– Целую вечность, Танюша. Привет Валера, – Соня изобразила улыбку.
Татьяна выглядела неплохо, округлилась малость, но была вся такая домашняя, ухоженная, не обременённая думами и заботами. В оранжевой блузке и синей юбке, всё такая же жёлтая блондинка с миловидным, но недобрым лицом.
Валерка заметно полысел, ещё и потолстел. Когда он сел, пуговицы на его рубашке чуть не треснули, но его это видимо не смущало.
Президент произнёс своё послание народу. Андрей разлил шампанское по бокалам, куранты стали отсчитывать двенадцать. Все чокнулись и крикнули «Ура!». Наступил 2011 год.
«Господи, благодарю тебя за всё, пожалуйста, дай мне счастья!» – выпивая залпом свой бокал, проговорила про себя Соня.
Уже на протяжении многих лет она в Новогоднюю ночь просила здоровья себе и близким, любви, ребёнка, а тут вдруг (бац!) – просто счастья, ещё и только себе. Она почувствовала себя неудобно за это перед Богом, но, как известно, сказанного не воротишь, пусть даже это было сказано про себя, и никто не слышал.
Потом начались телефонные звонки, все звонили родителям.
Сонина мама, в унисон Сониным мыслям пожелала ей счастья.
– Счастья, именно твоего! Что бы в этом году всё было, так как хочешь именно ты!
«Ах, мама, мама, без намёков никак!»
Но Инесса Витальевна хотя бы зятя поздравила, в отличие от Людмилы Николаевны и Сергея Ивановича, которые, приняв поздравления Андрея, Соню к телефону видимо даже не позвали, потому что Андрей трубку не передал. Соне показалось это странным. «Очередной заскок», – решила она и поняла, что её это сильно злит.
Гости жевали, нахваливали Сонины кулинарные таланты, особенно восхищался Валера.
«Кашами одними она его, что ли кормит?» – подумала Соня, не понимая, как можно так восхищаться обычным салатом «Оливье».
Потом вдруг Валера заговорил о Сониной работе.
– Андрюха тут рассказывал, ты теперь большой начальник.
Соня не могла понять, он сказал это с издёвкой, или нет.
– Небольшой, – вяло ответила Соня и взяла бутерброд с икрой.
– Да ладно, не скромничай, Андрюха все уши прожужжал, как ты всех в ежовых рукавицах держишь, – не унимался тот.
«Неужели Андрей так и сказал?» – с удивлением подумала Соня и покосилась на мужа, накладывающего себе в тарелку селёдку под шубой.
– Он ошибся, не в ежовых рукавицах, а в чёрном теле, – со сладкой улыбкой ответила она.
Все засмеялись.
– Да ладно, не скромничай, правда, интересно, такая с виду тихая девушка, а тут ежовые рукавицы, чёрные тела, – Валера явно не собирался сдаваться. – Что вы строите?
– Много чего. Инженерные коммуникации прокладываем, реконструируем промышленные здания, склады строим. В принципе можем всё, – стараясь не вдаваться в подробности, ответила Соня.
– И техника есть?
– Что-то есть, что-то в аренду, – она не дала определённого ответа.
– И проектируете? – Валера выглядел слишком сильно заинтересованным.
– И проектируем, – Соня уже не знала, как отделаться.
– И разрешения все есть?
– Если ты о допусках, то есть.
– А клиентов где берете?
– В основном госзаказ, в торгах, конкурсах участвуем. Передай салат с рыбой, пожалуйста, – обратилась Соня к Андрею, надеясь перевести внимание Валеры на еду.
Андрей, казалось, в её беседу с Валерой не вникал и увлечённо смотрел «Голубой огонёк».
– А у тебя какая функция? – Валера был настойчив.
Соня посмотрела на Таню, она жевала уже третий салат и вообще не слушала, о чём они говорят.
– Документы, бумажки, закупки, – коротко ответила Соня.
– И финансы? – уточнил Валера.
Соня утвердительно кивнула.
– Это хорошо, – улыбнулся тот, – а «откаты» носите?
Это было уже слишком! Привыкшая к большой секретности в этом вопросе, (даже среди своих они об этом не говорили прямым текстом), Соня вконец разозлилась.
Посмотрев на Валеру в упор, без тени улыбки она сказала: – Конечно нет, ты о чём? Мы участвуем в конкурсах и тендерах на общих основаниях, и затем, согласно контракту, сдаём работу.
– А твоя жена, Андрюха, оказывается, виртуозно умеет врать, если б я не знал, как это происходит на самом деле, я мог бы и поверить, – засмеялся Валера.
– Ты знаешь, у моей жены много талантов, но вот склонности к вранью, я не замечал, надо будет понаблюдать, – Андрей взял Сонину руку и чмокнул костяшки её пальцев.
– Я серьёзно, Соня, – продолжал Валера, – наша больница планирует ремонт нескольких операционных в этом году, и дальше планы есть. Я думаю грех упускать нам с тобой возможность посотрудничать, – он многозначительно ухмыльнулся.
