находиться в Филадельфии, но что, если это не так? Он станет отличной мишенью для его злости.
— Значит, я угадал, — сказал Уильям как можно более спокойным тоном и достал гинею из мягкой земли.
Глупо было предлагать ее Джейн. Не из-за того, что она рассказала, просто подобные ей — или Коленсо — никогда не держали в руках такой суммы. Их заподозрят в воровстве и быстро лишат этих денег.
— Просто присмотри за парнями, ладно? — сказал Уильям Джейн. — И обе держитесь подальше от солдат, пока я не раздобуду вам одежду попроще. — Он указал на их пропитанные грязью и потом наряды: — В этом вас примут за шлюх, а от солдат простым «нет» не отделаешься.
— А я и есть шлюха, — бесцветным голосом ответила Джейн.
— Нет, не шлюха, — возразил Уильям, и собственный голос показался ему чужим, но до странности решительным. — Ты под моей защитой. Я не сутенер, значит, и ты не шлюха. По крайней мере, пока мы не добрались до Нью-Йорка.
Глава 59
Открытие
Шестнадцатый отряд пенсильванского ополчения под командованием преподобного Пелега Вудсворта ровным строем вошел в лагерь. Незадолго до того ополченцы остановились, чтобы привести себя в порядок, почистить оружие и умыться. Лорд Джон знал, что никто этого не заметит, но все же одобрил приготовления как пример военной дисциплины, о чем и сказал Жермену.
— Из нерях получаются плохие воины. — Он критически оглядел прореху в рукаве своего грязного черного мундира. — А солдаты должны повиноваться приказам, какими бы они ни были.
Жермен кивнул.
— Точно, так моя мама и говорит. Не важно, понимаешь ты смысл действия или нет, ты должен делать, как тебе сказано, а не то будет хуже.
— Из твоей матери получился бы отличный сержант, — заявил Грей — он несколько раз видел Марсали Фрэзер в ее магазинчике. — Она прекрасно уловила суть команд. Кстати, насчет «а не то будет хуже» — что, по-твоему, случится, когда ты вернешься домой?
Жермен нахмурился — он явно не заходил так далеко в своих мыслях, но вскоре его лоб разгладился.
— Зависит от того, как долго меня не будет, — пожал он плечами. — Если я вернусь завтра, мне надерут уши и задницу. Но если меня не будет дольше недели, думаю, она обрадуется, что я не умер.
— Ты, случайно, не слышал историю о блудном сыне?
— Нет, мило… Берт. — Жермен кашлянул. — О чем она?
— О том… — начал было Грей, но осекся, ощутив себя так, словно ему в грудь вонзили кол. Сзади возмутились и начали толкаться, несколько человек обогнули Грея и продолжили путь. Жермен обернулся и посмотрел в том же направлении, что и Грей.
— Это тот человек, который притворялся французом. Моему отцу он не нравится.
Грей смотрел на мужчину в модном синем в серую полоску костюме из шелка. Мужчина, разинув рот, тоже разглядывал Грея и не обращал внимания на своих спутников из Континентальной армии.
— Я знаю многих французов, но ты прав, он не француз, — снова вспомнив, как дышать, согласился Грей и отвернулся. Голова шла кругом, и он ухватился за руку Жермена. — Твой дед должен быть где-то среди этой суматохи, — решительно сказал он и кивнул на стяг, вяло колышущийся на другом конце лагеря, который, впрочем, был хорошо различим. — Видишь вон то здание, с флагом? Иди туда. Это штаб главнокомандующего. Скажи кому-нибудь из офицеров, кого ты ищешь, и они найдут его среди ополчения.
— Да им и не придется его искать, — заверил его Жермен. — Grand-père будет там.
— Где?
— С генералом Вашингтоном. Grand-père теперь тоже генерал, ты что, не знаешь? — ответил Жермен со снисходительным терпением, будто разговаривая с дурачком. И умчался в направлении флага прежде, чем Грей успел ответить на это ошеломительное заявление.
Грей осторожно оглянулся, но Персеверанс Уэйнрайт уже исчез, как и офицеры Континентальной армии. Лишь два лейтенанта стояли там, беседуя.
Грей мысленно выругался попеременно в адрес Джейми Фрэзера и Перси Уэйнрайта, грозя им различными насильственными действиями. Какого черта они оба здесь делают? Пальцы подергивались от желания удушить кого-нибудь, но Грей подавил этот бессмысленный порыв и задумался, что делать дальше.
Он ускорил шаг, особо не глядя, куда идет. Перси его видел, в этом не приходилось сомневаться. Джейми еще нет, но Грей мог столкнуться с ним в любой момент. Джейми — генерал? Какого чер… так, отложим волнения на потом, сейчас некогда.
Грей не видел Перси — бывшего любовника, бывшего брата, французского шпиона и вообще в каждой бочке затычку — с их последнего разговора в Филадельфии, состоявшегося несколько месяцев назад. Когда Перси впервые после долгого отсутствия вновь возник в жизни Грея, он тут же попытался соблазнить его — скорее политически, чем телесно. Впрочем, Грей не стал бы возражать и против плотского соблазнения… У Перси было предложение для британского правительства: если Англия вернет Франции северо-западные территории, то некая группа заинтересованных лиц, пославшая Перси, удержит французское правительство от альянса с американскими колониями.
Грей из чувства долга переправил предложение прямиком лорду Норту, а потом выбросил из головы и его, и Перси. Что первый министр сделал с его сообщением, он не знал.
Как бы там ни было, сейчас уже поздно об этом думать. Франция в апреле подписала соглашение с мятежными колониями. Потом видно будет, выльется ли это соглашение во что-либо серьезное в виде помощи — всем известно, что на французов полагаться нельзя.
Но что ему делать теперь? Инстинкт самосохранения побуждал пройти незаметно через лагерь и как можно скорее скрыться. Жермен не скажет Джейми, что видел Грея — они договорились об этом заранее. Однако два соображения удерживали Грея от побега. Во-первых, неизвестно, где сейчас английская армия и насколько далеко она отсюда. А во-вторых, его терзало любопытство в отношении Перси, хотя Грей и понимал, что это безрассудно и опасно.
Все это время он шел, не останавливаясь — иначе бы его сшибли с ног и затоптали, — и теперь обнаружил, что рядом с ним идет преподобный Вудсворт. Привычное выражение спокойного достоинства на вытянутом лице священника сменилось волнением, и Грей улыбнулся.
— Господь помог нам благополучно добраться сюда, Берт, — сказал Вудсворт, глядя на него сияющими глазами. — И я знаю, Он дарует нам победу!
Грей задумался. Что сказать в ответ? Как ни удивительно, он не мог согласиться с этим утверждением.
— Вряд ли нам дано предугадать намерения Всемогущего, но я верю, что Он в милости Своей убережет нас.
— Отлично сказано, Берт, просто отлично. — И Вудсворт ощутимо хлопнул его по спине.
Глава 60
Квакеры и квартирмейстеры
Натаниэль Грин был в своей палатке,
