сумел набросать черновик введения.
Пока держалась высокая температура, Руслану не хотелось есть: он только пил, когда удавалось соскрести себя с кровати и доползти до кухни. В четверг проснулся аппетит. Как назло Славик с мамой уехал на неделю в деревню, а беспокоить Регину Руслан постеснялся. Ну ничего, он и сам справится!
Он осторожно, по стеночке, спустился к супермаркету и купил батон, масло, колбасу и три пачки печенья.
5 августа
В пятницу Руслан перечитал черновик и понял, что насчёт полегчало ему показалось: на трёх листах была напечатана такая ерунда, что просто ой! Надо всё переделывать, а то страшно даже представить, что скажет Лазарев, если это увидит.
Весь день Руслан старательно писал новый черновик, время от времени отвлекаясь на бутерброды. А когда стемнело, вдруг обнаружил, что еда закончилась. Нет, запасы круп, вермишели и всяких консервов имелись, но готовить и даже думать о готовке Руслан был не в состоянии.
Придётся снова выползти к супермаркету внизу. Благо он круглосуточный. Надо купить какой-нибудь «доширак», ингредиентов на бутерброды, а ещё отчего-то ужасно хотелось большущий круассан с шоколадным кремом.
Руслан накинул ветровку, переобулся из тапок в кеды. Сунул в карман банковскую карту и бонусную карточку магазина. Думал взять телефон, но тот хотел «есть» не меньше хозяина — пришлось поставить его на зарядку.
Ну что ж, надо идти.
Он вздохнул: вот ещё недавно за дланями по лужам резво прыгал, а теперь до магазина спуститься — целое дело.
В дверях супермаркета Руслан чуть не столкнулся с мужчиной, изумлённо уставившимся ему в лицо.
Незнакомец замер на пороге и всё оглядывал Руслана с головы до ног и с ног до головы. Пришлось обойти его, чтобы попасть в магазин.
Круассанов не было, а всё остальное удалось купить без проблем.
Едва Руслан вышел из супермаркета, как его окликнул тот мужчина, что недавно так невежливо таращился. Невысокий, тощий, тёмные с рыжиной волосы, карие глаза — ничего особенного.
— Простите, молодой человек, вы ведь видите то, что не видят другие, так?
Голос незнакомца звучал серьёзно и немного печально.
Руслан озадачено кивнул:
— Да, можно и так сказать…
— О, какое счастье! — воскликнул мужчина. — Вас мне само провидение послало! Прошу, помогите мне!
Он молитвенно сложил руки на груди и прошептал:
— Только вы можете мне помочь… Без человека, способного видеть, она умрёт…
Вот в чём дело! Видимо, кто-то из его близких подхватил паразита или ещё какое зловредное создание, а где найти специалиста, он не знает. Этому человеку нужна помощь видящего — только и всего. А то, что он такой странный, это Руслану кажется. Ведь так? Он помотал головой, пытаясь стряхнуть вялое отупение.
— Вы ведь поможете? Она очень слаба. Пойдёмте со мной — я живу совсем рядом! Пожалуйста! Дорога каждая минута!
Руслан никак не мог решить, надо ли ему идти с этим человеком. На первый взгляд этот мужик совсем чудной. Но, опять же, его взволнованность вполне объяснима беспокойством за страдающего родственника или друга. Опять же он, Руслан, ведь уже почти самостоятельный видящий. Бьёрн уже доверял ему договариваться с клиентом, значит, тоже считает ученика взрослым и способным принимать решения.
— Прошу вас… — умоляюще прошептал мужчина, и Руслан решил, что посмотрит на заболевшую, а потом, если понадобится, позвонит Бьёрну или в спецотдел.
— Хорошо, идёмте.
— Спасибо! — воскликнул мужчина, тут же развернулся и пошёл к пешеходному переходу. — Идите за мной!
— «Она» — это кто, кстати? Ваша жена? Или дочь? Мама?
Мужчина, торопливо шагающий перед Русланом, покачал головой:
— Формально никто, но она — всё, что у меня есть. Вот и мой дом.
Жил незнакомец действительно рядом: они перешли через дорогу, миновали три дома — и вот его многоэтажка.
— А зовут вас как? — поинтересовался Руслан.
— Олег. Вы проходите…
Темнота подъезда насторожила. От непривычно быстрой ходьбы разболелась голова, и он остановился на пороге, внезапно вспомнив, что ещё и телефон оставил дома.
— Я понимаю, что выгляжу подозрительно, — негромко проговорил Олег из подъездной тьмы, — но я прошу вас: идёмте со мной! Только вы можете облегчить её страданья! Она так мучается…
Кажется, мужчина всхлипнул, и Руслан решил зайти. В конце концов, если что, то он, молодой и неслабый парень, отобьётся от этого Олега.
