есть те самые кровожадные живодеры, которыми я постоянно пугал пса, когда он плохо себя вел на улице.
– Меня зовут Чен Хецай, а это господин Линь Янюан, – церемонно представились мужчины, после того как зашли в мой кабинет. – Я отец госпожи Чен Гуаньбин.
Несколько мгновений я молча смотрел на посетителей, ожидая продолжения. Потом, кажется, догадался, к чему они клонят.
– Вы… отец Синди?
– Да. Синтия Чен – ее американское имя. Означает «свет». Как и ее китайское имя Гуань. Но она предпочла сократить его до Синди, чтобы больше походить на жительницу Лос-Анджелеса.
– Понимаю…
Я разглядывал мужчин. Отец Синди, мистер Чен был компактным человечком с маленькими руками и ногами, его желтоватое лицо было изрезано глубокими морщинами, а редкие волосы тщательно зачесаны поперек черепа. Его спутник был выше на голову и отличался приятной полнотой и густой, едва тронутой сединой шевелюрой. Если бы не тяжелые мешки под глазами, я бы решил, что он значительно младше Чена.
– Чем я могу вам помочь? – спросил я.
Полный мужчина, который до этого молча меня разглядывал, неожиданно заговорил по-китайски.
– Извините, я не понимаю ни слова.
– Вы не знаете кантонский диалект?
– Ни кантонский, ни мандаринский, ни вообще какой-либо китайский.
– Очень жаль. Мы решили, что Гуаньбин именно поэтому обратилась к вам…
Мужчины снова быстро переглянулись.
– Мы бы хотели узнать, зачем к вам приходила моя дочь, – наконец отчеканил мистер Чен.
– Извините. Это дело между мной и моей клиенткой. Я не разглашаю подобную информацию.
– Вы знаете, что Синтия умерла?
– Знаю. Мне сообщили в секретарской фирме, в которой она работала. Я также пользуюсь услугами этой конторы. Именно так мы с Синди и познакомились. Примите мои глубокие соболезнования вашей утрате.
Мистер Чен поморщился то ли от соболезнований, то ли услышав сокращенное имя дочери, то ли у него просто была привычка сурово поджимать губы.
– Я ее отец! – громогласно заявил он. – Я имею права знать, какие дела вы вели с моей дочерью.
– Сожалею. Даже смерть клиентки не освобождает меня от обязанности хранить конфиденциальность. Я обязан только делиться с полицией информацией, которая имеет отношение к расследованию преступлений.
Посетители начали тихо переговариваться по-китайски.
– Тогда мы сообщим о вас в полицию! – наконец торжественно изрек Чен.
– Сообщите о чем? – опешил я.
– О том, что вы встречались с Синтией накануне ее смерти. Полиция обязана об этом узнать.
– Да на здоровье. Вот только мне интересно, как вы сами об этом узнали? Синди говорила, что не общается со своими родными.
И снова последовало длительное совещание на китайском. Периодически мужчины бросали в мою сторону оценивающие взгляды. Я пихнул под столом Гэри, который, кажется, окончательно уверился, что имеет дело с живодерами, потому что закрыл морду лапами.
– Мистер Стин, – наконец заговорил толстый. – Вы же частный детектив?
– Так написано на моей двери.
– И, как мы думаем, Чен Гуаньбин наняла вас для какой-то работы.
– Вполне возможно.
– Скажите, вы выполнили эту работу?
– Нет, – признался я.
– А сейчас у вас есть текущее дело?
– Ничего стоящего.
– Тогда мы бы хотели вас нанять.
– Нанять? Для чего?
– Чтобы вы доказали невиновность моего сына Линя Синчуна. Его арестовали и предъявили обвинение в убийстве Гуаньбин. Но мой мальчик этого не делал!
Глава 13
– Расскажите все по-порядку, – предложил я.
– Сяо11 Синчун и Гуаньбин были помолвлены, – начал мистер Линь.
Я вспомнил, что Синди рассказывала эту историю иначе. Договорной брак между детьми двух старых деловых партнеров, в который сами дети не собирались вступать. Во всяком случае Синди точно не считала помолвку настоящей. Но пока я решил не спорить с потенциальными клиентами. Зато решил на корню пресечь эту китайскую путаницу с именами.
– Мне будет намного проще, если вы будете называть ваших детей их американскими именами. Сяо и что-то там еще это…
– Эван, – выдавил из себя Линь. – На самом деле его зовут Синчун.
– Хорошо, давайте остановимся на Эване. А мисс Чен путь будет Синтией, если вам так не нравится имя, которое она сама для себя выбрала.
Ее отец вновь поджал губы.
– Синтия… была трудной девушкой. Своевольной, как ее мать. Она сбежала в Лос-Анджелес, сменила имя и отказывалась возвращаться. Мы обсуждали эту ситуацию с Сяо Синчуном и Лао12 Линем. Эван не хотел отказываться от Синтии. Он считал, что ей нужно время, чтобы… побороть искушения юности. Прошло почти три года. Мы снова встретились с астрологом и выбрали подходящую дату для свадьбы. Эван поехал в Лос-Анджелес, чтобы серьезно поговорить с Синтией и объяснить, что она должна вернуться в семью и выполнить свое предназначение. Ее брат, мой старший сын, с которым она продолжала переписываться, дал Эвану адрес квартиры, где она жила и работала с другими девушками. Эван приехал в Лос-Анджелес три дня назад. Остановился в гостевом доме «Зеленый дракон» в Китайском квартале, которым владеют наши давние друзья. Он как раз направлялся к Синтии, когда увидел, что она выходит из своего дома и направляется к вам на автобусе.
– Мой сын решил проследить, куда направится его невеста, – продолжил Линь. – Он проследовал за ней до этого здания, но не мог увидеть, в какой именно из офисов она зашла. Тогда он припарковал машину и стал ждать. Когда Синтия вышла, он посигналил ей и предложил отвезти обратно до ее дома. По дороге она сообщила, что ходила к частному детективу, но отказалась назвать причину этого визита. Они поругались. Синтия совершенно не желала прислушиваться к голосу разума. Она даже отказалась пустить Эвана в свою квартиру. Эту ссору слышали ее соседки по этажу.
– И что он тогда сделал?
– Уехал к себе. Эван был очень расстроен. На следующий день он пытался звонить Синтии, чтобы уговорить ее прийти в «Зеленый дракон» и поговорить в спокойной обстановке. Но ее коллеги отказывались звать ее к телефону, объясняя, что им нельзя пользоваться им в личных целях. Наконец Синтия ему перезвонила. Она согласилась с ним встретиться. Сказала, не может уйти с работы, потому что ее очередь дежурить, но вечером ее соседки по квартире отправятся развлекаться, и в это время он может прийти и с ней поговорить, если не будет отвлекать ее от приема звонков.
– И Эван?
– Конечно, он пришел. К девяти вечера, как они и договорились. Они проговорили около часа. То есть, наверное, меньше, потому что, по словам Эвана, Синтия постоянно отвечала на звонки и переключала кнопки между четырьмя телефонами, стоящими на ее рабочем столе. И ему удалось убедить Синтию перестать дурачиться и вернуться
