Он уже мог делать стрелы функционально летальными так, как желал, но как только его враг осознает факт нападения, последующие выстрелы могут быть легко отклонены.
— Проклятье. Почему я так её и не спросил?
Внезапная вспышка эйсара сзади заставила его крутануться на месте, резко присев и активировав защитные татуировки.
— Спросил о чём, Отец? — спросил грубый, но женский голос.
Тирион уставился на стоявшую перед ним женщину, и его глаза расширились от шока, прежде чем подозрительно сузиться. Это было невозможно. В прошлый раз он бредил. Однако стоявшая перед ним фигура принадлежала его дочери, Бриджид. Как и при жизни, от неё шёл лёгкий запах крови, одежды на ней не было, и ей явно требовалось помыться. Прямо как кошка, его дочь никогда особо не пользовалась ни одеждой, ни мылом и водой.
Первый его мыслью было то, что она являлась иллюзией, но магический взор подтвердил, что физически она была весьма реальна, и её эйсар был именно такой, каким Тирион его помнил. Неужели Мойра сделала что-то с его разумом? Только она — или кто-то, обладавший его воспоминаниями, вроде Мордэкая — могла вообще создать такую реалистичную копию его дочери.
— Кто ты? — настороженно спросил он.
— Я — именно та, о ком ты думаешь, — ответила она.
Он без предупреждения атаковал, сделав ложный удар влево, и затем нанеся рубящий удар наручным клинком по её туловищу справа. Удар остановила зачарованная цепь, хлестнувшая вокруг её тела подобно змее. Он уставился ей в глаза, не в силах поверить увиденному:
— Ты мертва.
— В прошлый раз ты на меня не напал, — отметила она. — Когда я помогла тебе встать на ноги.
— Так это было по-настоящему? — спросил он, сомневаясь как в собственной вменяемости, так и в стоявшей перед ним женщине.
— Мне это показалось настоящим, — отозвалась она. — Насколько я знаю, мне следует быть мёртвой, но вот она я.
— Это бессмыслица какая-то, — пробормотал он. И тут ему в голову пришла мысль: — Приглуши свою силу! В этом городе есть маг. Он почувствует тебя за милю, если ты и дальше будешь так светить своим эйсаром.
Она выгнула одну из проходивших под её растрёпанной чёлкой бровей:
— И ты боишься одного мага?
— Я здесь не для того, чтобы драться, или чтобы меня видели, — отозвался он, слегка расслабившись, когда она послушалась его приказа. Но миг спустя он нахмурился, заметив, что упомянутый маг изменил своё местоположение.
Дальность действия магического взора была у Тириона побольше многих, поэтому он мог наблюдать за Лордом Арундэла издалека, при этом плотно ограничивая свою силу — но теперь Барон пришёл в движение, направляясь к его позиции в мастерской лукореза. Секунду спустя присутствие мага исчезло.
— Он Прэйсиан? — с лёгким удивлением спросила Бриджид. — Разве мы не убили их всех?
— Человек, — пояснил Тирион. — Он является потомством от моего проекта по разведению.
— И он на нас охотится? — сказала Бриджид, искривляя губы в недоброй улыбке. — Я так не веселилась уже… — она примолкла. — А сколько времени прошло с моей смерти?
— Чуть больше двух тысяч лет, — ответил Тирион. — Если ты вообще реальна. — Он начал скатывать промасленную ткань, на которой были разложены наконечники стрел, упаковывая их. — Мы уходим.
— Ты собираешься бежать? — спросила Бриджид, отказываясь верить его словам.
— Я здесь не для того, чтобы стереть с лица земли нескольких оставшихся магов-людей, — объяснил Тирион. — Их и так слишком мало. Лично к этому у меня нет никаких претензий.
Его дочь осталась неподвижной:
— А что Ши'Хар? У нас получилось?
Он замер на миг, обдумывая ответ, затем сказал:
— Почти.
— Почти?
— Иллэниэлы выжили. Именно так я здесь и оказался. Я стал Старейшиной. Линаралла тоже выжила, — поведал он ей.
Бриджид нахмурилась:
— Так ты над этим работаешь — над способом их убить?
