что ж её достаточно, чтобы выполнить, что ему скажут. Как оказалось, такие люди тоже нужны, и они могут быть весьма полезны.
Откровенность пошла на пользу, остаток пути они провели в дружеской обстановке. Тайпана немного переживала, как убедить Михаила не ходить с ней в Хранилище. Аспиде не нужны были конкуренты при обретении могущества. Однако проблема решилась сама собой. Эсфес даже не дёрнулся в сторону кратера, поступив как идеальный слуга. Он остался дожидаться свою «хозяйку» на пороге.
«Хороший змеёныш! Тут тебе и место», — мысленно похвалила спутника Тайпана, но вслух сказала совсем иное:
— Не скучай, я постараюсь быстро.
Во второй ипостаси ползти навстречу своему величию было спокойнее. Всё же человеческая оболочка так слаба, когда дело касается накопления и преобразования энергии. Замерев на краю огромного кратера, Тайпана взирала на сердце цивилизации аспидов. В середине кратера возвышался серебряный столб, высотой больше двух десятков метров. К нему вёл лабиринт из шипов разной толщины, торчащих из земли.
«Иметь такой источник силы под боком и не стать богами? Тупицы! — мысленно хаяла предков богиня. — С другой стороны, они оставили адамантий мне, так что чужая тупость тоже бывает полезной»
Тайпана едва сдерживала предвкушение, спускаясь вниз по узенькой тропке, выплавленной в камне. Основательница рода советовала ей выбрать самый тонкий шип и впитать в себя для восполнения энергетического баланса души, но зачем же довольствоваться малым?
Аспида пробиралась всё глубже сквозь шипастый лабиринт. Её целью центральный столб, мерцающий серебряным копьём впереди. Чем ближе было исполнение детской мечты о всесилии, тем острее кололись шипы. Они царапали, срезали чешую, полосовывали мышцы, но Тайпана этого не замечала, справедливо считая раны малой ценой за силу. К столбу она доползла окровавленной, но с горящим жаждой взором.
— Ну здравствуй, будущее! Отныне я буду творить тебя сама.
Аспида кольцами змеиного тела обвивала главный шип, думая лишь о том, что она смогла.
«Никто мне теперь не указ! Никто не посмеет назвать меня выродком или слабачкой, и уж тем более мне не придётся прятаться ото всех. Пусть только попробуют…»
Закончить триумфальную мысль она не успела. Сила полилась в неё потоком. Грубая, подчиняющая себе, туманящая разум Сила. Её не интересовали желания и цели аспиды, ей нужен был сосуд. Адамантий проникал в каждый уголок её памяти, пробовал на вкус её сознание, вторгался в кровь, влезая под чешую, затапливал собой, лишая чувств и воли.
Тайпана попробовала было дёрнуться и сползти со столба, но её тело ей больше не принадлежало.
«Нет! Нет! Нет! Всё должно было быть не так! — запаниковала аспида. — Это моя сила! Моё тело! Моя жи…»
«Воровка! Всем вам нужно только одно! Вы желаете стать всесильными, подчинить себе энергию. Слиться с ней! Так сливайтесь!»
Голос говорившего был незнаком аспиде. Тайпана снова попробовала сбежать, но внезапно обнаружила себя стоящей в человеческом обличье с ладонями, утопленными в столб. Серебро медленно растекалось по её коже, мелкими каплями собираясь в ручейки в ложбинке между грудей, холодя позвоночник и проникая между ног.
Ступни уже были вмурованы в потёки адамантия по щиколотки. На остальном теле некогда желанный символ могущества застывал ещё быстрее, превращая Тайпану в подобие статуи. И тогда она решилась на то, чего сама же и хотела избежать. Она позвала на помощь.
«Эсфес, помоги мне!»
* * *
Последние пять дней Райо проводил на выступе, где обычно дежурили комары, наблюдая за обстановкой в пустыне. Сегодня компанию ему решила составить Агафья.
Вампирша неслышно вышла из тени и уселась на самом краю, беспечно болтая ногами. Ей не нужно было смотреть на дракона, чтобы разделять его чувства. Им было не по себе.
Может, Михаилу она бы никогда и не призналась в этом, но у тени связь с «внуком» получилась одной из самый сильных. Ещё сильнее она стала после того, как он оплатил своей жизнью возврат Агафьи из Сумеречной битвы. Именно поэтому вампирша последние дни не находила себе места. Она даже пыталась поговорить с алтарём рода Эсфес, но тот оставался глух к её вопросам. Тогда вампирша вся обратилась в связь.
Пару дней назад она почувствовала дичайший голод и слабость. Такое состояние вампиршу накрывало, когда она не рассчитывала собственных сил и слишком долго находилась в тени, расплачиваясь магией и жизненной силой за нахождение в убежище. Но в этот раз Агафью накрыло, когда она занималась уроком артефакторики с одним из наставников. Одновременно с этим натянулась струной связь с Михаилом, выдавая проблемы у «внука». Зная его характер, парень опять перенапрягся, не рассчитав силы. Вампирша без раздумий впилась в ладонь коллеги, гася голод и стараясь как можно больше сил передать по связи Михаилу. За это она заслужила замечание об утрате самоконтроля и в будущем вероятный перенос даты ритуала Единения с Матерью Великой Кровью, но это в будущем. Плевать. Главное, она помогла, пусть и так топорно.
Через день состояние нормализовалось, и вампирша принялась наведываться на выступ, где уже нёс дежурство «дедушка» её «внука».
Молчаливая поддержка была ценнее бесконечных разговоров и подбадриваний. Оба расфокусированным взглядом пытались заглянуть за песчаную пелену, над которой сегодня сгустились иссиня-чёрные тучи и ежесекундно сверкали десятки молний. Ни единый закатный луч не пробивался в пустыню.
— Это тоже часть защиты? — кивнула она на сухую грозу небывалого масштаба.
— Это не защита, — возразил дракон, хмурясь, — это стихия воздуха, столь чистая и мощная, что я знал только одно создание способное оперировать ею в таких объёмах. Но уже тогда он был очень стар, практически разваливаясь на куски.
— А стена песка? — допытывалась Агафья, сама не зная почему. Как артефактору ей было важно узнать силы, используемые аспидами в своих творениях.
— Нет. Аспиды почти не работали со стихиями, предпочитая работу с преобразованием материи.
— Откуда тогда у тебя взялась магия воздуха? — заметила вампирша.
— Когда из меня выжгли магию Рассвета, то хотели выкинуть подыхать. Но вмешался Отшельник, он поделился своим даром воздуха, восстанавливая принцип равновесия.
— Что ещё за отшельник?
— Однажды я путешествовал и обнаружил существо, внешне похожее на нас, драконов. Он был раздавлен горем, жизнь в нём едва теплилась. Я пригласил его к нам, хоть это и не нашло отклика у остальных великих домов. Вот он и поделился со мной своим даром, когда пришло время.
— Вернул долг, значит, восстановив равновесие. Это его магия?
Дракон кивнул, но тут же резко дёрнулся, обернувшись к песчаной стене.
