Да что стены: даже потолок такой высоты, что его и не видно за множеством летучих тварей. Ибо летают в вышине не птички небесные, а плотные толпы каменных драконов — и каждый куда покрупнее того, на котором отряду Гны довелось полетать. Вот это да!
Лениво парящие драконьи фигуры отражаются в идеально отполированных чернокаменных плитах, которыми площадь выложена. Ходить по таким плитам скользко, особенно со связанными руками.
И площадь не безлюдна. Спешат по ней в разных направлениях деловитые мертвецы — представители и Шестой, и Седьмой рас. Видно, знают, куда идут. Чего не скажешь о Риге и Омфале, которые выпихнули сюда из узких библиотечных нор свою связанную магической верёвкой колонну, и тут же стали потерянно озираться.
— Скажите, любезный, где мы находимся? — спросил Риг из Герла у третьего встречного мёртвого человека. Первые-то два оказались шестирукими арахноидами, и от них оба стражника словно по команде испуганно шарахнулись.
— На площади Торжества Некрократии, — любезно отозвался прохожий.
— А как нам добраться до чертогов Владыки Смерти?
— От статуи Некрократической Свободы — по мостику налево, — примерное направление указал взмах руки, — дальше по вниз по лестнице Последнего Пути.
Риг и Омфал потянули пленников в указанную сторону. Идти пришлось никак не менее суток, а площадь всё не заканчивалась. Вот уж точно, Подземелье — это вам не просто лабиринт пещер.
Обретя направление, стражники на площади быстро освоились и приободрились. Они с важностью шагали по скользким чернокаменным плитам, не стараясь уступать дорогу даже представителям Шестой расы — шипастым великанам, бородавчатым карликам, мешкам-на-ножках. Только многоруких арахноидов да инсектоидов Риг и Омфал по-прежнему сторонились.
Долгий путь по каменной скользоте Рэн из Мэрта и Бром из Цанца выдержали легко — чего не скажешь об их соседях по верёвке Пардре и Бокси.
Пардр из Ы вовсю хромал, ибо ещё не вполне отошёл от памятного неудачного поединка с каменным драконом. Карлица Бокси из Шенка за последние дни тоже очень сдала. Она не просто сильно постарела лицом, но и едва передвигала ноги, мелко семенила. Похоже, на сей раз она не притворялась.
Основное неудовольствие стражников теперь вызывали эти двое. Пардр легко выдерживал дурное обращение, а вот карлица переводила с Рига на Омфала глаза, полные страха, и сжималась настолько, что, казалось, могла спрятаться за болтающейся перед ней рукой, оставленной бежавшим Банном из Баларма.
— А туда ли мы идём, — как-то усомнился Омфал, — что-то площадь не кончается, да и статуи не видать.
Риг окликнул одного из прохожих — сердитого бородавчатого карлика зелёного цвета. Тот, подумав, снизошёл до разговора и заверил стражника, что до статуи осталось всего ничего. А там рядом будет и мостик над потоком ядовитого тумана.
Спустя какое-то время Рэн различил на горизонте неясное очертание. По мере приближения оно обернулось многорукой и многорогой статуей с золотым факелом Счастливой Смерти в левой верхней руке.
Стражникам статуя заметно не понравилась. Они, конечно, уважали некрократию, Великую Смерть и Некрократические Свободы, но увидеть всё сие в образе арахноида, мягко говоря, не ожидали. С парой арахноидов, как помнил Рэн, у Рига и Омфала в Цанце вышла стычка, в которой погибли многие их товарищи.
Мост над туманным потоком, обнаруженный неподалёку от статуи, тоже охранялся шестирукими «чёрными пауками» — и не парочкой, а двенадцатью. Загородив проход, они встали, скрестив на груди средние пары рук, а командир-арахноид спросил:
— Кто таковы? Зачем идёте к Чертогам Владыки?
Риг из Герла поглядел на шестирукого с таким видом, словно не ожидал от него способности говорить, и медленно процедил:
— Мы ведём на суд Владыки Смерти интересных ему пленников с поверхности.
Недружелюбный тон ответа не укрылся от внимания командира стражей моста. Арахноид свёл воедино брови на и без того жутковатом лице и, подавая знак подчинённым, шевельнул пальцем одной из своих рук. В следующий миг Рига и Омфала схватили, отняли единственный меч, затем связали запястья заговорённой верёвкой.
Рэн с интересом рассматривал командира арахноидов: со своими тот изъяснялся исключительно знаками, причём едва заметными.
Когда колонна пленников увеличилась до шести человек, арахноид соизволил снова заговорить:
— Мы пропустим вас на суд Владыки. Хаби и Тачи вас проведут. Всех.
* * *
И снова дорога на суд к Владыке Смерти. Только-то и поменялось, что стражники. Шестирукие страшилища Хаби и Тачи заняли места людей Рига и Омфала, которые — в очередной раз — перешли в разряд пленников. Сколько таких замен состоялось с момента, когда на холме перед Цанцем некромейстер попросил Рэна его заместить? Многое менялось в этом путешествии, кроме единственного — направления движения. Вниз.
Теперь-то Рэн из Мэрта будет знать, что идея немножко спуститься, чтобы сразу подняться — верный самообман. Кто начал спускаться, тот дойдёт до самого дна. Удастся ли от этого дна оттолкнуться, чтобы, как стрела из лука, долететь до поверхности?
За мостом начался уклон. И вот уже идущие на суд к Владыке Смерти подошли к лестнице. Здесь им встретился новый отряд арахноидов — ещё больше, ещё мощнее, ещё ужасней.
Этот отряд стражей пропустил их на лестницу, не произнеся ни слова. Хаби и Тачи неуловимо быстрыми знаками показали всё необходимое. Такие знаки человеку не воспроизвести — конечностей не хватит.
Лестница Последнего Пути открылась во всей своей длине и богатстве. Спуск по крутым лестничным ступеням, инкрустированным золотом и драгоценными каменьями, затянулся ещё примерно на день. Подниматься-то здесь каково будет, упорно думал Рэн из Мэрта, хотя всё шло к тому, что не придётся подниматься. Последний путь — он один бывает.
Где-то на середине лестницы пленников Владыки встретила застава инсектоидов с какими-то чехлами или мешками наготове. Пока Хаби и Тачи знаками общались с командиром, Рэн всё думал, к чему эти чехлы. Но загадка прояснилась сама.
На головы соединённых верёвкой людей четверорукие образины напялили плотные мешки, не позволяющие подглядывать. Возможно, чтобы не узрели какие-то Владыкины секреты, либо чтобы не запомнили дорогу обратно. А может, мешки — для удобства отрубания голов?
Дальше вниз по лестнице пришлось пробираться чуть ли не на ощупь, опасаясь, как бы ненароком не споткнуться, увлекая за собой остальных под ноги страшным арахноидам: позвякивание мечей и тяжёлые шаги Хаби и Тачи раздавались теперь спереди.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