«А если у него там сообщники?» — шепнул внутренний голос.
«Вот прям сидят и меня поджидают!» — насмешливо ответил сам себе Руслан.
Бьёрн ни за что бы не струсил. И кроме того, может, там и правда умирающая женщина, а он тут мнётся.
Руслан решительно шагнул в подъезд, настороженно ожидая удара или ещё какой гадости, но Олег лишь прошептал: — Спасибо…
И двинулся по лестнице к лифту. Изрисованная грязная кабина с гулом и скрежетом привезла их на двенадцатый этаж.
Олег вытащил ключ и открыл чёрную металлическую дверь с содранным номером.
— Заходите, пожалуйста.
В квартире давно не проветривали. Руслан вдохнул спёртый воздух — и головная боль усилилась, сжимая виски. Особенно левый. Руслан чуть не выронил пакет с покупками.
— Давайте вот сюда поставим.
Олег перехватил пакет и опустил его на невысокий комод, заваленный лотерейными билетами и блокнотами.
— У меня тут не очень чисто, извините. Не до того сейчас.
Хозяин квартиры подхватил Руслана под локоть и повёл за собой.
Как оказалось, на кухню. Стол с несвежей скатертью. Мятые шторы на давно не мытом, сером от пыли окне. Грязная посуда в раковине.
— Давайте сначала выпьем! — Олег оживился, ринулся к обшарпанному шкафчику, набитому разномастными бутылками.
Левый глаз заслезился, но и без его подсказок было ясно, что тут дело нечисто.
— Я не пью, — настороженно отозвался Руслан. — И вообще здесь вроде бы кому-то срочно нужна помощь?
— Извините… — покачал головой мужчина. — Сам не знаю, что делаю. Идёмте.
Странно, на алкоголика этот Олег не похож: чистая одежда, здоровые зубы, густые волосы. От него не пахнет перегаром, и говорит он внятно и выразительно. Почему же первым делом потянул гостя на кухню?
Олег провёл Руслана вглубь квартиры. Небольшой тёмный коридор на секунду показался огромной и зловещей пещерой, в которой обитает нечто невыразимо страшное.
— Вот тут она у меня живёт. Прошу.
Олег отпер дверь и втолкнул почти побеждённого головной болью Руслана внутрь. Зашёл следом.
Плотно задёрнутые тяжёлые шторы создавали полумрак, и в этом полумраке что-то светилось.
— Радость моя, у нас гость! — почти пропел Олег. — Кушай!
Светящееся пятно увеличилось, словно раскрывшись, и Руслан рухнул на колени, схватившись за полыхнувший болью левый глаз.
Сверху что-то с грохотом врезалось в стену.
Олег недовольно вскрикнул — Руслан инстинктивно перекатился в сторону и с трудом вскочил на ноги.
Мужчина ударил молотком по полу в том месте, где только что сидел Руслан, и недовольно заявил:
— Да уймись ты! Она же есть хочет!
Он псих!
Руслан бросил быстрый взгляд на дверь: засов есть! — затем ринулся на безумца и выпихнул его из комнаты. Захлопнул дверь, защёлкнул шпингалет и, не слушая гневных воплей из коридора, медленно повернулся к сияющему существу у противоположной стены.
Существо оказалось небольшой птицей, привязанной за лапу к жёрдочке. Птица была красивой, ярко-синей с переливами. Опасной она не выглядела и напасть не пыталась.
Птица покосилась на него круглым глазом, раскрыла клюв и запела. Первое мгновенье Руслан наслаждался невыразимо прекрасными звуками, издаваемыми существом. А потом в левом глазу будто фейерверк взорвался. Мир разошёлся пёстрыми вспышками, и каждая вспышка была болью.
Руслан сполз по стене на пол, слабо радуясь, что не грохнулся с высоты своего роста.
Птица наконец замолчала. За дверью снова оживился Олег. Больше не стучал, а только ласково уговаривал свою радость покушать.
Руслан попытался сообразить, что происходит. Видимо, этот Олег предлагает птице съесть глупого видящего, согласившегося заглянуть в гости. Но при этом не похоже, что птица — чудовищный монстр-людоед.
Однако глаз болит, когда птица поёт. Значит, она всё же опасна… И почему глаз не предупредил его об опасности, когда к нему только подошёл этот псих?
Думать было сложно. Руслан еле набрался сил, чтобы встать и доковылять до окна. Отодвинул штору: красиво — ночной город мерцает огнями фар и фонарей. И высоко. Нет, нечего и думать о том, чтобы спуститься с двенадцатого этажа.
В комнате пусто. Ничего кроме насеста напротив входной двери.