Тирион остановился, и его разум вернулся к его разговору с дочкой крестьянки. «Поправь свою историю», — сказала она ему. Его основной целью было убрать Мойру, но теперь это казалось мелочью. Её нужно было убить, несомненно, но разе только этого ему следовало добиться? Он не подвергал сомнению цели своего создателя, но они казались противоположными его собственному желанию — истреблению всех Ши'Хар.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Он что, размяк? Неужели две тысячи лет в облике дерева обратили прежнего Тириона против человечества? Что случится в будущем, если людской род и Ши'Хар попытаются сосуществовать?
В его списке на убийство было несколько человек — Мордэкай, Роуз и Мойра, — но неужели он хотел только этого?
Нет.
— Да, — ответил он, одновременно утверждаясь в своём решении. — Именно для этого они и предназначены. Кстати, мне нужно знать, как ты создала чары на твоей цепи.
Его дочь кивнула:
— Я делала это не одна. Мне помогла Лэйла.
— Лэйла? — Такого ответа он не ожидал. Эта волшебница-рабыня была одним из самых ярых его последователей, чуть ли не поклонялась ему — но хоть она и обладала хитростью, особо умной или творческой она не была. Она являлась лишь одной из тысячи людей-рабов, рождённых с даром Прэйсианов. «Дар Прэйсианов», — молча повторил он про себя, — «ну конечно же». Он положил промасленную ткань обратно на стол. Не было нужды бежать. Всё, в чём он нуждался, уже было здесь.
Глава 37
Джордж Прэйсиан, Барон Арундэла, внезапно проснулся, и обнаружил, что сидит в кровати. Он видел чудесный сон, и хотел к нему вернуться, хоть тот и уже начал таять в его сознании, сменяясь зловещим предчувствием. Что заставило его пробудиться?
Когда у него в голове прояснилось, он увидел это — вспышка эйсара в деревне неподалёку. Он не ожидал никаких посетителей, и эйсар был незнакомым. Поскольку он уже встречался со всеми магами в Лосайоне, это значило, что незнакомец скорее всего был одним из Ши'Хар, или одним из странных, владеющих магией людей, которые недавно начали пересекать границы измерения.
Сфокусировав внимание, он заметил второго мага рядом с первым, но он был тусклым и трудно различимым. Однако ему потребовалась лишь секунда, чтобы узнать Тириона. «Почему он пытается скрыть своё присутствие?» — задумался Джордж.
Тут он вспомнил, что Тириона объявили в розыск. Послание прибыло из столицы только лишь двумя днями ранее. Сердце Джорджа забилось чаще, и адреналин полностью прогнал сон. Он почти рефлекторно накрыл себя завесой, которая должна была сделать его невидимым для магического взора — но они уже успели его увидеть. Судя по тому, что он слышал, у Тириона дальность была больше его собственной.
«И один я с ним ни за что не справлюсь, тем более если ему будет помогать ещё один маг», — подумал Джордж. Его сестра, Элэйн, а также большая часть семьи Иллэниэлов, ушла куда-то, где ныне располагался Ланкастер. Единственным известным ему человеком, который мог быть способен справиться с Тирионом, был Гарэс Гэйлин, и этот знаменитый человек находился в Албамарле.
Джордж быстро оделся, и покинул комнату. На ходу он изменил покрывавшую его завесу, делая себя почти полностью невидимым для обычного взора, а не только магического. Для удобства он оставил маленькое отверстие, через которое мог смотреть. Его он мог закрыть позже, когда приблизится на расстояние, где нормальная видимость станет иметь значение. А пока он просто хотел покинуть свой особняк, не потревожив слуг.
Прямое столкновение с Тирионом было отнюдь не мудрым решением. Он мог надеяться лишь на то, что этот человек не собирался причинить никакого вреда жителям Арундэла. Что Джордж мог сделать — что Прэйсианы делали лучше всех — это подобраться ближе, и узнать, что Тирион там делает. Выяснив это, он мог лучше продумать дальнейшие действия.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Выскользнув через боковую дверь, он обошёл дом кругом, и нашёл мощёную дорогу, которая вела к деревне. Хоть Арундэл был и меньше Уошбруку и Замка Камерон, площадь он занимал более обширную, поэтому ему потребовалось целых десять минут, чтобы добраться до собственно деревни. К тому времени он узнал здание, в котором находился Тирион — это был дом и лавка Мэттли. Старый лукорез обычно принимал много клиентов — но не в такое время ночи.
