Мне хватает доли секунды, чтобы взять себя в руки и повернуться к ней с влюбленным взглядом.
— Я не видел, что ты пришла, кажется, ты уходила на пляж.
— Да, хотелось прогуляться, — натянуто улыбнулась. — Но уже как полчаса вернулась.
— Ушел в себя, не заметил, — мне не хотелось сейчас с ней разговаривать.
Я только что прокручивал в голове причину, настоящую причину своего присутствия здесь, и ощущение, словно я стою перед ней с обнаженной душой. Отвратительное ощущение.
— Что ты хотела? — спросил, пока Софа поедала меня взглядом.
Что-то в ней неуловимо изменилось, неужели решилась? Неужели я поймал рыбку на крючок?
— Я хотела извиниться за свою эмоциональную реакцию и сказать, — Софа глубоко вдохнула и быстро проговорила, словно поговорку, — я хочу знать причину, почему ты сюда меня привез.
— Уверена? — медленно шагнул к ней.
Нервный вздох, увеличенные зрачки, покрасневшие щеки, все кричало о том, что я поймал эту рыжую бестию, осталось дело за главным. Слащавая речь о великой любви и превозношение её красоты. Ах да, ещё “никого и никогда” и наконец-то можно проводить время с пользой в постели, а не сражаться с буйным характером оторвы.
— Да, — уверенный ответ и моя улыбка.
— Ужин, свечи, ты в платье, и я все тебе расскажу. Договорились?
— Да ты романтик, — хмыкнула София, но глаза засияли ещё ярче, выдавая её с головой.
— Не со всеми, — сказал правду.
— Только со мной? — приподняла бровь.
— Только с тобой, — и это тоже была правда.
— С меня ужин и платье? — покраснела.
— Нет, с тебя только платье и хорошее настроение, а все остальное с меня.
— Ты хочешь сказать, что умеешь готовить?
— Умею.
— Что-то я не заметила. Судя по холодильнику, твое фирменное блюдо — нарезной сыр.
— Я жил один, мне не зачем было готовить, особенно, когда легче заказать еду из ресторана, — пожал плечами.
— Действительно, что-то я придираюсь, — смутилась. — Хорошо, тогда я пойду… готовиться, — неуверенно потоптавшись на месте, пошла к двери.
— Плюша, — остановил её.
— Да?
— Если ты не хочешь надевать платье, не нужно, ты красива в любом наряде.
И это был точный удар в цель, развеявший окончательные сомнения, отразившиеся в глазах Рыжей.
— Знаешь, Глебушка, а ты умеешь быть милым, — улыбнулась и вышла танцующей походкой.
Это было легко.
Слишком легко.
Усмехнулся, услышав женский визг из соседней комнаты.
Чувствую, ещё пару дней, и кто-то в ответ признается в своих чувствах, если не сегодня ночью.
Ночь…
Наконец-то я утолю свой голод.
Глава 9
София.
«Что же мне надеть?» — мысленно стонала, мотаясь по комнате от кровати до зеркала.
Кругом разбросанные вещи, топики, шорты, вызывающие платья. Кошмар, а все Глебушка накупил. Нет, они очень даже ничего, но пойти в таком на вечер, это то же самое, что сказать: «Пофиг на разговоры, бери меня здесь и сейчас». Чувствую, кто-то будет «за», но мне бы хотелось сначала поговорить, расставить все точки над и. Тем более, если уж я заочно бросила Пашу, который об этом ничего не знает, то хотя бы с мужем все сделаю правильно. Хотя после принятого волевого решения на пляже жить, как я хочу, у меня появился соблазн закрыться с Глебом в спальне и наконец-то предаться разврату. Фи, какая я испорченная девочка. А ещё трусиха…
А если он придет в ужас от того, что я ещё совершенно не опытна? Тот первый раз вообще не считается. Как вспомню, так вздрогну. Брр.
Первый курс, я ещё вполне себе стройная, не налегающая на тортики, тайно встречалась с однокурсником. Помню, как мы сбегали от отцовской охраны, гуляли по ночному городу, целовались. Романтика. Я снова думала, что встретила своего героя. И даже не задумывалась, тому ли увальню я дарю свою девственность. Тот волшебный вечер в моих мечтах должен был быть чем-то нереальным, как в книгах, когда голова кругом, и хорошо так, что улетаешь в космос. Да вот только жизнь — это не книги, а что-то более реальное и не всегда приятное. Скорее уж, болючее и дико неприятное. Хотя, возможно, это только мой опыт, или не тот мужчина. Но результат один: отвращение и совершенное непонимание, от чего люди так кайфуют от секса. Про оргазмы я слышала, но вот узнала, что это за неуловимый зверь, только с Глебом.
