Сон вспомнился так отчётливо, что я попыталась заглянуть за трон, ища след Ворот, но там были лишь голые плиты, на них не было видно никаких символов, даже намёка на них. Может, хозяин этого зала действительно дошёл до такого совершенства, что не нуждался ни в чём для создания энергии? Я подумала о колдуньях и о Динзиле, достигавших высот такого искусства. Если мне доведётся когда-нибудь встретиться с хозяином этого среднего трона, я буду смотреться рядом с ним, как Айлия или Вахаи, наивной и беззащитной. Кроме того мне внезапно показалось, что я, кажется, могу вспомнить и понять, почему я лишилась своего Дара. И, вспоминая все свои познания и навыки, я осознала, что всё, чем я владела, было лишь первой страницей самых простейших рун для Мастера Ворот.
Поняв это, я вдруг почувствовала себя маленькой, усталой и испуганной, хотя зал и был по-прежнему пуст, а тот, перед кем я благоговела, давно исчез. Я глянула на Айлию — она, по крайней мере, была человеком, как и я сама. Она стояла, опустив руки, там где я её оставила. Её лицо выглядело странно пустым, и во мне вспыхнуло беспокойство: разве не я привела её сюда, в эту резиденцию Силы, которая всё ещё чувствуется и может повредить ей, ведь она не защищена, как я? Неужели я опять в своём упрямом эгоизме вновь сотворила Зло?
Я обняла её за плечи, заглянула в глаза и коснулась её мозга. Нет, это вовсе не гибель, чего я так опасалась, а нечто вроде сна. Я подумала, что этот сон — её защита, и что он, вероятно, будет продолжаться, пока мы остаёмся здесь, но вообще-то нам пора было уходить, пока эта накопившаяся здесь старая Сила не обратила нас в рабов.
Но оказалось, что уйти отсюда — всё равно, что пробиваться против течения, которое толкало нас в противоположном направлении. К своему ужасу я обнаружила, что этот невидимый поток превращается в вихрь, медленно кружившийся вокруг третьего трона, и эпицентром его было то место, где некогда во сне я видела Ворота.
Айлия с готовностью поддалась этому течению, прежде чем я сообразила, что нам грозит реальная опасность. Я вцепилась в Айлию, оттаскивая её назад, но она вырывалась, и её невидящие глаза слепо смотрели в пустой центр зала. Вдруг её свободная рука взметнулась, пальцы как будто нащупывали невидимую опору, чтобы ухватиться за неё и вырваться из моих рук.
Я воздвигла себе мысленную охрану. У меня не хватало сил, чтобы защитить нас обеих, но если я смогу удержаться, я, конечно, удержу Айлию, и нам удастся выбраться из зала. Я надеялась, что за его пределами мы окажемся в безопасности.
Но пока что я могла только сопротивляться потоку, а Айлия рвалась всё сильнее, пока поток не снёс нас к третьему трону так близко, что я могла положить руку на его высокую спинку. На сиденье лежал жезл. Не взять ли его, когда мы пройдём мимо? И что это мне даст? Такие колдовские жезлы были грозным оружием, они управляли силами при сотворении заклинаний, но, помимо всего, они могут служить только одному. Чего я достигну, если попытаюсь воспользоваться им? Однако, этот жезл так влёк меня к себе, что я поняла: он мне ещё обязательно понадобится, если и не сразу, так потом.
Наконец мы оказались перед сидением третьего трона. Я должна была взять жезл сейчас, пока меня не оттащила Айлия, вновь начавшая вырываться, и мне приходилось держать её обеими руками. Я поколебалась секунду — и рискнула. Резким движением я подтащила Айлию к трону, вскочила на первую ступеньку помоста и левой рукой схватила конец жезла.
Глава 9
Коснувшись жезла, я чуть было не выронила его: он был таким холодным, что обжигал руку, как промёрзший металл. Но я всё-таки его не выпустила — и даже не смогла бы этого сделать, потому что жезл как будто сам держал меня крепче, чем я его.
И в эту минуту Айлия вырвалась из моей руки и бросилась вперёд. Едва ступив на испещрённый рунами пол, она покачнулась, отклонилась назад, затем вдруг споткнулась и упала на колени. Видимо её тело при падении на камни пола каким-то образом послужило ключом к освобождению источника энергии в этом месте, потому что вверху сверкнула яркая вспышка, и, как в моём сне, перед нами появились Ворота из огненных световых линий.
— Айлия! Нет! — закричала я. Но мой крик ничего не значил для её околдованного сознания. Она торопливо поползла на коленях через этот жуткий портал.
Я могла видеть зал за троном, и Айлия исчезла, как только проползла под аркой Ворот. Сжимая рукой жезл, я бросилась за ней, решив, что мои невнимательность и эгоизм больше не послужат причиной ничьей гибели.
Я ощутила, как моё тело рвут на части, но это была даже не боль, а, скорее, отвратительное чувство дезориентации, потому что я прошла через какое-то пространство, через которое человеческое тело проникать никогда не должно было. Затем я покатилась по твёрдой поверхности и застонала от боли, которую получила в этот короткий промежуток времени словно за всё плохое, что я совершила в этой жизни.
Я села, испытывая сильное головокружение. Я продолжала слышать стон — уже не свой — и с трудом огляделась. Рядом с каким-то тёмным высоким предметом лежал кто-то скорчившийся и стонал. Я подползла к Айлии и приподняла её голову. Глаза её были закрыты, тело судорожно подрагивало, а голова безостановочно вертелась из стороны в сторону, как у больного в сильном жару. И она всё время вскрикивала.
Прижав её к себе, я оглянулась на Ворота и… ничего не увидела.
Я не раз слышала, как мой отец пришёл в Эсткарп через подобные Ворота, и, оказавшись неподалёку от Торовых Топей, он обнаружил два столба, отмечавшие место его вхождения. Когда он и моя мать выступили против сил Колдера, они проходили через Ворота, также имевшие отметку в обоих мирах. Но тут, похоже, вход и выход существовали раздельно, где-то в разных местах, потому что я ничего не видела, кроме открытого пространства.
Здесь стоял день, правда, пасмурный и мрачный. В то время, как Эскор был одет в снег и лёд, по эту сторону исчезнувшей двери было так жарко и душно, что я закашлялась, и из глаз моих полились слёзы. Воздух, казалось, был наполнен удушливыми невидимыми испарениями.
Растительности не было, земля и небо выглядели одинаково серыми. В песках, казалось, никогда не обитало ничего живого. В некоторых местах виднелись наносы пыли, похожей на золу. Возможно, здесь когда-то пронёсся большой пожар. Я посмотрела на столб, возле которого лежала Айлия.
Он был выше человеческого роста. И он не был ни обыкновенным древесным стволом, ни каменной колонной, а, скорее, служил когда-то металлической опорой, покрытой оспинами и чешуёй, как будто что-то в этом едком воздухе постепенно разрушало поверхность, слой за слоем. Может быть, именно этот столб отмечал Ворота с этой стороны? Но нет, он стоял слишком далеко от того места, где мы вошли.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
