— Читайте следующую.
— «И решится Владыка Смерти, и вселится он в тело упомянутого Чичеро тайно и заблаговременно. А когда встретит Чичеро ужасного врага, размахнётся Владыка Смерти его рукой с мечом обоюдоострым, и потечёт тёмная кровь Живого Императора на почву Отшибинскую»… — тут у Флютрю отвисла челюсть.
— Вам странно?
— Странно. Что же это, сам Дымный оракул ошибся? — пробормотал поражённый Флютрю. — Всё ведь случилось совсем не так…
— Насколько я знаю, в поединке победил вовсе не Чичеро, — безмятежным тоном напомнил Гны, — ну, а в остальном, думаю, всё совпало.
— Что совпало?
— В Чичеро вселился Владыка Смерти, — ответил Гны, — если он демон, то он это умеет.
— Но Дымный оракул… Он предрёк Владыке победу. А ведь он не зависит от Владыки и всегда вещает правду… Зачем оракулу лгать?
— Дымный оракул не лгал. А вот записи, в которых говорится о Чичеро, подложные, — сказал Гны с уверенностью, не оставляющей сомнения: он пришёл к такому выводу заранее.
— Но почему вы решили, что записи подложные?
— А вы вглядитесь, Флютрю. Не узнаёте почерк?
И правда, Флютрю вгляделся и узнал. Даже несмотря на яркость сияния огненных чернил. Ещё бы не узнать! Флютрю столь часто пришлось переписывать книги, написанные этим мелким жирным почерком. Книги магистра Гру.
* * *
Некроманты долго бы ещё листали книгу с поддельным пророчеством повсюду успевающего магистра Гру, а после неё отыскали бы следующий повод задержаться в столь богатой знаниями части библиотеки, но в соседнем зале гулко раздались быстрые шаги. Некто со всех ног мчался в их сторону.
— Похоже, стало известно, что я забрал книгу с положенного ей места, — обеспокоенно шепнул Гны, утягивая Флютрю в тёмный угол за стеллажами, — а я-то думал, что обошёл все охранные заклятия.
Беспокойство некромейстера мигом передалось и отшибинскому некроманту. Он словил себя на мысли, что боится предстать перед мудрым взором магистра Гру, в маленький секрет которого столь неделикатно проник. Ну конечно же: к ним спешит не кто иной, как прежний учитель Флютрю. Кому ещё выгодно, чтобы тайна подложных пророчеств не стала достоянием любопытных мятежников…
Нет, обошлось. Тот, кто вбежал в зал, озирался не грозно, но затравленно. Сам излучал немалый испуг. И магистра Гру не напоминал ни в каком приближении.
Некромейстер первый узнал нового посетителя их зала — и, не дав ему опомниться, велел:
— Банн, отвечайте, как и зачем вы сюда попали?
Банн из Баларма (а это был таки он) обернулся на голос, узнал некромантов и, мигом успокоившись, с ликующим видом воздел к потолку обломки обеих рук.
— Я свободен! — воскликнул он.
— Вижу… — покачал головой некромейстер.
Из свежей раны на одном из обломков понемногу сочился бальзам. Банн больше не имел рук, чтобы зажать эту рану. Вот так свобода, однако…
Ценой свободы Банна стала его последняя рука, оставленная в узлах заговорённой верёвки. Не зря стражник Омфал пыхтел и хмурился, затягивая узел на единственной руке скандалиста — она и тогда висела на «ниточках».
— А не поспешили вы освободиться? — осторожно спросил Флютрю. — Мы с некромейстером как раз собирались возвращаться к нашему каменному дракону…
— Нет больше дракона, — истерически хихикнул Банн, — вас очень долго не было, и стражник Риг на нём не усидел. Заснул и шлёпнулся с драконьей шеи. А каменной твари того и надо — улетела!
— А что с людьми? — спросил Гны.
— Стражники решили, вы больше не вернётесь. И всех увели.
— Куда?
— Там была последняя дверь, в которую вы не ходили. Риг решил, что выход из библиотеки за нею. Только он послал Омфала проверить, нет ли ловушек. А пока Омфал проверял, я оставил руку в узле верёвки, да и сбежал. Риг меня не стал преследовать — а то бы побежали и остальные, — рассказывая, Банн из Баларма радостно улыбался. Видать, чувствовал себя самым большим везунчиком. Единственный сумел сбежать, не заблудился, нашёл некромантов.
Гны на минуту закрыл глаза, что-то обдумывая. Потом решительно тряхнул головой и объявил:
— Что ж, Флютрю, будем считать, что библиотека нами посещена с пользой. Теперь — догоняем наших. Банн, вы с нами, или останетесь тут?
Улыбка сползла с лица безрукого счастливца, теперь пришёл его черёд задуматься. Не ожидал он, что некроманты захотят вернуться, и мысли не допустил. Иначе в чём виделся бы смысл его побега?
— С вами… — выдохнул Банн. И поднял более не существующую руку, чтобы ослабить шнуровку воротника. Не преуспел, ясное дело.
* * *
Некроманты так и не вернулись. То ли с ловушкой какой-то не справились, то ли отвлеклись на чтение библиотечных богатств — не суть важно. Но стражники, обозлённые на собственный промах с драконом, решили уйти без них. И всё легко получилось. Омфал, посланный Ригом на разведку, настолько легко нашёл выход из библиотеки, что даже у Рэна из Мэрта закрались сомнения: в поисках ли выхода бродили по библиотечным залам Гны и Флютрю?
Впрочем, сомневаться — удел слабых. Рэн тут же вновь убедил себя в непогрешимости некромейстера, и стоило Брому из Цанца заикнуться о собственных подозрениях, как бессменный заместитель Гны его резко одёрнул. Мол, не плети языком, о чём не знаешь. Бром-то послушно заткнулся, а вот дальше…
Дальше Рэн из Мэрта обратился к стражникам с просьбой ещё немножко подождать, и они его поняли превратно, захотели проучить. Накинулись на связанного, двое на одного. Так колотили, что из расквашенного носа бальзам брызгал во все стороны.
Ещё бы Ригу с Омфалом не взбеситься, ведь к тому моменту от стражников сбежал не только дракон, но и безрукий дурачок Банн. А тут ещё Рэн со своими советами и предложением дождаться главного… Стражники-то себя тоже главными считали!
Как-то само собой получалось, что роль заместителя некромейстера Рэн играл в основном в плену, где главные решения принимала пленившая сторона. На сей раз стражники решили наскоро поколотить Рэна, да и выводить связанную колонну из библиотеки. Их цель, как разъясняли истязатели между ударами — довести преступников до чертогов Владыки Смерти, и ничто их не отвлечёт.
Показывал путь Омфал, а Риг, вооружённый коротким мечом некромейстера, замыкал шествие. Колонна шла не бодро, но довольно быстро: три зала, два коридора — и всё, библиотека позади.
Ибо тот новый зал, куда они попали, к библиотечным явно не принадлежал. Да и залом-то его назвать язык не повернётся. Не зал, а огромнейшая крытая площадь, широкая, точно самостоятельный мировой ярус — противоположных стен не углядишь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
