Розали мило улыбнулась.
— Прекрасно. А теперь беги отсюда. Уже поздно, и тебе стоит поесть, прежде чем отправиться в казармы.
Я еще раз поблагодарила ее и покинула палату. Несмотря на то, что порезы и ссадины от каната зажили, мои ноги были совсем другой историей. Спускаться по лестнице оказалось еще хуже, чем подниматься по ней. Мои бедра ныли от боли при каждом шаге, поэтому я вздохнула с облегчением, когда наконец добралась до первого этажа.
Оттуда я направилась в кафетерий, зная, что мои товарищи по отряду, вероятно, уже поели и ушли.
Конечно же, когда я пришла, то никого из них не застала. Нахмурившись, взяла поднос и встала в очередь за едой.
В животе у меня заурчало, когда уловила запах ростбифа. Пойдя на запах, я оказалась в очереди там, где подавали копченую говяжью грудинку. Мясо было полито легким соусом для запекания, и официантка добавила к нему изрядную порцию картофельного пюре и капусты на гриле.
Это простое блюдо, но выглядело так чертовски аппетитно, что у меня потекли слюнки.
Вернувшись в главный кафетерий, который был почти полон членов СИ, я поискала свободное местечко. У дальней стены маленький столик был пуст, поэтому я заняла его и набросилась на еду.
Когда откусила второй кусок, рядом послышался мужской голос:
— Не возражаете, если я присоединюсь к вам? Сейчас здесь не много свободных мест.
Я подняла глаза и увидела высокого вампира в обычной повседневной одежде, что определенно странно в заведении, где все носили одинаковую униформу. На вид ему чуть за тридцать, и волосы у него длиннее, чем у большинства членов СИ. Темно-русые пряди касались его плеч, и его окружала атмосфера уверенности, которая заставила меня задуматься, был ли он офицером и стоило ли мне придерживаться протокола.
— Конечно, сэр, — ответила я, указывая на стул напротив меня.
Он отодвинул стул и улыбнулся, прежде чем кивнуть на мой поднос.
— Я соблазнился этой грудинкой, когда увидел ее, но не смог отказаться от бургера. Я давно не ел американской кухни, а в Восточной Европе невозможно найти прилично приготовленный чизбургер. — В его словах слышался старинный акцент.
Я проглотила кусочек капусты.
— Да? Вы много путешествуете?
— Да. — Он налил кетчуп на тарелку рядом с картошкой фри. Небольшая капля попала на его стакан с кровью, который он вытер кончиком пальца. — Я работаю в Восточной Европе уже несколько сотен лет.
Я оживилась и улыбнулась.
— А где в Восточной Европе, сэр? В детстве я некоторое время жила в Польше.
— Неужели? Говорите по-польски?
— Боюсь, что нет. Я прожила там недостаточно долго, чтобы выучить язык, сэр.
— Я тоже. — Он понизил тон. — И просто, чтобы вы знали, вам не нужно называть меня сэр. Я не офицер СИ, а всего лишь консультант.
Я покраснела. Что ж, это объясняло повседневную одежду.
От его взгляда я покраснела еще больше.
Он вонзил зубы в бургер и застонал от восторга.
— Восхитительно. Хотя у него, безусловно, греховный вкус.
В моем животе запорхали бабочки. Вампир жевал свою еду, оценивающе оглядывая меня, словно я входила в меню.
Я подавила вздох. Вампиры всегда были такими сексуальными. Все в них источало сексуальную привлекательность, а об их плотских аппетитах ходили легенды. Я потеряла девственность с вампиром в девятнадцать лет. Это было незабываемо.
Я быстро провела пальцем по шее, вспомнив, как мой бывший иногда с энтузиазмом кусал меня во время секса.
Я подняла глаза и обнаружила, что вампир наблюдает за мной с любопытным блеском в глазах.
Я кашлянула и подцепила вилкой кусочек мяса.
— Так где в Восточной Европе вы работаете?
— В Болгарии, — ответил он. — И простите меня за прямоту, но мне очень любопытно, как вы оказались в Польше?
