меня, от чего равномерное течение демонической силы всколыхнулось и вызвало непроизвольную судорогу. Темнота перед глазами вдруг стала похожа на мрак бездонной пропасти, которая начала засасывать меня, как только я об этом подумала. Эмоция страха возросла и заглушила приток демонической силы. Лилит мысленно обратилась ко мне, попыталась успокоить, но её голос тонул в пропасти, как и мой разум. Но я все еще осознавала ситуацию. Сжав волю в кулак, я прислушалась к своим внешним ощущениям: давлению перчаток на руки, твердость пола, тишина комнаты. В голове возник образ тренировочной комнаты, расстояние от стены до стены. Ощущение пропасти рассеялось, сквозь темноту закрытых век пробился тусклый проблеск лампочки, горящей в комнате, и я ясно осознала реальность происходящего. Никакой опасности нет, я в комнате, Лилит ограничена уговором, бой только тренировочный.
Страх ушел моментально и демоническая сила равномерно заструилась по телу.
— Всё, — тихо произнесла Лилит, голос которой зазвучал как никогда близко.
Я медленно открыла глаза. Комната не изменилась, Рейн стоял на том же месте, что и до этого, но все равно что-то было не так. Стало как-то… ярче, и само мое восприятие окружения изменилось. Я поняла, что не думаю, в буквальном смысле того слова. Нет непроизвольного внутреннего диалога, который человек ведет сам с собой, даже не подозревая об этом. Исчезли мысли, обрывки воспоминаний не возникали в голове, и само время словно остановилось. Сейчас для меня существовала только эта комната с потенциальным противником рядом, а родители, забота о Крисе, и все остальное словно относились к другой жизни, и совершенно не хотелось о них думать.
Я бы испугалась такого, если бы не поняла, что страх тут излишен. Как и другие эмоции. И тут же, как по нажатию невидимой кнопки, ненужные чувства отключились, как только я осознала их бессмысленность.
Разум стал управляем.
— Какой удивительный эффект возникает от слияния силы демона и человека, — послышался голос Лилит. — Смотри, я могу свободно двигать твоей рукой, но ты даже не будешь паниковать ведь осознаешь, что я не причиню тебе вреда. Моя сила сделала тебя сообразительней, и мозг перестал реагировать на безпоследственные раздражители. Как и перестал воспроизводить другие бессмысленные эмоции, такие как радость и грусть. Теперь ты полностью владеешь собой.
И действительно, никаких даже отдаленно похожих на панику эмоций, чувств восторга от новых ощущений, или страх — ничего. Лишь инстинкт, призывающий к бою, ибо в данный момент именно это было важнее всего.
Тогда я попыталась встать на ноги. Тяжесть тела постепенно приходила в норму, но двигатся все равно было трудно, так будто движения сковывали невидимые цепи, и только усердными рывками можно было освободится, ощутив при этом позвякивание метала своим внутренним слухом.
Но вот я наконец-то выпрямилась во весь рост и на несколько секунд сосредоточилась на восприятии реальности. Ощущения совершенно иные, чем при обычном захвате Лилит. Теперь я добровольно поддалась, и все внутренние замки спали, впустив её силу. А та в свою очередь наполнила каждую мою клеточку, охватила весь простор разума, взяла под контроль эмоции и из разумного человека превратила в инстинктивного животного.
Я опустила бесстрасный, каменный взгляд на руки. Твердая кожаная обивка внутри перчаток плотно облегала конечности. Медленно сжав и разжав кулаки насколько это возможно, я прикрыла глаза и сосредоточила внимание на руках. Осязание умершего отличается от нормального человеческого из-за пониженной температуры тела и невосприимчивости к боли и схожим с ней неприятным ощущениям. Обивка перчаток не имела для меня температуры и по твердости совпадала с состоянием моего кожного покрова, поэтому слегка сосредоточившись и дав специальную установку мозгу, я начала двигать пальцами, напрягая каждую мышцу от кончиков фалангов до локтя., при этом стараясь не смотреть на руки. Постепенно возникло чувство, словно вся нижняя часть руки плавится, расширяясь. И меньше чем через минуту я уже не чувствовала рук, но имела тяжелые когтистые лапы, которые в уме вырисовывались уродливыми, однако смертоносными. Главное, воспринимать их таковыми, а разум сделает все остальное.
— Эм… Мио? — донесся до ушей голос Рейна, и от этого вдруг весь мой боевой настрой пошатнулся. Пелена демонической силы дала трещину, и наружу на мгновение всплыло мое истинное «я». Человеческий разум отделился от демонического, появились эмоции, и я поняла, что совершенно не могу удерживать то состояние, что возникло от воссоединения меня и Лилит. Внешние раздражители и знакомые голоса сразу пробуждают меня. Я опять отчетливо почувствовала руки и перчатки, появилась горечь и досада. Но все же сила еще была во мне, хоть её состояние не было так стабильно, как до этого.
Рассуждать было бесполезно, нужно проверить себя в бою.
«Лилит, ты готова?»
— Да. Моя сила все еще циркулирует в тебе, правда теперь твой разум не так хорошо её контролирует. Мне придется помогать тебе, забирая контроль в особо опасные моменты, так что будь готова.
«А что было в тот момент, когда я сосредоточилась? Такое ощущение, что эмоции полностью отключились, а мысли стали контролируемыми».
— Просто до этого я пыталась завладеть твоим телом, а сейчас попробовала войти глубже в сознание. В обычное время такое просто невозможно сделать, так как разум почти на сто процентов заблокирован для нас — демонов, и мы даже его не трогаем, кроме того момента, когда хотим пожрать человека. Но ты полностью открылась и я, пользуясь возможностью, сделала все то же самое, как если бы пыталась тебя поглотить: вошла и в тело, и в разум. И на этот короткий промежуток времени ты, грубо говоря, морально стала чем-то вроде демона; правда вот, слишком дикого, так как инстинкт был сильнее эмоций, и все же для боя это полезно. Но когда Рейн заговорил, ты узнал его голос, и это дало толчок в разуме, от чего вся построенная конструкция пошатнулась, и эмоции почти полностью приглушили инстинкт.
«Но сила все равно осталась?»
— Да, я поддерживаю её циркуляцию.
«Отлично»
— Нападай, — обратилась я к Рейну и встала в стойку. Мне почему-то казалось, что времени терять не стоит, и лучше поскорее начать бой.
Парень подозрительно покосился на меня, оглядывая с ног до головы. Но, видно, не заметив ничего излишне опасного, кивнул и поднял оружие.
Он напал почти сразу же, обычным вертикальным ударом сверху. Он был очевиден, поэтому я тут же увернулась, отскочив влево. Его дальнейшие действия походили на наш предыдущий бой, поэтому мне удавалось более-менее предвидеть удары. Сила демона улучшила мою реакцию и смекалку, так что больше я не задумывалась,