Прилично же меня шарахнуло после первого раза, я даже боялась с Пашей спать, не хотела портить впечатления. И вообще, получается, я совсем девочка, шесть с половиной лет ни-ни. Интересно, об этом стоит рассказать?
Застонав, упала на постель, в это время Глебушка во всю уже вел приготовления к ужину внизу, а я ещё даже не приводила себя в порядок. Да и как, когда ванная стоит возле стеклянной стены, а Глебушка на веранде? Но идти на свидание с волосами в ненужных местах явно не круто. Поэтому, взяв оставшиеся восковые полоски, которые я достаточно истратила на Глеба ещё в Москве, отправилась искать надежный санузел, где меня никто не застанет врасплох и не увидит. Я, как ниндзя, на цыпочках перебегала из одной комнаты в другую, боясь быть застуканной мужем. Ну все же не охота, чтобы он понял, к чему я готовлюсь и на какой конец вечера рассчитываю. Кошмар, сделал из меня извращенку. Стыд-то какой.
Нашла нужную комнату, только на первом этаже, чуть не встретившись с Глебушкой нос к носу. Комнатка была самая скромная, по моим догадкам принадлежать должна обслуживающему персоналу. Поэтому папочка не заморачивался и сделал все, как для нормальных людей: санузел без прозрачных стеклянных стен и всякой современной лабуды. Единственный минус — это идеальная слышимость. Я слышала даже дурацкую песню, которую напевал муж, находясь на кухне. Сначала офигела и еле сдержала смешок, а потом ужаснулась.
Ведь я сейчас воду включу, и догадается, что я тут моюсь.
Что, в принципе, и следовало ожидать, после того, как я на свой страх и риск приступила, надеясь, что пронесет, Глебушка уже стучал в дверь ванной.
— София, это ты?
Закатила глаза, нет, блин, привидение.
— Да, я, — покраснела, потому что поза у меня была ещё та, а дверь хлипкая, сейчас как откроет, и я со стыда умру.
— А что ты делаешь здесь? — не понимал Глебушка.
— Моюсь, — пискнула.
— Моешься? — в голосе было неподдельное удивление. — А почему не у себя?
— Слушай, какая разница? Мне захотелось здесь, нельзя что ли? — правильно, лучшая защита — это нападение.
— Да почему нельзя, — Глебушка там, наверное, офигел от моих причуд. — Мойся, скоро ужин будет готов.
— Ага, спасибо.
Ушел, вроде уже все позади, да вот только пока я выщипывала себе, так сказать, перышки с помощью полосок, пыталась не издавать лишнего звука. Но это так сложно, особенно, когда очень больно.
— София, с тобой там все хорошо? — конечно же он услышал.
— Все нормально! — рыкнула, отдирая очередную полоску. — Чтоб тебя! — прошипела, на глазах навернулись слезы.
— Не понял.
— Глеб, дай мне помыться! — рявкнула так, что от мужа и след простыл.
Уже возвращаясь к себе, злющая, думала, что там не особо все было и печально, чтобы себя подвергать таким страданиям.
Не став больше выбирать и нервы тратить, взяла первое попавшееся под руку платье белого цвета. Надо же, как все символично. Кудри в порядок привела, накрасилась и посмотрела в зеркало. Нужно сказать, что Глебу понадобится вся его выдержка, чтобы смотреть мне в глаза, а не на глубокий вырез на груди. Я, конечно, горжусь своим размером, но вот чтобы так, совсем ничего не скрывая, это даже меня смущает.
Возможно, я бы и переоделась, да вот только Глебушка устал ждать и приперся лично, всем своим видом показывая, что больше ждать не намерен. Вот только узрев всю меня, а точнее моё декольте, завис.
— Какая ты… — сглотнул.
— Какая? — хмыкнула, чувствуя, как от его откровенно пошловатого взгляда твердеют соски, а это платье не подразумевает под собой бюстгалтер.
