уродцев сыпалась ржавчина вместе с кусками истаявшей плоти, но кадавр упорно стремился наверх.
Вот и люк, так беспечно брошенный душегубами. Сява толкнул его раз, другой, и накиданная впопыхах сверху труха поддалась. Мертвец выбрался на поверхность, а вслед за ним в мрачный подвал заброшенной высотки хлынуло море исковерканных крошечных тел.
Туда, где они безошибочно чуяли жизнь, туда, куда пока не добрались наши герои.
12 лет назад
– Профессор, а вы уверены, что это безопасно? – лаборант склонился над плотно закупоренной колбой.
Мерцая золотистыми искрами, жидкость лениво вращалась за стеклом и, казалось, дышала янтарными всполохами, отражаясь в глазах лаборанта.
– Исупов, осторожнее с ней! – заволновался профессор. – Что ж вы криворукие такие? Ты ещё специально об пол её грохни, как раз и посмотрим, как искорёжит тебя! – сердито хмурясь, учёный обернулся на железные стеллажи с банками, где в желтоватой прозрачной жидкости плавали черноглазые плоды неудавшихся экспериментов.
– Ну что вы, профессор? Я сама аккуратность, – ничуть не смутившись, лаборант дрожащими пальцами подхватил колбочку и поднёс поближе к глазам, любуясь янтарными переливами в голубом освещении подземной лаборатории. С минуту следил он восторженным взглядом за игрой жидкого золота, а затем с разочарованным вздохом убрал ту подальше, в железный вместительный сейф.
– Даже представить себе невозможно, как должно выглядеть существо с такой кровью? Почему же нам не предоставили труп? Как мы должны в таких жёстких условиях вывести им жизнеспособный разумный гибрид?
– Голубчик, вы ещё так молоды и наивны! – глянул на лаборанта профессор из-под огромных очков. Как они только держатся на хищном носу? – Военным нет никакого дела до наших условий, им нужен лишь результат, и как можно скорей, – последние слова профессор произнёс настолько тихо, что молодой человек едва их расслышал.
Виновато покосившись на стеллажи, он торопливо стянул перчатки и почесал вихрастый затылок. Безусловно, профессор прав, и тем не менее спонсорская помощь лаборатории бы не помешала. Обновить бы тут всё оборудование, заказать новенький цифровой микроскоп… А сейчас… Ну никаких же условий! Результаты им подавай, понимаешь ли… Глядишь, так и совсем прикрыть могут. С военных станется. Наверняка в городе понатыкана чёртова уйма таких вот подземных комплексов. Одним больше, одним меньше… Окинув придирчивым взглядом просторное помещение, Исупов обречённо вздохнул. Что ж, придётся работать с тем, что есть, пока вообще есть где работать.
Профессор тем временем согнулся над микроскопом, в который раз внимательно наблюдая за тем, как лучистая кровь неведомого существа стремительно пожирает алые капли, перестраивая под себя человеческую ДНК. Как ни старался учёный муж, а всё никак не получалось создать сложное взаимодействие путём ослабления агрессивных импульсов и получить положительную динамику ускоренной в несколько тысяч раз эволюционной стратегии. Другими словами, внедрить чужеродную ДНК в ДНК человека так, чтобы получить симбиоз, а не полное поглощение человеческих клеток.
Учёный глубоко задумался, наблюдая в окуляр, как медленно, но уверенно алый становится золотым. Он не заметил, как капелька пота скользнула по щеке вниз, на мгновение зависла на подбородке и плюхнулась, угодив прямо в хитросплетение клеток.
Реакция не заставила себя ждать. В считанные мгновения субстанция зашипела, вспенилась и, едко дымя, расползлась за пределы предметного столика.
Раздался хлопок, стекло лопнуло, брызнув осколками, и рассекло учёному бровь. Прежде, чем он успел отскочить, горячая кровь окропила стол, смешалась с пузырящейся жидкостью и стремительным бурным потоком сверзилась на пол.
