постель, – помогая ему, шептала Роксана.
Радха встал и шагнул. Роксана и Туллия, держа его под руки, стали вести к двери. Он остановился и обессиленно кивнул на диван. Они поняли его и подвели к дивану. Он опустился на него, отдышался и лег. Туллия вышла и скоро принесла подушку и покрывало. Роксана уложила его удобнее, подложила ему под голову подушку и укрыла покрывалом. Вскоре Радха уснул.
* * *
Радха проснулся. Роксана сидела в отцовском кресле, откинув голову на спинку и положив руки на подлокотники. Она спала. В комнате царил полумрак. Лишь по углам горели маленькие светильники. Радха присел, глядя на Роксану. Ему было значительно легче. Боли в груди не было. Он тихо поднялся, немного постоял, пережидая головокружение, затем взял свое покрывало, подошел к Роксане и осторожно укрыл ее. Она вдруг пробудилась и посмотрела на него.
– Зачем ты поднялся, Радха? – подавшись вперед, встревоженно спросила она.
– Мне уже хорошо, – вернувшись на место и присев, ответил Радха.
– Радха, тебе не может быть хорошо. Ты все время стонал, – поднявшись и подойдя к нему, присев рядом с ним, – тихо сказала Роксана.
– Голова немного кружится и все, – Радха обнял Роксану и нежно прижал ее к себе.
– Тебе нужно лечиться, Радха. Однажды все это может плохо кончиться. Я не знаю, как еще тебе объяснять. Ты не слушаешь меня. Это очень опасно. Тебе нужен лекарь и надо хорошо отдохнуть. Я же вижу, что ты сильно утомлен. Ты изводишь себя думами разными. Я понимаю тебя, но так нельзя. А что если это случится с тобой в дороге? Что тогда? Ты не бережешь себя, – погладив его по щеке, вглядываясь в его лицо, сказала Роксана.
– Ты не права, Роксана. Я слишком берегу себя, – Радха устало улыбнулся.
– Я знаю, Радха, о чем ты говоришь. Не кори себя. Не надо. Это ни к чему хорошему не приведет. Только к несчастью. На все воля богов. Жить, Радха, с кровоточащей раной невозможно. Если, конечно, хочешь жить. А ведь мне тоже нелегко. Порой бывает невыносимо. Но я нашла выход. Чтобы жить дальше даже тогда, когда этого не хочется, нужно забыть о себе и посвятить свою жизнь кому-то. Тому, кто дорог тебе больше всего. Тому, кто затмил тебе солнце. Когда живешь только для себя, никого другого не замечаешь и в конце концов сам себе надоедаешь. Это все равно что целыми днями смотреться в зеркало. Уйти от кого-то можно, но не от себя. Нужно отойти от этого зеркала, и ты сразу увидишь кого-то еще, кроме себя. Однажды я посвятила всю свою жизнь отцу. Теперь хочу посвятить ее тебе. Верь мне. Каждому моему слову верь. Живи и верь. Поверишь мне, поверишь и себе. Я твое отражение в зеркале. А ты мое. Ты должен понять это, Радха. Только для этого ты прожил часть своей жизни, а я своей. Каждый из нас с тобой прошел порознь свой полукруг испытаний, и мы встретились с тобой для того, чтобы вместе завершить этот круг, – Роксана сказала это так душевно, так сердечно, что Радха не смог удержаться и что есть сил прижал ее к себе, пряча от нее свои повлажневшие глаза.
Он почувствовал, что Роксана сумела заглянуть ему в душу, отыскать в ее потаенных задворках все самое сокровенное и чистое, что там еще оставалось и хранилось, и показать ему всю ее светлую праведность.
Они поднялись и, не разрывая объятий, направились в комнату Роксаны, где им в эту ночь было суждено впервые вкусить таинство близости.
* * *
Шли дни, но караванов из державы хуннов все еще не было. Радха часто навещал брата Каси и Лочана на постоялом дворе. Молосс уже вывез весь товар и полностью рассчитался с ним.
– Где же караваны? Почему их нет до сих пор? Пора бы им уже прибыть, – взволнованно рассуждал Радха, находясь в комнате вместе с братом и Лочаном. Проводник Динеш тоже терпеливо ожидал их прибытия.
– Подождем еще три дня. Если их не будет, то вы, Каси и Лочан, уйдете с караваном обратно. Динеша тоже заберете с собой. Я останусь здесь, дождусь их и приведу к нам, – обращаясь к ним, принял решение Радха. – Время дорого. Отец ждет. Каси, золото пусть будет при тебе. Лочан, предупреди Арванда о том, что если прибудут караваны хуннов, пусть он немедля сообщит об этом Молоссу, а я от него уже узнаю.
– Хорошо, Радха, я понял. Может, тебе людей оставить? – спросил Лочан. – А что если они вообще не придут? Как ты один вернешься домой?
– Не нужно, Лочан. Мне без них удобнее находиться в этом городе. Что-нибудь придумаю. Найму охрану до перевала, а там сам доберусь, – ответил ему Радха.
Он направился в свою комнату и переоделся в местные одежды.
Через три дня караваны от хуннов так и не появились. На четвертый день рано утром Радха, оставив для себя еще трех марвари и немного золотых монет, попрощался с братом, Лочаном и Динешем и отправил их с караваном и всеми антапалами в обратный путь. До окончания месяца Ваисакха оставалось десять дней.
* * *
– Ты всех отправил обратно? – удивилась Роксана.
– Да, Роксана, чего им всем находиться здесь. Отец уже заждался. Не могу понять, почему они еще не пришли? – задумчиво произнес Радха.
Роксана тоже была облачена в бактрийские одежды. Они находились в главной комнате ее дома.
– Ты о караванах с востока? – спросила Роксана.
– Что могло случиться с ними? Их правитель лично мне обещал, что сразу же с наступлением весны отправит их в Бактры, – Радха недоумевал.
– Может, не могут пройти через реки, – высказала предположение Роксана.
– Не думаю. Там засушливые места, да и дождей там мало. Что-то другое у них произошло и изменило их планы, – Радха был по-настоящему взволнован.
– Не переживай так, Радха. Помнишь, как тебе тоже пришлось вернуться сюда. Прости, что напомнила. Подождешь еще. Тебе ведь не нужно спешить. Я понимаю, что это очень важно для тебя, но другого выхода нет. Отвлекись от дум о них. Не нужно так беспокоиться. Постарайся расслабиться. Если суждено им прибыть, то они обязательно появятся, – Роксана подошла к Радхе со спины и стала нежно гладить его волосы.
– Ты права, Роксана, что-то я уж сильно стал переживать. Этим делу никак не поможешь. Может, в храме нам нужно побывать? – Радха взял ее за руки и прижал их к щекам.
– Это самое уместное предложение, – улыбнулась Роксана и поцеловала его в макушку.
