Уайетт
После ухода Эйвери я бросил салфетку на стол. Ее запах все еще витал вокруг меня. Аромат сирени был с оттенком пьянящего мускуса. Она была более чем возбуждена, и я в ярости от того, что у нее такая сильная сексуальная реакция на вампира.
Никогда не думал, что это коснется меня. Из-за чрезмерной реакции мой босс Уэс мог начать задавать вопросы, поскольку отношения между командиром и курсантами категорически запрещены.
В конечном счете, она вольна трахаться, с кем хотела.
Но тяжело думать о ней с кем-то другим, особенно с Николасом Фитцпатриком…
Я откинулся на спинку кресла. Она не ушла с вампиром.
При мысли о Николасе Фицпатрике у меня во рту появился горький привкус. Учитывая то, что натворил несколько лет назад, этот вампир был одним из немногих сверхъестественных существ, которых я ненавидел.
Но я не мог винить своего нового рекрута за реакцию на него. Тем более, что она понятия не имела, какой подонок Николас.
Я горько вздохнул. Как бы сильно это ни ненавидел, я не удивился, что они быстро поладили. Николас, как и Эйвери, образован и много путешествовал, но от запаха возбуждения Эйвери я весь напрягся.
Она практически задыхалась под пристальным взглядом вампира. Я знал, что многие женщины так реагируют на вампиров, особенно люди, но видеть, как он околдовал Эйвери и добился от нее такой реакции…
Я нахмурился, мое настроение испортилось еще больше. Закрыв глаза, глубоко вздохнул. Держи себя в руках, Джеймисон. Ты больше не в старшей школе. Она новобранец. Ты ее командир. Твоя реакция не только непрофессиональна, но и противоречит протоколу.
Но ничего не помогало успокоиться. Мой волк все еще взволнованно рычал.
И это не предвещало ничего хорошего, учитывая, насколько сильным стал мой волк с тех пор, как мы в последний раз видели Эйвери.
Все было не так, как раньше. Когда мы с Эйвери вместе учились в средней школе, мой волк был еще молод, поскольку первое изменение наступило только в период полового созревания. Он и в то время проявлял интерес к Эйвери, но не до такой степени. И что еще хуже, теперь он был альфа-самцом, который привык добиваться своего, и сегодня вечером я очень отчетливо понял, что ему не нравилось видеть, как Эйвери заигрывает с вампиром.
«Просто остынь, — мысленно сказал ему. — Она не наша пара. У нас нет на нее прав. И если ты продолжишь в том же духе и я сделаю какую-нибудь глупость, меня могут уволить, а я не могу этого допустить. Помнишь то обещание, которое мы дали Маркусу?»
В ответ волк только зарычал громче, и его шерсть встала дыбом.
Я закатил глаза. Типичный нервный волк.
— Ты закончил, Джеймисон? Я могу взять твой поднос, если хочешь.
Вопрос Хьюстона вывел меня из мыслей. Мой подруга, с которой я ужинал, протянула руку за моим подносом, на ее руке блеснули кольца.
— Не стоит. Я сам уберу свой поднос. Спасибо. — Я встал и поставил поднос на кухонный стол для грязной посуды, пытаясь отвлечься на магическое устройство, которое мыло посуду.
Но аромат сирени все еще витал в воздухе. Мой волк одобрительно заурчал, а затем разозлился, когда снова уловил возбуждение Эйвери. Он хотел, чтобы это возбуждение было вызвано нами, а не вампиром.
— Не хочешь выпить? — спросила Хьюстон за моей спиной. — Мы с Джашером направляемся в бар.
Я провел рукой по волосам и повернулся лицом к друзьям.
— Нет, я сегодня не в настроении. Собираюсь лечь спать, так как завтра у меня ранняя тренировка с новыми рекрутами.
— Не будь к ним слишком строг, — пошутил Джашер.
— Когда я был таким?
Хьюстон рассмеялась, и они с Джашером ушли. Я пошел в противоположном направлении, к южному выходу из столовой.
Я зашагал по коридору и уже собирался покинуть здание, когда из-за угла вышел Николас, и мы чуть не столкнулись.
Как только вампир понял, что это я, его глаза расширились, но затем выражение его лица смягчилось, и он застыл, как статуя.
