— Эй, — окликнула я зеркало. — Кто-то был в моей комнате?
Бес сначала показал синий зад, но потом соизволил повернуться и распушил короткий хохолок между острых ушей.
— Нет.
— А книги?
— Пьянчужка, — повторил он и показал мелкие острые зубки, — сама снесла все. Пока до кровати добиралась.
Оу. Я тяжело вздохнула и снова прислушалась к себе. «Ключ» начинал тихонько поворачиваться, значит, вечером смогу встать. Есть хотелось неимоверно, но я сейчас не доползу до столовой на третьем. Только что кубарем да по лестнице с шестого этажа… Ага, и набью шишек.
Время ползло, а я максимум на что была способна, так это стечь с дивана. Бес хихикал, уже откровенно глумясь надо мной, и я просто каким-то чудом не запустила в зеркало железной кружкой. Только кулаком погрозила.
— Замолчи.
— Ты похожа на гусеницу, — заявил он, скалясь, — которая выглядит курицей.
— Да ты поэт, — изумилась я, удобно устраиваясь на полу рядом с кроватью и кутаясь в одеяло. — Эх, жаль, что писать не умеешь и живешь в зеркале. Бедненький.
Бес заткнулся, надулся и снова показал синий зад. Ну и… какой-нибудь другой бес с ним. Нечего смеяться над хозяйкой.
Наш курс попал на то время, когда повесили в каждой комнате зеркала с бесами. До этого пользовались солнечными часами или водяными в зависимости от погоды, но зеркала работали лучше. Правда, приходилось мириться с противным характером бесов, которых разводили для этого специально (ага, бесов всю жизнь изгоняем, а тут разводим, обалдеть), но вытравить мерзкое поведение из мелких тварей не удалось. Зато их можно было обидеть, а максимум, как бы бес отплатил — не разбудил вовремя. Рядом с рамой висел короткий список заклинаний, которые можно было применять к зеркалу, не боясь нарушить вплетенные в стекло заклинания. Список действительно совсем короткий — три заклинания всего, но с их помощью возможно было заставить беса замолчать, сказать время, хочет он того или нет, и наказать, если совсем расшалился. Правда, я сейчас не могла ничего из этого использовать, но зато бес и так замолчал, он ненавидел, когда его жалели, да еще и с издевкой. Будет знать.
Выползти из комнаты я сумела только к вечеру. Игнорируя недоуменные взгляды малышей, добралась до столовой и съела двойную порцию риса. Только когда желудок в панике забурчал, сообщая, что еще немного, и он лопнет, я отвалилась от стола и довольно погладила живот. Просидеть почти целый день без еды — паршиво, а пары… А что пары? Переживем. Теперь надо бы добраться до шара связи на первом этаже и поговорить с Джетом. Жаль, у нас в комнатах нет личных шаров или хотя бы кристаллов, но они вообще дорогое удовольствие. Как правило — один шар на дом, а если с ним что-то случится, новый хозяева покупают уже за свой счет. Первые государство предоставляет в подарок.
— Ага, проспавшаяся Элиш Тарлах выползла на небесный свет.
Я непонимающе покосилась на подошедшего Алека.
— Что-что?
Староста расплылся в странной улыбке и подсел ко мне, не спрашивая разрешения. Я упрямо не пододвинулась, оставляя ему выбор: встать обратно или сидеть на самом краю. Алек и бровью не повел, оставшись на месте.
— Я староста, — сообщил он с таким видом, словно сам удивлялся, как его вообще занесло на эту должность.
— Поздравляю, — я хмыкнула, — только что узнал об этом?
— Не, — Алек махнул рукой. — Просто два месяца до конца семестра, скоро каникулы будут, три снежных месяца, все дела. Преподы трясут головами и требуют посещения своих лекций и практик.
— А, поняла. И раз ты староста, тебя снарядили выведать, куда же я пропала, — я понимающе закивала. — А почему с тобой дары не послали?
Алек шутливо испугался и быстро зашарил по карманам, потом развел руками.
— Слушай, они решили принести меня в жертву.
— Какая ужасная судьба! — я оскалилась и потянулась к его шее. — Тогда иди сюда, жертвоприношение ходячее.
Алек машинально отпрянул и все-таки упал на пол, слетел с шумом, умудрившись удариться коленом о стол и на брюки опрокинуть стакан с моим недопитым морсом.
— Все, — я скривилась, наклоняясь над ним. — Должен мне стакан морса.
Он только прыснул и расхохотался.
— Да ну тебя, Тарлах! Полстакана, вообще-то.
— Стакан, — возразила я, игнорируя косые взгляды ужинавших студентов.
Ну да, четвертый курс опять валяет дурака. Уж кого-кого, а старосту знали почти все. Он пытался кадрить девчонок со всех курсов, включая первый, правда, получал от ворот поворот каждый раз. Наверное, каждый, я начала присматриваться к Алеку только последний месяц. Ну и… меня тоже знали, уже из-за нарушений.
— Полстакана, — заявил староста, заклинанием счищая мокрое пятно с колена.
— А проценты?
— Какие проценты, — фыркнул он и наконец вытащил из сумки, брошенной на соседнюю скамейку, тетрадь. — Распишись.
— Бесам душу не продаю.
— А мне придется, — Алек ухмыльнулся. — Давай-давай. Декан сказал сегодня со всех подписи собрать, мол, наш курс прекрасно понимает, что на пятом придется выбрать, и все такое.
— А, — я нарисовала непонятную даже мне загогулину напротив своей фамилии и отдала тетрадь обратно. — Было сегодня что хорошее?
— Да как обычно, — Алек пожал плечами и сел на соседнюю скамью. — На практике изучали щиты, повторяли, домашку не проверяли, Кухарка опять ныла про надвигающуюся зиму. Кстати, — он вдруг оживился, — читала последние новости?
— Неа.
— Говорят, в Гестоле гарма убили.
Как хорошо, что я закончила с ужином!
— Гарма?!
— Ага, — Алек даже присвистнул. — Таллот в газетенке накатал огромную статью на эту тему. Там больше гона на сыск, конечно, но то, что гарм — точно. Убитый. Таллот написал, что его напополам разорвало.
Я нервно усмехнулась.
— Да ну, выдумывает наверняка все, как всегда. Он же Жулик, по большей части из головы вытаскивает новости. Это как ширпотребный романчик читать.
Гарм, вашу ж мать! Собачка оказалась черным псом. Я его убила. Обалдеть. Как?! Как я могла убить гарма? Хотя тогда понятно, с чего такой откат, и почему щиты как тонкие стеклышки лопались. Небо, как я вообще сбежала? Не-не, шутите, бесенята, я не могла его убить. Танатос — мощное заклинание, не спорю, да только все равно базовое. А базовые предназначены для бесов, как высших, так и низших. Гарм — это категории, это другая иерархия. Скорее всего, этот гарм из первой категории, слабый. Блин, да эта собачка убивает с одного укуса, ее только на расстоянии уничтожать.
Я честно пыталась задавить подступающую истерику в зародыше, но, судя по непонимающему взгляду Алека, получалось так себе.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
