Менталист сидел напротив, расслабленно откинувшись на спинку стула, и в её волосах копошился явно не он, так причудливо разум истолковал чужое вмешательство. А вот рука… Может, тоже показалось?
— Простите. Я всё-таки причинил боль? — с искренним сожалением проговорил он, хмурясь. — Старался быть осторожнее…
— Нет, я ожидала худшего. Просто… почудилось что-то, — не стала бросаться она обвинениями, тем более мужчина уже вновь наматывал бусы на запястье.
— Я заметил, что защита мерцала. Сложности с контролем?
— Не могу одновременно думать о ней и анализировать другие ощущения, — честно пояснила она. — Но вообще это было странно…
— Что именно? — уточнил он.
— Мне казалось, взлом защиты — это больно. Звучит так, как будто это больно. А было даже почти приятно… Уютно как-то, словно под подушкой. Это нормально?
— Это… занятно, — странно улыбнулся дракон. — Возможно, я недооценил ваши способности, и полноценная «семёрка» с тенденцией к переходу на следующую ступень у вас уже сейчас. Но это странно, у вас точно ни у кого из родителей нет ментального дара?
— Я бы знала, — убеждённо отмахнулась Исса. — И да, я более чем уверена, что мама отцу не изменяла!
— Значит, это просто редкое стечение обстоятельств, такое тоже случается, — дракон поспешил погасить возмущение в зародыше. — В любом случае практика пойдёт вам на пользу. Обратили внимание на ощущения, когда защита получалась?
— Да. А как приятность ощущений связана с силой моего дара?
— Напрямую. Это примерно как уровень болевого порога: для кого-то нестерпимая боль, а для кого-то — приятное лёгкое покалывание. Утрированно, конечно. Я же не ставил цели непременно пробить вашу природную защиту, так и до серьёзной травмы недалеко, а мне не платят за то, чтобы калечил студентов, — как будто на полном серьёзе заявил он и вдруг решил: — А знаете, я передумал!
— Будете калечить? — нервно усмехнулась Исса.
— Летите мимо! — укорил преподаватель, опять разматывая артефакт. — Я передумал, простые тренировки — это скучно и долго, мы вас по-другому раскачивать будем. Давайте руку.
— Мне уже страшно…
— Да ладно, угрозы взлома вы, значит, не испугались, а простенькое упражнение — ужас ужасный. Вы же боевой маг, не знающий страха и сомнений!
— Описанный вами боевой маг — это мёртвый маг, нам так всегда Топаз говорит, да и не только он, — проворчала Исса. — И знаете, я им верю! Что вы делаете? — удивилась она, наконец заметив невидимую «подушку», вновь сдавившую голову.
— Ничего нового. Ставьте защиту и рассказывайте.
— Что рассказывать? Зачем?..
— Вам надо научиться держать защиту в фоновом режиме, постоянно, без концентрации на ней. Вот и продолжайте. Рассказывайте что угодно, я внимательно слушаю. Как выставка, например? Успели сходить?
— Нет, — грустно вздохнула Исса. — Я только обнаружила, что в эту седмицу уже не получится туда попасть, какое-то мероприятие по пригласительным, а это последний день. Так что упустила я свой шанс.
— А как вы успели проникнуться цветомагией?
— Ещё дома, в детстве. Мама любит искусство, она работает реставратором в музее, водила меня на все выставки с детства…
Под регулярные напоминания о защите Исса рассказывала о маминой работе и о ней самой. Тихая, мягкая, очень добрая женщина, Рисса всегда говорила, что ей очень повезло встретить Сурта, своего мужа — защиту, опору и буквально каменный утёс, за которым она могла укрыться от жизненных невзгод, и уверяла, что едва ли выжила бы без него. Отец всегда спорил, он терпеть не мог, когда она говорила о смерти — слишком беспокоился за хрупкую и нежную супругу.
— Всё же у вас замечательная семья, вам повезло с ними, — со светлой улыбкой заключил преподаватель. — У драконов есть поверье, что у любящих людей всегда рождаются одарённые дети. Ваш брат тоже талантливый?
— Очень, только беспокойный, неусидчивый и не знает, чего хочет в жизни. Я-то сразу определилась, чего хочу. Тоже благодаря музеям. Туда порой приезжала группа боевых магов на зачистку, я пару раз видела и восхитилась.
— Родители поддерживают?
— И гордятся! — тепло улыбнулась Исса. Вроде бы недавно виделись, а по семье она, оказывается, успела соскучиться. — Называют меня дома Солнышком. Я в бабушку такая рыжая, мама скорее блондинка, а отец — шатен. А у вас, наверное, тоже любящая семья? Если следовать поверью.
— В обратную сторону оно, увы, не работает, порой щедро одарённые природой дети рождаются в любых семьях, — иронично хмыкнул он. — Защита.
— Извините, было невежливо спрашивать, — напомнила себе Исса, с кем разговаривает.
— Ну почему, вполне справедливый и закономерный вопрос, я же вас расспрашиваю о детстве! — пожал он плечами. — Моих родителей поженили ради ментального дара, у отца сложный характер, а мать умерла, когда мне было шесть, я почти не помню её. Защита!
— Поженили? Какая дикость… — пробормотала девушка.
— Защита! Насколько знаю, они были не против и нормально ладили. Для менталистов сама возможность терпеть кого-то рядом достаточно долгое время — уже повод держаться за этого человека, — улыбнулся Цитрин. — Только, Неба ради, не надо меня хоронить! Я не драматический страдалец. Да защита же! Нет, определённо, вы слишком устали и рассеяны, да и выбор темы неудачный, — подытожил он, выпустив её ладонь. — Надо к следующей встрече придумать что-то менее эмоциональное. Про живопись будем разговаривать! Не цветомагией единой. И про Пустоту. — Дракон сноровисто намотал на запястье свой артефакт и уже вполне уверенно защёлкнул замочек. — Успеете дочитать книгу?
— Успею, наверное. А вы всё-таки дошли до специалиста? И как вам наши артефакторы?
— Вы были правы, — охотно поддержал он. — Тут отличные мастера, а кое с кем я, оказывается, приятельствовал во время учёбы. Так что не только быстро получил новую застёжку, но вспомнил юность и некоторые её приятные моменты. Очень неожиданно, что в университете занимаются не только обучением, но и разработками. Оказывается, одноразовые порталы ближнего действия разработали именно здесь, причём мой знакомый в этом участвовал! Потрясающе. В столице они лет десять назад произвели огромный фурор, особенно в уголовном розыске.
— Положительный?
— Увы, — рассмеялся он. — Не знаю, как именно они утекли не в те руки, но сыскари рвали и метали, когда пара преступников ускользнула прямо из-под носа.
— А тут