Я стиснул зубы. Очень хотел ударить его по лицу и уложить на пол, но это было бы неуместно, учитывая, где мы находились. Но если бы случайно увидел его снова в баре или за пределами СИ…
Я сжал кулаки.
— Майор Джеймисон, — холодно произнес Николас. — Давненько не виделись.
— Недостаточно долго.
Он поднял руку и осмотрел свои ногти.
— Мне посчастливилось поужинать с одной из твоих восхитительных новобранцев.
Кровь шумела у меня в ушах, и я угрожающе шагнул вперед. Но прежде чем успел напомнить себе, что сексуальная жизнь Эйвери меня не касается, выпалил:
— Держись от нее подальше.
Вампир опустил руку и закатил глаза.
— Серьезно, Уайетт. Сколько времени прошло? Ты все еще ненавидишь меня?
Я сделал еще шаг вперед, пока мы не оказались нос к носу. От его вампирского запаха у меня раздулись ноздри. Мой волк подталкивал меня вперед, и я ответил:
— Она не игрушка.
Что-то промелькнуло в его глазах, почти… сожаление. Но он быстро взял себя в руки.
— Что ж, к счастью для тебя, завтра утром я уезжаю из СИ. Так что в ближайшее время я не буду с ней играть.
— Лучше бы так и оставалось.
Он открыл рот, как будто собирался что-то сказать, но затем закрыл его и сжал губы.
— Спокойной ночи, майор Джеймисон.
С этими словами вампир грациозно обошел меня и неторопливо удалился, оставив меня кипеть в коридоре.
Мой волк зарычал внутри меня, обнажив острые клыки. Он хотел последовать за вампиром, перегрызть ему горло и заставить страдать за то, что он нацелился на Эйвери.
Хотя и не был поклонником Николаса Фицпатрика, я был в шоке от такой бурной реакции моего волка.
Что, черт возьми, с ним происходит?
Но, как и прежде, он только громче зарычал.
После того, как Николас исчез за углом, я глубоко вздохнул и зашагал к внешней двери, ведущей в казармы. Знал, что должен пойти в спортзал, чтобы немного выпустить пар, но часть меня хотела знать, собирается ли Эйвери переспать с Николасом сегодня вечером, хотя это не мое чертово дело.
Я принюхался, взяв след Эйвери. Я шел быстро и бесшумно, пока не заметил ее впереди. Она все еще была одна.
Слава богам.
Я сжал челюсти и продолжил следовать за ней.
На улице было темно. Она шла тихо, но не быстро. Я знал, что ей неуютно, и это заставило моего волка заворчать.
«Что я говорил ранее? Тебе серьезно нужно держать свой член под контролем. Она не наша пара. И не наша забота облегчать ее сексуальный дискомфорт».
Но волку было все равно, и он только еще громче зарычал.
Моей человеческой стороне придется его вразумить. Поскольку внутренний волк оборотня действует исключительно инстинктивно. Не было ничего необычного в том, что чей-то волк находил привлекательной женщину, которая ему совершенно не подходила.
Однако сейчас я был с ним согласен насчет привлекательности Эйвери. Я находил ее сексуально привлекательной женщиной. Не помогло и то, что твердость характера и решительность, которые я увидел в ней сегодня, достойны восхищения. И я бы солгал себе, если бы сказал, что не уважаю то, как усердно она работала, чтобы попасть в Институт послов.
Но все же мы не подходили друг другу.
Я разочарованно вздохнул. У нас с Эйвери Майерс никогда ничего не получится. Во-первых, она была моим новым рекрутом. Согласно политике СИ, мне запрещено вступать в романтические отношения с кем-либо из подчиненных. Если бы нарушил это правило, меня бы уволили.
И, во-вторых, она была такой же, как и в средней школе, и я совершенно не в ее лиге.
Несмотря на то, что Эйвери на два года младше меня, за первые тринадцать лет своей жизни она объездила больше стран, чем многие старейшины в моей стае. И с тех пор ее культурное образование только расширилось.
Без ведома Эйвери я следил за ней после того, как она уехала из Риджбека, хотя и знал, что, вероятно, никогда больше ее не увижу. Сначала она с родителями переехали во Францию на годичную стажировку, а затем шесть месяцев жили в Зимбабве, а потом в Японию.
