все остальное, что мне нужно, а потом отправляюсь в гостевую ванную и основательно отмываюсь. Она такая же большая, как комната в квартире, которую я когда-то делила с Мией на Верхнем Вест-Сайде, с встроенным душем и просторной ванной у окна с видом на городской пейзаж. Мое тело жаждет долгой горячей ванны, но душа требует Мию, так что я выбираю душ.
Я в спешке собираюсь, но когда прикладываю палец, чтобы вызвать лифт, устройство не реагирует. Я пробую снова и снова, шлепая по поверхности панели управления, которая должна была вызвать кабину.
— Мистер Вон изменил коды, — раздается голос Никко у меня за спиной. — Вы не можете покидать эту квартиру без его разрешения.
Я резко оборачиваюсь. Мои все еще влажные волосы хлестают по лицу, простое черное платье липнет к спине, которую я не успела нормально вытереть полотенцем в своей спешке.
— Он собирается держать меня здесь взаперти?
— Сегодня суббота. Вы не идете на работу в V.C., и мне сообщили, что ваше занятие в танцевальной школе тоже отменено.
— Отменено? Он отменил мое занятие? — выпаливаю я, но все, что вижу в ответ, — это бесстрастное лицо Никко.
— Никко, пожалуйста, я должна выйти отсюда, — умоляю я, переступая с ноги на ногу. — Я не могу быть взаперти, мне нужна Миа.
Он делает несколько шагов ко мне, и его лицо искажается пугающим образом, будто робот, который пытается выразить негативную эмоцию.
— Ты заставила Мию обмануть меня, чтобы сбежать в ночной клуб, — говорит он. Инстинктивно я отступаю назад. — Это поставило меня в очень сложное положение перед моим начальником. А теперь ты просишь меня помочь тебе?
Я с трудом сглатываю комок в горле. Что я могу на это ответить? Я действительно подставила его. Черт, я, возможно, даже испортила Мие ее игрушку. Если он так зол на меня, значит, наверняка сорвался и на нее. Еще одна причина, чтобы поговорить с ней как можно быстрее.
Мой взгляд опускается с его лица на его грудь в костюме, зная, что он держит телефон во внутреннем кармане пиджака.
— Я не успела взять свой телефон вчера вечером, — спокойно говорю я, осторожничая с ним, как с бешеной собакой. — Ты не мог бы хотя бы позвонить Мие, пожалуйста?
Никко сжимает губы, его жесткий взгляд пронизывает мои глаза. Я держу брови поднятыми, изображая невинность.
— Мне не разрешено совершать личные звонки, пока я на дежурстве.
— Тогда сделай это рабочим звонком. Можешь сказать Джаксу, что я настояла.
— Не думаю, что уступка тебе улучшит мое положение перед ним.
Я вскидываю руки в раздражении.
— Тогда спроси у него, можно тебе сделать для меня такую мелочь или нет.
Он продолжает смотреть на меня с плотно сжатыми губами. Видно, как ему не хочется этого делать. На самом деле, думаю, он бы с радостью снова запихнул меня в ту камеру, но, видимо, у него был приказ меня выпустить. Наконец, он достает телефон, нажимает клавишу и прикладывает его к уху.
Я напрягаю слух, надеясь хотя бы услышать голос Джакса. Никко поворачивается спиной и бормочет что-то о том, что я хочу увидеть Мию.
— Раз уж ты там, спроси, могу ли я получить что-нибудь поесть или он хочет, чтобы я сдохла от голода в углу, пока он не вернется, — выкрикиваю я ему вслед.
Он лишь мельком оборачивается через плечо и продолжает разговор с Джаксом, который заканчивается довольно быстро. Не удостоив меня ни словом о результатах их разговора, он бросает телефон мне. Я ловлю его, когда он ударяет меня в грудь, судорожно хватаясь за аппарат. Экран все еще разблокирован, так что я быстро перехожу в «Недавние» и набираю номер Мии.
Повторяя его движения, я поворачиваюсь и спускаюсь по мраморным ступеням с уровня лифта в залитую светом гостиную, останавливаясь у окна во всю стену. Я прикрываю нижнюю часть телефона рукой, как будто это микрофон, чтобы разговор между мной и Мией оставался приватным. В висках пульсирует напряжение от всех вопросов, которые роятся у меня в голове. Я не могу перестать думать, не злится ли Миа на меня за то, что я втянула ее в эту ситуацию. Еще несколько дней назад я не могла представить, что что-то может встать между нами, но этот дерьмовый расклад слишком уж уродлив.
Когда она отвечает сухо:
— Я думала, мы уже все обсудили, Никко, — я понимаю, что ее нежелание брать трубку было явно не из-за меня.
— Эй, это я.
Пауза. Затем слышится вздох облегчения.
— Адди, слава Богу, — выдыхает она, и мои плечи опускаются. За то время, что я ее знаю, у меня было немало моментов прозрения о ценности нашей дружбы, но ничего подобного этому.
— Я звонила тебе как сумасшедшая все утро. Девочки прислали мне несколько мутных видео с тем, что случилось в клубе. Господи, что он с тобой творил... — В ее последних словах звучит возмущение.
— Да, твой любимчик Джакс Вон, — говорю я, напоминая ей, как она за него ратовала, когда он впервые предложил мне этот контракт.
— Он долбаный ублюдок.
Я вздыхаю, пнув носком по подоконнику, пытаясь выбить из себя чувство стыда.
— У него были свои причины.
— Даже слышать не хочу, — перебивает Миа.
— Ты можешь... — я сглатываю. — Можешь приехать?
— Конечно. Проблема только в том, что нужно будет придумать, как попасть внутрь. Они вряд ли меня пустят.
— Пустят.
Я бросаю взгляд назад на Никко, стоящего у лифта, но наблюдающего за мной с таким враждебным видом, будто я могу сквозь стены исчезнуть, снова оставив его отдуваться перед Джаксом. Неудивительно, что он меня ненавидит. Вернуть его расположение будет непросто.
— Никко получил разрешение Джакса, чтобы я позвонила тебе. Уверена, его люди позволят тебе приехать.
— Я выхожу прямо сейчас.
Я слышу звук скользящей по дереву кожи, когда она подхватывает сумку с ящика у двери и отпирает замок.
Через полчаса лифт издает сигнал, и моя лучшая подруга врывается в квартиру. Я поднимаюсь с дивана, на котором сидела все это время, сжимаю колени, словно наказанная школьница. В тот момент, когда ее руки обнимают меня, я разрываюсь в слезах.
Я вцепляюсь в нее, обнимая так крепко, как только могу. Мне не хочется ее отпускать, я зарываюсь лицом в ее густые черные волосы. Проходит несколько мгновений, прежде чем мы разжимаем объятия. Она берет мое лицо в ладони, пристально изучая меня своими умными голубыми глазами. Убедившись, что я не ранена, она с облегчением выдыхает и усаживает меня обратно на диван, роняя сумку позади себя
