— А как нам туда добраться?
— К нашему удобству и к несчастью для самого неба, оно больше не монолитно, — вздохнул Эйуой, — а представляет собой множество висящих над землёй островов. Я ведь вам рассказывал о поступке серого дракона с неправильным именем, помните?
Дулдокравн помнил. Но одно дело — помнить рассказ Эйуоя, совсем другое — видеть небесные острова воочию. Невесомые громадины, тяжелющие на вид: если такая прихлопнет какую-то из стран, да хоть ту же Отшибину — от гордого Серогорья останется широченная низменность.
— Небо без крайней нужды никогда не упадёт на землю, — уловив суть его страха, поспешил успокоить Бларп Эйуой, — во всяком случае, до самого конца мира такого не случится.
— Вы меня утешили, — пробормотал карлик.
Постепенно ощущение жути прошло, и Дулдокравн почувствовал себя вознаграждённым за долгое нудное путешествие. Того, что видел он, до сих пор не наблюдал ни один выходец из Великого народа Отшибины, ни один мертвец, ни один некромант…
Живописные ледники разных оттенков белого. Острые пики торчащих вниз ледяных гор — ну да, это огромные сосульки. Ух и каплет с них, наверное, по весне — словно все Семеро Божеств в три ручья плачут!
При подлёте к небу яснее стали видны трещины в ледниках. Ба, да это не просто трещины — это разломы. И не только во льду, но и в белокаменной небесной основе. Таки да — небо ныне поделено на отдельные острова, между которыми лишь изредка попадаются ледовые перемычки. Или это рукотворные мосты?
Замок внедрился в один из широких разломов, разделивших небесную твердь, и стал подниматься к верхней поверхности неба между двумя огромными островами. Неровные края разлома искрились на солнце массивными наплывами льда.
И каких только разновидностей мороженой воды здесь не встретилось! Лёд прозрачный, лёд матовый, лёд сияющий и поглощающий свет, лёд голый и прикрытый снегом, лёд старый и молодой, пористый и причудливо вздымающийся стрельчатыми ажурными конструкциями.
— А края трещины не сойдутся, пока мы пролетаем? — обеспокоился карлик. Ещё бы не обеспокоиться! Надёжный десятибашенный замок утратил всё своё величие и напоминал песчинку посреди высоченного оврага.
— Нет, острова велики и не слишком подвижны.
— А названия у них есть? — зыркнул карлик на вздымающиеся слева и справа обледеневшие громадины.
— Новый Флёр и Новый Нефотис, — назвал острова Бларп, — они расположены в точности над наземными городами Флёр и Нефотис.
— Да, — кивнул Дулдокравн, — в Нефотисе я недавно побывал. Вместе с Чичеро. Это ведь там нас с Лимном покинул обиженный Зунг.
Укол совести заставил Дулдокравна помрачнеть, созерцая чудную игру света на скальных изломах острова Новый Нефотис. Вот и этих красот посланник Чичеро никогда не увидит.
— Знаете что, — предложил Эйуой, — давайте-ка откроем сундук с Чичеро. Пусть тоже на небесные острова посмотрит. Да и вам кутаться в шубу станет сподручнее, если накинете её поверх посланничьего плаща.
— А что, мы уже подлетаем ко дворцу Драеладра?
— Нет, к Драеладру мы заглянем позже. Для начала мы посетим Новый Флёр. На этом острове живёт моя бабушка. Она хотела увидеть Чичеро.
— Вот как? — изумился такому повороту Дулдокравн. Но, как ни нов оказался повод, сложиться в Чичеро ему очень-очень хотелось.
Бларп и Дулдокравн подошли к заиндевевшему кованому сундуку, который всё путешествие на небо простоял во дворе летучего замка, у люка, через который его втащили. Карлик представил, как тяжело будет откинуть крышку, но всё обошлось. Стоило Бларпу снять печати, как сундук раскрылся сам.
— Переодевайтесь, — кивнул Эйуой на чёрный плащ в сундуке.
Карлик сбросил шубу и, замерзая, принялся натягивать превращающий его наряд. Привычными движениями запихнул под плащ останки посланника, встряхнулся, поднимаясь в полный человеческий рост. И вот уже на его месте стоит элитный мертвец Чичеро. Стоит и ничуть не дрожит, ибо не чувствителен к холоду.
— Не надо, — отказался Чичеро от протянутой шубы.
— Дулдокравн замёрзнет! — настоял Эйуой.
— Ах да, — вспомнил посланник и накинул её поверх чёрного плаща, стараясь прикрыть от холода ту часть себя, которую составлял карлик.
Десятибашенный небесный замок между тем облетел остров Новый Флёр сверху и завис над небольшой ровной площадкой, рядом с которой стояла высокая башня, напоминающая маяк — единственное сооружение на этом заснеженном скалистом острове, которое было видно через отверстие люка в замковом днище.
— Нам туда! — указал на башню Бларп.
— Вы сказали Дулдокравну, что меня хотела видеть ваша бабушка, — немного резковато прозвучал голос посланника Чичеро.
— И я подтверждаю свои слова, — Бларп выбросил вниз верёвочную лестницу и первым начал спуск.
— А если я не подчинюсь, это будет расценено как демоническое упрямство, — мрачно пошутил Чичеро, но послушно стал спускаться следом.
— Думаю, эта встреча окажется полезной и для вас, посланник, — долетел снизу ответ.
* * *
На пороге нижнего помещения башни их встретила сухонькая старушка с ярко-синими пронизывающими глазами. Сколько ей лет? Должно быть, около ста. Люди, имеющие среди предков драконов из рода Драеладра, живут долго.
— Посланник Смерти Чичеро Кройдонский, — представился недавний узник сундука, которого Бларп почему-то пропустил вперёд.
— Да, я узнала, — неожиданно сказала старушка. Её старческий голос показался странно знакомым. Когда-то давно, в Адовадаи…
— Бланш? — воскликнул Чичеро, невольно отступая назад. Так вот кто приходится бабушкой Бларпу Эйуою…
— Помнишь, — заключила Бланш. — Ну, проходи, посланник Смерти. Да смотри, ноги не оттопчи нашему внуку. Он-то у нас живой, некромантами не леченный, — и будто вспомнив о болезнях живых людей, она зашлась сухим надрывным кашлем.
— А ты изменилась, Бланш, — потерянно произнёс Чичеро, плохо понимая, что говорит. Конечно, он задел женщину за живое. Ну, и она ему врезала по мёртвому:
— Да и ты не остался прежним, женишок! — кашель древней Бланш перешёл в лающий смех.
— Это точно, — невесело усмехнулся Чичеро, — я изменился сильнее.
Ещё бы не сильнее: одно посмертие, второе посмертие, расчленённое Живым Императором тело, привлечение Лимна, Зунга и Дулдокравна в качестве недостающих телесных органов…
О чём говорить дальше? Они с Бланш были близки так давно, что те времена остались лишь в летописях. С тех пор Бланш ушла к драконам, а Чичеро — к мертвецам. Кажется, осталось единственное: друг друга простить и разойтись с миром. Только в каких словах это говорится и какими ритуальными действиями сопровождается?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