– Код красный! – исступлённо заорал профессор, в ужасе пытаясь стряхнуть с ботинок янтарные брызги, но те лишь расползались и множились, заползали под брюки, внедрялись под кожу, радикально изменяя кровь. Учёный уже не кричал. Вытаращив глаза, он безмолвно разевал рот, безвольным кулём сползая по стенке.
Ошарашенный лаборант, не сводя глаз с золотистой субстанции, пятился к выходу. Руки мелко тряслись, и ему не сразу удалось распахнуть дверь. Опрометью кинулся он по подземному комплексу, вопя «Красный код!» и натыкаясь на растерянных коллег в белых халатах, а дверь за спиной содрогалась от гулких ударов. В напряжённую атмосферу ворвался пронзительный звук сирены, это кто-то всё же додумался дёрнуть тревожный рычаг.
Панический топот ног и механический вой перекрыл другой мощный звук – оглушительный звон бьющегося стекла. Янтарный поток, искрясь и играя в электрическом свете, разорвал изнутри, казалось бы, непробиваемое окно злополучной лаборатории и вырвался в коридор, настигая зазевавшихся работников и пополняя свою армию новыми марионетками.
Кряжистые серокожие существа с огромными миндалевидными глазами ринулись вслед за людьми. Во взглядах мутантов горела лишь ярость, голод и жажда. Остатки человеческой сущности, безжалостно отброшенные на задворки изменённого разума, перекрыл близкий запах добычи и возбуждающий аромат тёплой живой крови бывших коллег. Быстрыми скачками неслись они за вопящими жертвами, растопырив длинные руки с суставчатыми когтистыми пальцами. Из раззявленных пастей с огромных клыков падала хлопьями жёлтая пена. Настигнутые бывшие сослуживцы дико визжали, но тотчас замолкали, пополняя стаю чудовищ новыми членами.
У единственного выхода из подземного комплекса гудела толпа. Некогда степенные и воспитанные люди сейчас сами уподобились диким зверям. Ужас и паника лишили рассудка, соскребли лоск человечности, обнажив первобытный инстинкт – спасти свою шкуру любой ценой. И они напирали, давили друг друга, расталкивали и разбрасывали бывших друзей, слепо подчиняясь безусловным рефлексам.
Двери лифтовой шахты дрогнули, мотор загудел, и лифт медленно двинулся вниз.
Когда наконец-то раскрылись створки и толпа хлынула внутрь, их отбросило назад шквальным огнем. Несколько человек в костюмах биологической защиты безжалостно зачищали заражённый объект, разрывая железными осами всех без разбора.
Янтарный поток дрогнул перед струёй огнемёта, и вскоре всё было кончено. Покидая пылающий ад, чистильщики с бледными лицами осматривали друг друга, чтобы, не дай бог, не принести в мир хоть частичку вырвавшейся на свободу чужеродной заразы.
Глава 3
Сознание возвращалось медленно. Где-то на периферии упрямо пульсировала какая-то назойливая мысль, но каждый раз, когда он пытался ухватить её за хвост, беспомощно ускользала. Поднявшись на нетвёрдые ноги, Андрей уставился на товарищей.
– Эй, лежебоки, с вами всё нормально?
Второй поднялась Люська и повернулась к Андрею.
– Да, всё отлично. Что это было? – покачнулась она и схватилась за стену.
– Да хрен его знает, – поморщился тот, тщетно пытаясь воссоздать в памяти последние события.
– Жрать хочу! – зарычал Эдик, суетливо вскакивая и отталкивая прислонившуюся к стене Люську.
– Тебе лишь бы пожрать! – возмутилась девочка, роняя на пол каплю вязкой жёлтой слюны.
Но Эдик ей не ответил, он уже выскочил через дыру и неистово нёсся по коридору. Не сговариваясь, друзья припустили за ним.
Андрей подскочил к лестнице, когда Эдик уже скрылся в просвете настежь распахнутого люка. Грохот стрельбы и резкие крики
