секунду парень резко присел и подставил уже знакомую подножку. Наученная опытом я резко отскочила назад, но успела сама спотыкнуться от неожиданности. Это меня на мгновение дезореинтировало, но Лилит быстро взяла управление на себя и не дала мне упасть, после чего сама же набросилась на противника. Она немного увлеклась и не сразу выпустила меня обратно, зато за это время успела изрядно потрепать Рейна, успешно ударив его три раза. Лишь после моего замечания, она отступила. Правда, я не сразу смогла поймать темп боя, так что ей все равно пришлось помогать мне первые секунды.
Так минута за минутой, удар за ударом, поминутным чредованием меня и Лилит, мы смоги вскоре повалить Рейна на лопатки и прижать когти к его шее. Когда он отбросил оружие и поднял руки, сдаваясь, Лилит черкнула его по шее кончиком когтя и, самодовольно хмыкнув от вида заструившейся капельки крови, исчезла.
— Ну да, конечно, без этого никак, — пропыхтел парень, приподнимаясь.
Я вежливо подала ему руку, но он лишь скептически посмотрел на мои растопыренные когти и отмахнулся. Странно, но после проиграша он не выглядел слишком расстроенным, наоборот, с насмешкой глядел на мое ликующее выражение лица. И даже Лилит находилась не в слишком хорошем расположении духа. На мой мысленный вопрос, она ответила с легким раздражением:
— Хоть я и владею только базовыми навыками и это лишь первый эксперимент, все равно слишком паршиво.
«О чем ты? Разве мы не победили?»
— Ага, победили. Совместными усилиями смогли повалить обычного умершего, который даже не прибегал к помощи своего демона. Хотя это ты в основном дралась, так что ничего странного нет.
Вот тогда я поняла насколько ничтожна была наша маленькая победа, ведь даже Крис смог это сделать самостоятельно. Демоническая сила улучшила мою реакцию, но существенно ли? Так как я еле положила на лопатки, теоретически, самого слабого бойца из нас, не считая меня.
Восторг на моем лице тут же сменился унынием, и я раздосадовано плюхнулась на пол.
— Не грузись так, — сказал Рейн. — Тебе нужно всего лишь больше тренироваться, ну или полностью положится на своего демона.
На его замечание я издала невеселый смешок.
— Кстати, — продолжил он, вдруг нахмурившись, — можешь уже вернуться в нормальное состояние, у меня нет больше желания повторять бой.
— Ты о чем? — озадачено спросила я, и парень указал на мои перчатки.
Я глянула на руки, не понимая, что именно он имел в виду, как тут обратила внимание на свое отражение в металле левой перчатки. Оно было слегка искаженным и расплывчатым, но два красных пятнышка на месте глаз не заметить было трудно. Тогда я резко поднялась и побежала в оружейную, где схватила один длинный и блестяще начищенный металлический щит, и внимательно поглядела на свое уже четкое отражение. Действительно, глаза были красными с удлиненными демоническими зрачками.
«Лилит, ты все еще отдаешь мне свою силу?» — спросила я мысленно.
— Хотела посмотреть, как долго смогу удерживать её циркуляцию в тебе, и узнать еще кое какие незначительные детали».
«Не нужно. Хватит пока что».
— Разве ты не хочешь узнать больше? Возможно, мы бы могли улучшить нашу взаимосвязь, поддерживая…
«Нет. Пожалуйста, перестань», — твердо настояла я. Непонятно почему, но с каждой последующей секундой нахождения во мне демонической силы, во мне все сильнее возрастало чувство тревоги и непонятный дискомфорт.
В демоне вспыхнула искорка раздражения, но он быстр подавил её.
— Как тебе будет угодно.
С этими словами Лилит резко прекратила поток силы и в следующую секунду я почувствовала, как из каждой клетки тела буквально высасывается энергия обратно в мозг. От такого в голове вдруг неистово загудело, а тело сначала отказалось двигаться, а потом все мышцы разом расслабились и я мешком свалилась на пол, не в силах и пальцем двинуть. Меня словно выключили на долю секунды, после чего тело опять пришло в норму, если можно так сказать. Мышцы постепенно приобрели подвижность и гул почти исчез из головы.
На шум прибежал Рейн и толко удивленно наблюдал за тем, как я, дрожа от слабости, пыталась принять сидячее положение.
— Маленькая авария, —
