прижав к себе подушку.
Она уже умылась и вроде как даже не собиралась больше реветь, но я видела, что дочь очень расстроенна из-за случившегося.
— Принцесска, бывает, что даже самые лучшие папы заводят себе еще детей. Только уже не с мамой. Вот у меня так было в моей коальей стране!
Далее последовала история Люси в таком духе, который был призван, чтобы успокоить Катюшу, на самом же деле, он ее сильно озадачил. И насколько же легче всем нам жилось без Сергея Громова!
По мере того, как я сочиняла всякую милую чушь про то, что у Люси была подруга, которая родилась от папы-коалы, у которого в прошлом была семья, размышления мои все сводились и сводились к тому, что с Громовым нам придется общение ограничить. И пока оно не успело войти в стадию пикников и прочей ерунды, нужно будет сказать ему, чтобы не давал Катюше ложных представлений о том, как мы втроем станем общаться дальше.
Наконец дочь успокоилась и села смотреть мультики, а я вернулась на кухню к деду и подруге. Про обед было забыто, его на данный момент составляли напитки успокаивающего характера. И судя по тому, что с хереса уровень поднялся до самогонки, переживали все…
— Геленька, я не думал, что этим закончится! Задремал, старый пень… правильно меня Сергей называл! — сообщил мне дедуля, что подняло в душе настоящую бурю.
— Не нужно говорит, что Громов был хоть в чем-то прав! — возмутилась я в ответ. — Если бы не он, не было бы всей этой ситуации!
Я сложила руки на груди и нахмурила брови, глядя на дедушку и Валю.
— Лин, ты бы ему позвонила и поговорила, а? — сказала подруга.
И в целом, я бы так и сделала, когда бы хоть немного успокоилась. Но сейчас, когда на лице Валентины я прочла, что она как будто бы на стороне Сергея, меня это разозлило.
— Поговорю и он что сделает? М? Приедет? Так если будет сюда наведываться по поводу и без, то, чего доброго, скоро его вообще придется у нас поселить!
Конечно, я утрировала. Это происшествие с Родниной было единичным пока что случаем. Но мне хотелось хоть отчасти выплеснуть все то, что бушевало внутри. Такая возможность предоставилась сама по себе.
Не успела Валентина ответить, как в дверь позвонили. И я, пулей вылетев в прихожую и открыв какому-то визитеру, с удовлетворением воззрилась на того, кто и заслужил сейчас все кары небесные.
На пороге моей квартиры стоял Сергей Анатольевич Громов.
— Судя по твоему виду, произошло что-то из ряда вон выходящее, — сказал он ровным тоном, но я видела, что бывший муж сильно взволнован.
Интересно, какова причина его нынешнего визита? Я ему на Ульяну не жаловалась, Катюша тоже была постоянно в поле моего зрения… Не дед же ему позвонил? Или он уже успел посмотреть видео в новостях?
— Произошло еще в тот момент, когда ты появился на пороге моего дома в первый раз, Громов.
Я сложила руки на груди и, не сдержавшись, поморщилась от боли. В мои планы впускать Сережу в квартиру не входило. Но он, заметив мою скривившуюся физиономию, сделал шаг вперед, оттеснив меня вглубь прихожей. Закрыв за собой дверь, взял мою руку и, перевернув ее, нахмурился.
— Старый хре… Дед Семен сказал, что ты гнала мою бывшую со двора крапивой.
Я попыталась вытащить ладонь, но мне это сделать не удалось.
— А ему-то зачем тебе звонить? — искренне удивилась я, пока Сергей вел меня в сторону ванной.
В моей квартире Громов выглядел и действовал так, как будто это он был здесь хозяином, а не я. Сначала непримиримо усадил меня на бортик, затем осмотрелся.
— Видимо, для того же, для чего он и привел ко мне Катю в офис. Сказал мне, чтобы я приехал и все решил. Я приехал и сейчас все решу.
С этими словами он вышел из ванной, куда секундой позже заглянула Валя со вновь наполненным бокалом.
— Мать… Он там лед ищет. Я это… с дедом ко мне пойду, чтобы вам тут не мешать, ладно?
Я очень тяжело вздохнула. Злость испарилась, но вместо нее пришла какая-то усталость. Валентина была права — лучше уж мы втроем все обсудим безо всяких ушей. Даже самых дружеских.
— Созвонимся, Валь, — кивнула подруге.
Пока вернувшийся Громов занимался моей рукой, прикладывая к ней лед, дедуля и Валя ушли в сопровождении запасов самогонки, я же сказала Сергею:
— Если коротко — твоя бывшая, или настоящая, мне все равно, пришла на прогулку к Кате и сказала ей, что вы собираетесь пожениться и у вас скоро появится ребенок.
Я едва договорила, как Громов сильнее вжал в мою несчастную ладонь пакет со льдом. Да так, что я даже охнула.
— Прости, — сказал Сергей. — За все сразу. И нет, мы с Ульяной не собираемся жениться. Что же касается детей…
Я даже застыла на месте, слушая, что он скажет дальше. Мне нужно было знать это для Катюши. Ведь если Громов хочет завести потомство с Родниной, это ударит прежде всего по нашей дочери.
— У нас был биоматериал в клинике. Ульяне нельзя иметь девочек, поэтому если бы я решил завести от нее ребенка, она бы выносила эмбриона-мальчика. Однако я не только отозвал договор с клиникой через адвоката, но и попросил его проследить за тем, чтобы все будущие дети были… уничтожены.
У меня аж мурашки по спине побежали от того, что именно было произнесено и каким спокойным и безэмоциональным голосом говорил это Громов. Нет… я очень далека от таких вещей, которые себе могут позволить влиятельные и богатые люди. И слава богу.
— Этих подробностей я прошу Кате не говорить. Достаточно будет, если скажешь, что вы хотели завести семью, но передумали, а Ульяна этого пока не поняла, — проговорила я, когда Сергей с самым сосредоточенным видом наносил мне на ладонь противоаллергическую мазь.
— Хорошо, — просто ответил он.
— Я пока сумела ее успокоить, рассказав, что разные папы, бывает, рожают детей от других женщин…
— Я не собираюсь рожать детей от других женщин! — запальчиво проговорил Громов.
Он посмотрел на меня прямо и открыто, затем его взгляд скользнул к моим губам. Я пробежала по ним языком, потому что они пересохли, а когда глаза бывшего мужа загорелись потусторонним огнем, порывисто вскочила с бортика.
— Идем. Сначала ты поговоришь с Катей, потом я приготовлю обед… — сказала, чтобы хоть чем-то скрыть то волнение, которое меня обуяло.
Я боялась верить Сергею, но то, что он говорил, было самым
