с ними.
Брат выглядел растерянным и напуганным. С раскрасневшимися от слёз глазами, закутанные в тёплый тулупчик и шарф, он напомнил Синте одинокого, потерянного воробья, прячущегося от непогоды под козырьком крыши. Шрийя старалась уберечь сына от всего на свете, но другие дети не щадили его чувств, и рассказали Дорану всё, что знают сами про страшных чудовищ из леса и про постигшую Ронара напасть, щедро приукрасив немногие известные им крупицы истины страшилками и своими детскими домыслами, от чего тот почти не спал этой ночью, дважды закатывая истерику на весь дом.
- Слушайся маму, - сказала Синта единственное, что пришло ей тогда в голову.
- Поехали с нами. Поехали с нами, пожалуйста, - залепетал Доран, схватив сестру за подол юбки, и Синте подумалось, что это мать попросила брата сказать эти слова, чтобы надавить на её чувства, пробить эмоциональную стену, которую та выстроила между ними, приняв решение остаться.
- Я не могу. Должна быть здесь.
- Но почему?
Вместо ответа, - Синта просто не знала, что ему на это ответить, чтобы барт понял её, - она присела перед Дораном и крепко обняла его, испытывая искренний прилив нежности к этому избалованному, капризному, но очень доброму и любознательному мальчику.
- Пройдёт всего день, и завтра мы снова увидимся, - прошептала она на ухо братишке. - Я приеду за тобой и матушкой, обещаю.
- Приедешь с Ронаром? - спросил Доран, и сердце Синты защемило.
Она выпустила брата из своих объятий, ласково потрепала по щеке и улыбнулась, хотя самой вдруг захотелось плакать.
- Ну конечно, глупый. Мы оба завтра к вам приедем. А теперь давай, залезай к остальным детям.
Синта помогла Дорану забраться в повозку, и только тогда, наконец, взглянула на стоящую рядом мать.
- Я поняла чего ты так страстно желаешь, дочь, - сказала та холодно. - Доказать всему миру, что ты похожа на отца куда больше, чем на меня. Но неужели ради этого ты готова пойти на смерть?
- Всё, чего я желаю, матушка, это чтобы ты приняла мой выбор, - усталым тоном сказала Синта.
- Не смогу, - честно ответила та. - Ни принять, ни понять такой выбор я просто не сумею. Он разбивает мне сердце.
- Мне очень жаль, - ответила Синта, сама не зная, о чём именно жалеет: что причинила матери боль, или что та даже не станет пытаться её понять.
Шрийя разочарованно покачала головой в очередной раз всплеснула руками.
- Уповаю лишь на то, что Ронар появиться вовремя и сумеет тебя образумить.
- Поменяйся мы местами, ты бы позволила Ронару остаться?
- Поменяйся вы местами, Синта, ничего бы ровным счётом для меня не изменилось. Я люблю вас обоих, и боюсь потерять. А вы только и норовите надерзить мне, думаете как бы поскорее отделаться... чтобы, в конце-концов, навсегда покинуть.
- Это вовсе не так...
Шрийя выставила ладонь перед собой, требуя дочь прекратить свой протест. Затем всхлипнула и шумно втянула ртом воздух, стараясь сдержать подступившие к глазам слёзы.
- Вы мои дети, и я всегда буду заботиться о вас, - продолжила она слегка дрожащим голосом. - Даже если сами вы считаете это ненужным, назойливым, глупым. Да, вот такая я, глупая ваша матушка. Не чета столь обожаемому отцу. Но только я у вас осталась, а вы у меня. И, чтобы ни случилось, я никогда не перестану думать о вас, не перестану вас любить.
- Спасибо за это, маменька, - проговорила Синта, пристыжено опуская взгляд на носки своих сапог.
Та лишь быстро обняла дочь за плечи, поцеловав в лоб и проговорила:
- Береги себя.
Затем Шрийя залезла в повозку, и вот теперь, всего каких-то десять минут спустя, Синта наблюдала как та превращается в серую точку на горизонте.
"Может стоило сказать больше? Намного больше?" - спрашивала себя Синта. - "Наверное стоило сказать: я очень люблю тебя, Матушка, я очень люблю тебя Доран. Определённо стоило, ведь я могу их больше никогда не увидеть".
Но что-то подсказывало Синте, что не смотря ни на что, её мать и брат знали всё то, что она не сказала.
- Эй, девчина! - раздался голос Маллида.
Синта резко обернулась, и увидела, что тот, стоя у дверей дома Сайна, машет ей рукой, подзывая к себе.
- Подойди-ка! Есть разговор.
"Пора приниматься за дело!" - решила Синта, разом попытавшись отрешиться от всех посторонних мыслей, чего ей сделать, конечно-же, совсем не удалось. Но она искренне пыталась. И всё равно, идя к Маллиду, глазами искала Драйгана. Не потому, что не хотела общаться с этим старым воякой наедине, а потому, что давно уже себе призналась: именно Драйган главная причина, по которой она осталась. Может осталась бы и без него. Ради Ронара, ведь тот ещё мог вернуться, на что Синта искренне надеялась. Ну и ради себя, конечно, чтобы доказать окружающим, что она вовсе не добрая хозяюшка, а дочь Зана Готхола, и ничуть не уступает брату в праве быть наследницей отца. Но побудили бы её остаться эти факторы, Синта точно не знала. Может да, а может она сумела бы убедить себя в том, что отправившись с матушкой
