её, чтобы вернуть мне контроль.
* * *
Уже через четыре дня я наблюдала, как самолет медленно взмывается воздух, навсегда забирая мою мать, отца и маленькую сестренку. Дейзи долго плакала перед расставанием, цеплялась за мою одежду и билась в истерике, когда папа пытался оторвать её от меня. Мама опять заплакала и очень долго обнимала Криса, который тоже пришел в аэропорт, приговаривая ему беречь её дочь и заботиться о ней. С папой они обменялись крепкими рукопожатиями и многозначительными кивками. Дейзи совершенно не обращала на парня внимания, срывая себе голос от крика и плача.
Когда мама ушла с ней, папа еще на секунду задержался, протягивая мне какую-то карточку.
— Подарок, на восемнадцатилетие, — произнес он. — Мы никогда не забывали о тебе и, хоть мы не смогли обеспечить тебе счастливое детство, все же хотим обеспечить тебе счастливую юность. Отдаю это тебе сейчас, чтобы ты не смогла отказаться.
И прежде чем я смогла вымолвить и слово, он вложил мне в руку банковскую карточку, поцеловал в щеку и, быстро обернувшись дабы скрыть влажные глаза, зашагал вслед за матерью.
Плачущие и печальные, такими я видела своих родителей в последний раз.
Глава 22
После расставания с семьей, дома я стала появляться все реже и реже. Во-первых, не могла вынести тот мертвенно-тихий покой, который болезненно врезался в душу, как только переступишь порог дома; во-вторых, тренировки помогали на время забыться, особенно под воздействием силы демона, так что вскоре я буквально начала злоупотреблять этим. И однажды Лилит заявила, что сил демона настолько крепко прижилась в моем теле, что её теперь труднее высосать оттуда, нежели наполнить. Мозг приспособился к регулярным нагрузкам, от чего краснота глаз, что значила сильное давление на организм и с которой я иногда ходила чуть ли не целый день, медленно но верно начала исчезать, оставляя неизменным только демонические зрачки. Заметив это, остальные умершие сильно забеспокоились, а Локки после недолгого обследования заявил, что мое тело перестает воспринимать Лилит как инородный объект и начало к ней привыкать. Мелори посчитала, что я слишком много пользуюсь силой и строго-настрого запретила мне пробуждать её больше чем на час каждый день. Но не только мое тело свыклось с демоном; от частых тренировок я смогла удлинить эффект «бесчувственности», и старалась как можно дольше пробыть в таком состоянии от чего выработала в себе легкую зависимость. Тренировки с силой занимали по пять-шесть часов каждый день, и сокращение этого времени до часа было выше моих сил, поэтому у себя дома я в тайне тренировала реакцию, интуицию и скорость, и сама того не заметив, стала относиться к Лилит как к настоящему союзнику, снизив на нет свою враждебность. Тогда я не задумывалась, хорошо ли это, или плохо.
* * *
И вот наступил день конкурса. Школа с самого утра стояла на ушах, коридоры гудели от криков и возни возбужденной молодежи. Уроки разумно отменили, но все пришли заранее, чтобы как можно лучше подготовиться к предстоящему выступлению. Начало конкурса, который сделали под фестиваль, намечалось на три часа дня. Последовательность участников устанавливалась жребием, и нашему классу выпало выступать десятым из всех двенадцати классов.
По синоптическим прогнозам погода обещала быть солнечной и сухой три дня подряд, так что вместо актового зала местом действия выбрали школьный сад, где установили сцену и места для зрителей: несколько рядов пластмассовых стульев, а по бокам, на траве, покрывала для участников, где они будут сидеть группками в своих костюмах. Такой расклад был весьма странным для вроде бы серьезного мероприятия, но, как оказалось, в этом году его решили сделать более необычным, как маленький костюмированный праздник. Между выступлениями классов будет перерыв в пять минут, и за это время зрители (коих составляли родные, друзья и просто желающие посмотреть спектакль) смогут переварить впечатления и подкрепиться напитками и закусками, что будут продавать в палатках. Небольшой коммерческий ход, чтобы сократить убытки от мероприятия.
Судьи в составе директора, замдиректора, двух преподавателей и двух представителей от местных властей разместятся перед сценой в первом ряду. Они будут оценивать постановку, обращая внимания на сложность, костюмы и качество исполнения или игры, в зависимости, будет ли это песня, танец, музыкальный номер или сценка. Конечный результат объявится примерно через двадцать минут после выступления последнего класса. Все мероприятие будет длиться до семи часов вечера.
* * *
В нашей классной комнате все парты были завалены костюмами, украшениями, париками, картонными крыльями ангелов и демонов, косметикой и прочим. Для начала решили разобраться с демонами, так как их грим был самым сложным. Томми, Зака, Саймона, Марка и Джима раздели до пояса и начали обмазывать серо-бордовым гримом, для придания коже соответствующего оттенка. С Крисом все было сложнее, учитывая особенность его шрама. Когда мы узнали, что придется раздеться перед всеми, то сильно забеспокоились, но Локки сумел найти решение проблемы. Он сказал, что было бы хорошо одеть Криса в тот же наряд, что и ангелов, дабы лучше передать сам смысл нахождения демона в Раю и изобразить чистоту его души. Остальным такая идея понравилось, так что Крису просто обмазали лицо и руки. Потом демонам затонировали волосы черным, чтобы лучше передать их мрачность, и прицепили рога, которые Ирен очень натурально слепила из папье-маше. Завершающим штрихом стали крылья из темно-бордового картона, что надевались на спину с помощью тонких резинковых лямок. Для устойчивости крылья сделали небольшими, но Заку, как грозному демону-отцу, достались большие крылья, которых пришлось закреплять двумя дополнительными резинками на груди и шее.
Одеждой демонам служили мешковатые широкие черные штаны и порванные клочки ткани, обмотанные вокруг рук и груди.
Завершив с ними, мы перешли к ангелам. С ними было меньше возни. Одеждой ангелам, как и Крису, служили белые простыни, которых надели в стиле древнегреческого хитона с рукавами, подвязав на поясе золотистым шнурком. Парням выдали светлые парики и подправили лица тоником с румянами. Эта процедура сопровождалась насмешливыми подтруниваниями со стороны демонов, возмущениями парней ангелов и хихиканьями девушек, исполняющих роль косметологов. С горем пополам их накрасили и одели, после чего выдали ангельские копья с картонными наконечниками и разрешили немного подурачиться, чтобы утешить бедных парней, но с условием не портить костюмы. С девушками проблем не возникло. Конечным мазком стали тоненькие нимбы на ободке.
Когда и с ангелами было покончено, взялись за Бога и женщину с ребенком. Трейси, играющую роль женщины, одели в темно-синее потрепанное платье, а на плечи накинули старый широкий
