его дома. В тюрьму с собаками не пускают.
– Синди рассказала мне про собаку. Вообще-то она с детства боится собак… то есть боялась. Но этот пес ей понравился. Ей показалось, что он внимательно ее слушал.
Кажется, я прошел проверку.
– Почему вы поссорились по дороге к ее дому?
– Мы не ссорились, – устало махнул рукой Эван. – Ну, то есть мы просто спорили. Синди… поставила меня в довольно сложное положение. Я пытался урезонить ее, но она как будто обезумела. Что-то кричала про своего Акселя, говорила, что они начнут новую жизнь вместе…
– Она рассказала вам про Акселя Ферсена?
– О, да. Как я понял, он наобещал ей с три короба. Сами понимаете, я не мог рассказать об этом нашим родителям. Не знаю, что расстроило бы мистера Чена больше – что его дочь убили или что она встречалась с каким-то белым проходимцем.
– Но вы все равно собирались жениться на Синди?
Эван помолчал.
– Синди вам обо мне рассказывала? – наконец спросил он.
– Немного. Она сказала, что вы всегда были ее другом, почти братом, и что родители давно договорились о вашей свадьбе.
– Все верно. Другом. Я и не хотел быть никем больше, – Эван понизил голос и огляделся, словно кто-то мог нас подслушивать через стену. – Я… не мог, понимаете. Не мог быть ей хорошим мужем.
– Кажется понимаю, – кивнул я.
– Мой отец не должен об этом узнать! – Эван спрятал лицо в ладонях. – Я старший сын. Это… разобьет ему сердце. Синди знала. У нас не было секретов. С самого начала мы решили, что и правда поженимся, как того хотят родители. Будем притворяться ради них, но каждый будет жить своей жизнью. Это был бы идеальный вариант. Для меня, для родителей, но, как оказалось, не для Синди. В какой-то момент она вдруг решила, что хочет жить собственной жизнью, и сбежала в Лос-Анджелес. Я не мог ее в этом винить. И я не мог расторгнуть помолвку, чтобы не оскорбить мистера Чена. Не знаю, на что я надеялся. Я не такой смелый, как Синди, чтобы бросить семью и переехать из чайнатауна в квартал вокруг улицы Кастро. Когда отец спрашивал меня, почему я не встречаюсь с другими девушками, я отвечал, что все еще жду возвращения Синди. Я не думал, что отец и мистер Чен решат вновь назначить дату свадьбы. Мистер Чен хотел сам поехать в Лос-Анджелес и притащить Синди домой, даже если ему придется ее связать. Он думал, что люди из местной диаспоры ему помогут. Я… испугался. Что если мистер Чен насядет на Синди, она может раскрыть ему правду… обо мне, о наших отношениях. Поэтому я убедил родителей, что будет лучше, если поеду я сам. Ох, я не решился сразу зайти в дом, где она жила и работала, поэтому решил за ней последить. Если бы Синди была с кем-то снова помолвлена, я бы смог все объяснить мистеру Чену. Он бы, конечно, ужасно злился, но со временем они могли бы помириться… А я бы что-нибудь придумал, чтобы успокоить своего отца. Но то, что рассказала мне в итоге Синди… ни в какие ворота не лезло. Связь с мужчиной вне брака. С мужчиной, который исчез и скорее всего ее бросил. К счастью, она была не в положении. А она жалела об этом, представляете! Кричала мне, что если бы она носила ребенка Акселя, то он непременно бы к ней вернулся. А так она была уверена, что с ним что-то случилось, и утверждала, что непременно его разыщет. Ну, не дура ли?
– Наверное, она впервые в жизни по-настоящему влюбилась.
– В общем я вернулся в «Зеленый дракон» в полной прострации. Пытался придумать, какую историю рассказать предкам, но ничего путного в голову не приходило. И я решил, что надо еще раз попытаться поговорить с Синди, так сказать, на холодную голову. Я подумал, что если опять заявлюсь к ней на работу, то рискую нарваться на очередной скандал, поэтому просто стал ей названивать, пока она не согласилась со мной встретиться…
– И вы пришли к ней вечером, когда Синди была в квартире одна. Что тогда произошло?
– Ровно то, что я рассказал полицейским. Она приготовила чай, настоящий китайский, мы выпили и спокойно поговорили. Конечно, я немного умолчал о содержании нашей беседы, но суть ее передал верно. Синди неожиданно передумала. Она сказала, что готова вернуться со мной в Сан-Франциско и готовиться к свадьбе. Если все наши договоренности остаются в силе. Синди была полна планов… говорила, что мы можем начать собственный бизнес. Жить отдельно от родителей, без их постоянного контроля.
– Как вы думаете, почему она внезапно передумала?
– Не знаю. Хочется надеяться, что мои доводы на нее подействовали. И что она осознала, что эта история с Акселем никуда не приведет, а она так и может застрять на всю жизнь в тесной квартирке с двумя соседками, чтобы постоянно отвечать на телефонные звонки.
– Какой она вам показалась в тот вечер?
– Очень спокойной и собранной. Хотя… немного отрешенной. Как будто она неожиданно постарела за тот день, что я ее не видел. Акселя она больше даже не упоминала.
– И чем закончилась ваша встреча?
– Мы все обсудили и договорились, что она позвонит мне на следующий день, как только уладит дела с управляющей и соберет вещи. И еще ей хотелось попрощаться со своими подругами в этом доме. Синди теряла жалование, увольняясь одним днем, но она считала, что это не имеет значения. На прощание она меня обняла и сказала, что мы найдем способ быть счастливыми.
Глава 16
Теперь я окончательно убедился, что Эван Линь не убивал невесту. Хотя, насколько я мог судить, парень скорее предпочел бы отправиться на виселицу или сесть в тюрьму, чем признаться публично в истинной природе отношений с Синди и своих наклонностях.
И еще я был уверен, что перемена в настроении девушки, как и ее жестокое убийство непосредственно связаны с таинственным Акселем. За прошедший после нашей встречи день, пока я занимался розысками мистера Ферсена, Синди узнала нечто, побудившее ее полностью изменить намерения и согласиться вернуться в лоно традиционной китайской семьи. И это «нечто» могло касаться только ее возлюбленного. Вряд ли это решение стало следствием ее собственных раздумий или отчаянных просьб Эвана. Как я уже сказал парню, Синди явно была влюблена по уши, возможно, впервые в жизни, если она решила отказаться от поисков Ферсена и уехать из Лос-Анджелеса, тому должна быть серьезная причина.