– Посмотрим, может быть, – неопределённо ответила Соня, понимая, что уж с ним точно дело иметь не станет.
– А у тебя есть визитка? – Валера же наоборот, был настроен решительно.
– Нет, на работе оставила, – соврала в очередной раз Соня.
– Тогда я Андрюхе потом позвоню, он нас с тобой свяжет.
– Ну, что вы всё о работе? – Таня наконец-то оторвалась от поглощения пищи. – У тебя язык вкуснейший, я прямо оторваться не могу.
И действительно блюдо, на которое Соня выложила варёные языки, было практически пустым.
– Кушай на здоровье, пойду, ещё принесу.
Соня встала из-за стола, захватив почти пустое блюдо и пошла в кухню.
– У тебя сигареты есть? – Таня припёрлась следом. – А то Валерка ругается, когда я курю, а сейчас так хочется.
– Да есть, – Соня протянула пачку «Парламента».
– Крепкие. Дорогие, – заметила Таня.
– Да на работе все их курят, ну и я уже привыкла, – Соню передёрнуло от того, что она должна оправдываться, почему курит именно эти сигареты.
Татьяна с удовольствием глубоко затянулась и, выпуская дым, спросила: – Когда рожать собираешься?
Вопрос Соне показался настолько неуместным, бестактным, ощущения, как будто наступили на очень больную мозоль сапожищем сорок пятого размера.
– А тебе не кажется, что это бестактно, каждый раз меня об этом спрашивать? Я с тобой сто лет не виделась именно из-за того, что ты считаешь себя вправе бесцеремонно лезть не в свои дела! – Соня говорила спокойно, тихо, но её потемневшие чёрные глаза выражали дикое бешенство.
Таня от неожиданности поперхнулась дымом.
– Соня, я не хотела тебя обидеть, – робко пролепетала она.
Но Соня уже не слышала её нелепых оправданий.
– Я бесплодна, – прошипела Соня. – Всё! Ничего не получается много лет, не могу! Ты довольна ответом?
Соня взяла ещё одну сигарету и, прикурив, отвернулась к окну.
Таня подошла сзади, тихонько обняла её за плечи и развернула к себе лицом.
– Это чушь, я слышала это и о себе, но Мишке уже три года, я дам тебе телефон хорошего врача, ты зря раньше не говорила, – прошептала Таня. – Андрей всегда говорил, что ты детей не хочешь в принципе, что это не твоё, и меня это злило, я ведь так мучилась, такими трудами нам Мишка достался, а тут у тебя всё в порядке, а тебе работа важнее, и дети тебе не нужны.
– Андрей так сказал? – Соне стало стыдно пред Таней. – Он наверно не хотел рассказывать подробности, – Соня как всегда пыталась оправдать мужа в чужих глазах.
– Успокойся и прости меня, что причинила тебе боль, всё будет хорошо. Тебе сколько? – Таня кончиком пальца вытерла слезу скатившуюся по Сониной щеке.
– Двадцать восемь, двадцать девять через полгода, – Соня хлюпнула носом.
– Ну, вот видишь, не сорок же девять, – Таня улыбнулась и прижала Соню к себе. – Я завтра позвоню и дам телефон, она классная тётка, всё будет хорошо.
– А что это мы тут делаем? – Валерка, немного качаясь, зашёл в кухню.
– Накурили, а теперь обнимаются. – Андрей тоже был уже нетрезв, но если пьяный Валерка был весел, то Андрей был мрачен, особенно, когда увидел всхлипывающую Соню. – Всё, девочки, мы хотим горячее.
«А она оказывается не такая уж плохая, может, зря я раньше так её не любила, – размышляла Соня, украдкой рассматривая Татьяну на протяжении оставшегося вечера. – Цвет волос конечно ужас, да и кофточка, но кто бы мог подумать, что у неё были проблемы… она всегда такая уверенная, наглая, всегда так хвалилась собственным счастьем…»
Гости ушли только в пять утра, оставив на столе кучу грязной посуды.
– Сонечка сама всё уберёт, не надо Танюша, – заплетающимся языком бормотал Андрей.
После сцены, увиденной на кухне, он как-то напрягся и делал всё для того, чтобы не оставлять Соню с Таней вдвоём.
Соня снесла посуду на кухню, всю перемыла. Андрей тем временем сдвигал стол и относил испачканную скатерть в ванную. Когда Соня вернулась в комнату, он уже лежал в спальне и громко храпел.
«Я так много всего хочу с тобой обсудить!» – подумала Соня, глядя на него.
Она выглянула в окно.
«Вот и Новый год наступил, что он нам принесёт? Мне?»
Почему-то очень хотелось плакать. Соня проглотила подступающие слёзы и отправилась в ванную.
Глава 6
Соня стояла в узком коридоре, ей было ужасно жарко, и глаза застилал туман.
