их к стене, удерживая там. Теперь, плотно прижатая к его твердой груди, я снова полностью в его власти. Он может делать со мной все, что захочет, и я почти ожидаю, что он прервет поцелуй, развернет меня и найдет новый способ унизить.
Но вместо этого он запрокидывает голову назад, закрыв глаза, с выражением мужчины, только что попробовавшего свой любимый наркотик. Он облизывает губы.
— Черт бы тебя побрал, Адалия, — произносит он низко, его голос стелется по моей коже, словно шелк. Это почти ласка, и я вздыхаю, как дура. Его грудь тяжело вздымается, прижимаясь к моим грудям, пока он вжимается в меня, крепко удерживая мои запястья. Когда его глаза снова открываются, они темно-зеленые, сверкающие в ночи.
— У меня есть идеальное место для сна для такой шлюхи, как ты.
ГЛАВА II — Темные секреты
Адди
Я не могу сказать, что не ожидала, что он запрет меня в комнате, которую он обставил как тюремную камеру в своем пентхаусе, но, похоже, он внес некоторые изменения.
Койка у стены была заменена железной кроватью с ржавой, но крепкой рамой. Матрас новый, но выглядит совсем не удобным — под ним видны пружины. Кровать гораздо больше той койки, на которой мы с Джаксом когда-то обнимались, когда он почти, совсем чуть-чуть любил меня, но она кажется куда менее уютной.
Тем не менее я измотана, одна и основательно оттрахана. Джакс даже не позволил мне принять душ, прежде чем закинуть меня сюда. Сказал, что хочет, чтобы завтра от меня пахло его спермой.
Я тру руки, пытаясь согреться, и направляюсь к кровати. Несмотря на ее простой вид, покрывало кажется плотным, а подушки — свежими. Я забираюсь под одеяло, сворачиваюсь калачиком и жду, пока простыни согреются от тепла моего тела. Это занимает время, ведь я пришла сюда замерзшая и мокрая.
Сон приходит быстрее, чем я ожидала. Веки тяжелеют, сердце немеет от эмоциональной перегрузки после всего произошедшего. Поездка сюда была самой неловкой в моей жизни: горячие слезы текли по моему лицу, пока я вспоминала нашу первую поездку в лимузине. Тогда он доводил меня до оргазма своим ртом, позволив мне использовать его, прежде чем сам начал пользоваться мной, потому что думал, что я слишком чистая для того, что он вписал в тот контракт. Тогда он хотел сделать наш первый раз незабываемым для меня.
И это был именно тот случай. Воспоминание, за которое я буду цепляться всегда, и которое этой ночью жгло меня, словно целый чертов рой пчел, пока мы с Джаксом сидели на противоположных концах кожаного сиденья. Он уткнулся в телефон, будто меня вообще не было. Я съежилась в другом углу, прикрытая лишь остатками моего костюма Ады-Роуз. Я все еще была полна его спермы, а он обращался со мной, как с грязью.
Когда я просыпаюсь, мне кажется, что я заслужила это. Все. В то же время по мне разливается странное облегчение — по крайней мере, правда раскрыта. Больше не нужно ломать голову, как улизнуть от охраны, чтобы добраться до клуба и помешать Снейку разрушить мою жизнь. Он все равно это сделал.
Воспоминания о прошлой ночи возвращаются ко мне, словно обрушивающиеся камни, пока я поднимаюсь с кровати, а пружины скрипят под матрасом. Этот звук отзывается в голове вместе с ужасной головной болью. В этой комнате нет естественного света, хотя вентиляция поддерживает свежесть воздуха, и я вдруг осознаю, насколько ценен простой дневной свет. Мои мысли уносятся к Джаксу в тюрьме строгого режима, где он, должно быть, месяцами лишен этой жизненно важной силы, которую так многие из нас воспринимают как должное.
Больше всего меня поражает осознание, что теперь Джакса снова вынуждают участвовать в нелегальных боях — и все из-за меня. Этот кусок дерьма Снейк все это время точил зуб на него и манипулировал мной, чтобы загнать Джакса в ситуацию, где он просто не мог отказаться вернуться к жизни, от которой так отчаянно пытался избавиться.
Мне нужно поговорить с ним. Хотя бы об этом. Он должен меня выслушать. Мы могли бы найти способ выбраться из всего этого вместе.
Не имея ничего, во что можно переодеться, я оборачиваюсь покрывалом с кровати и набираю код на панели у двери.
Ничего.
Лед пробегает по всему телу.
Он сменил его.
Я начинаю кричать, колотя кулаком по тяжелой двери, другой рукой придерживая покрывало на груди. Нет, этот ублюдок не мог так поступить со мной. Только теперь я осознаю, насколько сильно у меня переполнен мочевой пузырь, и что, возможно, придется писать где-то в углу. В этой комнате нет ни окон, чтобы впустить свет, ни уж тем более туалета. Он даже, ебаного, ведра не оставил.
Я бью по металлической двери еще сильнее, пока боль не начинает отдавать от кулака в кости рук, плечо и спину, пока не выматываюсь полностью. Я оседаю на пол, готовая уже нассать прямо здесь, когда тяжелые замки щелкают, и дверь открывается. Я отшатываюсь назад, уверенная, что увижу лицо Джакса, но вместо него это оказывается Никко. Лицо охранника, как всегда, бесстрастное, хотя я пару раз видела на нем эмоции, когда он был с Мией.
Эмоции ему, правда, совсем не идут. Рядом с ней он похож на озабоченного пса, жаждущего хозяйку. Контраст между Никко-охранником и Никко-любовником как между днем и ночью. Но Мие нравится его наивная, инстинктивная неопытность. Она говорит, что это делает его реакции более искренними, а ей нравится быть той, кто вводит его на «темную сторону». Я почти уверена, что ее чувства к нему не заходят дальше похоти, удовольствия, которое ее собственное долбанутое прошлое научило получать. Ей нравится делать из него своего щенка, подчинять его своей доминантности, но она никогда не влюбится в него. После того, что она пережила семь лет назад, это было бы настоящим чудом, если бы она смогла полюбить кого-то снова.
Никко ничего не говорит. Просто распахивает дверь и отходит в сторону, позволяя мне медленно подняться на ноги и протиснуться мимо него так быстро, как только могу, стараясь не поскользнуться. Мои глаза лихорадочно шарят по комнате в поисках Джакса, прежде чем я бросаюсь в гостевой туалет по узкому коридору за кухней, щурясь от резкого света, льющегося через окна во всю стену, которые занимают больше половины этого пространства.
Разобравшись с базовыми потребностями, я пробираюсь в ванную рядом с моей старой комнатой, чтобы взять зубную щетку и
