Он нащупал засов и потянул в сторону, пытаясь уйти от нового облака огня. Пламя настигло, лизнуло, накрыло с головой. Горячий воздух ударил в грудь, выкидывая из дома. С силой швырнул о камни, разбросанные по земле. В мутнеющем сознании Димостэнис успел увидеть огонь, тянущийся за ним своими жадными щупальцами. Он провалился в себя, отыскивая частичку стихии, живущую в нем.
Серебристые искры пробежали по коже, сливаясь с пламенем. Дима накрыло огненной стеной, и он перестал ощущать себя. Защищенный от огня серебряной преградой, он сгорал изнутри, не в силах разорвать связь со стихией. Слишком неожиданно все случилось. Он еще не научился перестраиваться так быстро.
Мощный удар разрушил связь огня и серебра. Рывок назад. Переплетенные между собой в затейливом узоре четыре стихии вошли в хьярт. Освобождая. Дим распахнул глаза и повернул голову, туда, где он еще ощущал силу спасшего его плетения. Энергетическая цепь, протянутая от Янаура к нему, истончалась, вливаясь в ауру своего создателя.
Димостэнис распластался на камнях. Внутри все горело. Странное ощущение — быть стихией. Его человеческая сущность растворилась в ней всего за несколько мен. Если бы не проводник, он бы так и остался в ее сжигающем жерле.
Серебряный почувствовал шевеление воздуха возле своего носа и перекатом ушел в право. Рядом с ухом в землю вошел острый клинок. Вскрикнул Янаур. Энергетическая вспышка осветила сгущающиеся сумерки вечера.
Димостэнис отклонился от очередного удара и со всей силы пнул врага по голени. Противник замешкался на несколько мгновений, замедлив очередную атаку. Этого времени Диму хватило, чтобы перекатиться по камням и вскочить на ноги.
Илий сжимая в руках длинный тяжелый меч уже стоял рядом. Дим нырнул под занесенный клинок и ударил по коленям сзади. Противник едва не упал, но выровнялся и резко развернувшись, рубанул мечом. Димостэнис пригнулся и клинок прошел над самой головой.
Глава поселения нападал в полной тишине. Не произнося ни слова. Со злой решимостью и отчаянием во взгляде. Краем глаза Дим успел захватить Эдвиру, плетущую сильную формулу и энергетическое поле князя в его полной боевой раскраске. Он упал на землю, уходя от очередного удара. Собрал в пригоршню мелких камней и швырнул в противника, заставляя того отступить на полшага. Наклонился, доставая нож, прикрепленный под штаниной. Единственное оружие, которое у него осталось при себе.
Молниеносно брошенное лезвие точно вошло в незащищенною кисть руки, в которой Илий держал меч. Тот стиснув зубы, перекинул оружие в здоровую ладонь, вновь намереваясь атаковать. Однако мастер боя уже стоял рядом. Он ударил в нос, ощущая, как ломается тонкая кость. Следующий удар пришелся по уху и по незащищенному затылку, когда противник, потеряв сознание стал заваливаться на землю. Димостэнис перехватил меч из ослабевших пальцев и хладнокровно вытащил свой клинок. Повернулся к Янауру.
Князь весь взъерошенный и до невозможности злющей, с горящем в глазах пламенем, вытер сочащуюся кровь из пореза на щеке. Эдвира лежала рядом, спеленатая огненной сетью с острыми шипами, входящие в плоть жертвы.
— Жива? — Дим внимательно посмотрел на женщину.
В ответ та тихо застонала и попыталась разорвать путы.
В окнах домов начал загораться свет. Серебряный обостренными чувствами после слияния со стихией хорошо почувствовал вспышки эмоций, окрасившие холодную ночь.
Начали распахиваться двери и из них выходить вооруженные люди. Димостэнис с Янауром переглянулись и попятились друг к другу, прислонившись спинами. Серебряный накрыл их обоих прочным куполом, тесно связывая искрящимися цепями своей истинной силы. Князь неуверенно крякнул и напрягся. Дим удовлетворенно отметил про себя пределы его возможностей.
— Сможешь потерпеть? — спросил он.
— Попробую, — прошептал тот.
Круг людей постепенно сужался.
— Нам надо всего лишь прорваться и попытаться уйти к горам. Защита поможет, но ненадолго. Здесь слишком мало нетронутой энергетики Элиаса. Чем дальше от поселения, тем будет легче.
В воздухе ощущалась разрастающаяся с каждой меной уверенность. Так бывает, когда хватаешься за оружие, не зная еще что с ним делать, а почувствовав его тяжесть, начинаешь осознавать, что отступать некуда. Димостэнис отдал Янауру отвоеванный меч, оставив себе нож. Никто не спешил нападать первым. Зашкаливало сытое удовлетворение кота, загнавшего мышку в ловушку. Долгожданный восторг, смешанный с бесшабашной смелостью. Неестественная тишина. Две фигуры, укутанные мерцающим серебром. Огневики, бросающие на землю зловещие тени.
— Корабль! — молодой тоненький голос донесся словно из другого мира. — Там корабли!!!
Это разорвало круг оцепенения. Схлынула, откатила волна пьянящего безумия. Оставив после себя следы страха и застаревшей обреченности.
Раздвигая людей и прокладывая себе дорогу в центр вышел Илий, прижимая к себе раненную кисть.
— Это я во всем виноват, — четко произнес он, глядя на Дима. — Наказывайте меня.
Он опустил руку, с пальцев которой стекала кровь, капая на землю.
— Я сам все решил, — он судорожно вздохнул и опустился на колени, словно подставляя голову под удар меча. — Просто они еще слишком маленькие. Мы договаривались, что вы будете позже. Все были против моего решения.
— Я не была, — раздался из задних рядов голос Эдвиры.
— Накажите лишь меня, — повторил глава поселения. — Никто этого не хотел!
Димостэнис слегка ослабил защитное поле. Янаур глубоко вздохнул и вновь стала чувствоваться его энергетика.
В их тесный кружок прорвалась молодая женщина. Не дойдя несколько шагов, она остановилась, сжимая в руках какую-то тряпку. Дим глянул на ее лицо, словно вылепленное неумелым скульптором, с изломанными, неправильными чертами. Несколько мгновений ушло, чтобы понять, что так бывает, когда неправильно срастаются кости, после многочисленных травм или побоев. Она смотрела на преклоненного мужчину бездонными синими глазами полными слез.
Неодаренная, такая же как и Илий. То, что это его избранница сомнений не было. И не от одного из них он не чувствовал энергетики шакта.
— Встань, — повинуясь страшной догадке, озарившей его, Дим поднял кинжал и резким движением разрезал рубаху на главе поселения, обнажая грудь. Там, где должен быть хьярт ярко выделялся большой набухший рубец. Чувствуя, как по спине пробежался холодок, покрывая кожу мурашками, Иланди отступил на несколько шагов.
— Перевяжи ему руку, — обратился он к женщине, не в силах поднять глаза на них обоих. Что же этим двоим пришлось испытать на их еще довольно коротком жизненном пути? Что за дорога привела их сюда? Димостэнис медленно обвел взглядом собравшихся людей.
— А теперь я хочу знать, кто вы все такие? И что, дьявол побери, здесь происходит?!!
Дима остановил мотоцикл на стоянке возле своего дома, включил сигнализацию и пошел к подъезду.
— Здравствуйте, Дмитрий.
Он обернулся. На лавке сидела женщина.
— Вы узнаете меня?
Он кивнул. Это была жена Плахова, того самого, которого обвинили в убийстве