— Мои родители — послы. Я все детство путешествовала и жила в разных странах. Я жила в Польше, когда мне было одиннадцать.
Он склонил голову набок, в его глазах появился новый интерес.
— Вы ведь Эйвери Мейерс, верно?
Я замолчала, не донеся еду до рта.
— Да. Откуда вы знаете?
Он ухмыльнулся, и его лицо из просто привлекательного превратилось в тревожно притягательное.
— На этой неделе я слышал, что в СВС приехал студент-посол. Я заключаю контракт с организацией, когда нужно воспользоваться международными библиотеками.
У меня отвисла челюсть. Восточная Европа держалась в секрете. Внутри этого скрытного монолита работали сотни людей, начиная с горгулий. Однако горгульи не жили, как другие сверхъестественные существа. Они как пиявки оживали после того, как испробуют жизненные силы сверхъестественного существа. Осужденные паранормалы часто встречали конец у горгулий. Но горгульи оживали днем и каждую ночь снова превращались в камень.
— Итак, вы посол? — спросила я, собрав все воедино. — Конечно, это объясняет, почему вы работаете в Восточной Европе и почему консультант СИ.
— Да. Николас Фицпатрик, к вашим услугам. — Он насмешливо поклонился, и я рассмеялась. Он довольно улыбнулся. — Какой же удачный у меня получился вечер. Я думал, что просто приглашу молодую привлекательную женщину поужинать со мной, а оказалось, что она еще и единственный новобранец-посол в СИ.
Внутри у меня все сжалось, и я хотела ударить себя, но знала, что это бесполезно. У меня с вампирами не очень хорошо ладилось. У меня почти не имелось защиты от их сексуального притяжения, поскольку моя магия слаба. Не помогало и то, что притяжение Николаса сильнее, чем у большинства вампиров. Сила его обаяния намекала на его возраст. Скорее всего, ему не менее пятисот лет.
Черт возьми. Теперь всё закончится тем, что сегодня ночью я окажусь в постели с гребаным вампиром.
Глава 7
Эйвери
Николас приподнял бровь, явно наслаждаясь произведенным на меня эффектом.
У меня покраснели щеки, но я напомнила себе, что он вампир, поэтому его флирт не обязательно что-то значил.
— Полагаю, что нам повезло. — Я махнула рукой в сторону сотни членов СИ, которые в данный момент наслаждались ужином, но никого из них я не знала.
Когда снова повернула голову к Николасу, то заметила пристальный взгляд с другого конца комнаты. Уайетт сидел за столом с двумя другими командирами и ужинал. Я не была уверена, но мне показалось, что его радужки слегка светились.
Мы посмотрели друга на друга, потом Уайетт снова повернул голову к своим товарищам, но от его взгляда я застенчиво заерзала на своем месте.
— Это из-за твоих родителей ты стремишься поступить в Институт? — спросил Николас, делая глоток крови. Он не пытался скрыть алые капли, выступившие на его верхней губе. Вместо этого он многозначительно провел по ним языком, не сводя с меня пристального взгляда.
По моему телу снова прошла дрожь. Черт. Мне серьезно нужно взять свое либидо под контроль.
— Эйвери? — позвал Николас мягким, как бархат, голосом.
Взволнованная, я схватила салфетку, чтобы промокнуть губы.
— Эм… Да, это одна из причин. В работе посла мне нравится путешествовать, знакомиться с новыми сверхъестественными существами и узнавать о новых культурах. Очевидно, это мне досталось в наследство от моих родителей и их образа жизни. Но, по правде говоря, моя смешанная кровь также является причиной того, что я выбрала эту профессию.
В его глазах мелькнуло сочувствие.
— То есть твои способности ограничены из-за смешанной крови? И для того, чтобы быть послом, не требуется сильная магия?
— Да, именно так. Не пойми меня неправильно. Знаю, что некоторые полукровки невероятно могущественны, но я не вхожу в их число. — Я пожала плечами. — Можно сказать, что при рождении я проиграла в генетическую рулетку.
— И какой смешанной кровью ты обладаешь? Если не возражаешь против такого вопроса.
Поскольку он казался искренне любопытным, а не презрительным, я ответила:
