Сегодня вечером его ждет настоящее веселье.
Выскальзывая из машины, я оглядываюсь через плечо и, конечно же, вижу, что большой черный автомобиль останавливается всего в нескольких машинах от меня.
Я машу ему и смеюсь про себя над неожиданным поворотом событий, в который превратился мой вечер.
Я запираю машину и иду по улице. Мне нужно немного пройтись пешком; вы не можете привезти такую машину в такое место, как это, и ожидать, что все пройдет хорошо, поэтому я обычно паркуюсь в нескольких кварталах.
Я бросаю взгляд на свои потрепанные кроссовки и обрезанные джинсовые шорты. Вечернее платье и туфли на каблуках, в которых я вышла из дома, брошены на заднее сиденье моей машины и ждут, когда я вернусь и надену их снова... В конце концов, все дело во внешнем виде.
Мой отец даже не знает, что у меня есть такая одежда, как та, что сейчас на мне. У него, наверное, случился бы сердечный приступ, если бы он увидел меня в этом, но я люблю выделяться, а в обуви за три тысячи долларов этого не сделаешь.
Я слышу вдалеке топот и ускоряю шаг. Надеюсь, этот здоровяк готов двигаться быстро — ему придется это делать, если он думает, что сможет за мной угнаться.
Я пробегаю последний квартал и заворачиваю за угол, мгновенно высматривая в толпе ярко-рыжеволосую девушку, которая, я знаю, должна быть здесь.
Кортни — единственный человек в моей жизни, которого я бы считала настоящим другом, но она даже близко не относится к тому типу людей, с которыми мне позволено проводить время на публике.
Моего отца хватил бы удар, если бы он узнал, что я провела бессчетное количество вечеров на темных улицах с женщиной, у которой пирсинга больше, чем я могу сосчитать.
Я запрыгиваю на бетонный столб и оглядываю переполненный тупик; здесь, должно быть, около двухсот человек.
Я замечаю Корт с другой стороны толпы и спрыгиваю вниз.
Я чувствую, что кто — то смотрит мне в спину, и предполагаю, что Джаред последовал за мной… прямо сюда, в самую гущу событий.
Это вызывает у меня улыбку.
Он хотел узнать, какие танцы мне нравятся… что ж, скоро он это выяснит.
Я проталкиваюсь сквозь толпу, пока не нахожу Кортни и нескольких парней из нашей команды.
— Кей! У тебя получилось! — кричит она, протискиваясь мимо одного из них, чтобы обнять меня.
Парни приветственно кивают мне.
Я смеюсь, когда она крепко сжимает меня в объятиях.
— Здесь много народу, — выдыхаю я, когда она наконец отпускает меня.
— Сегодня пришли все. Я так рада, что ты здесь, у меня есть кое-что новое, что я хочу обсудить с тобой.
Корт — сугубо уличная танцовщица, у нее нет никакого формального образования, и это то, что мне больше всего нравится в ее стиле — он на сто процентов ее, единственный недостаток в том, что у нее проблемы с хореографией.
Вот тут-то я и вступаю в игру.
Я люблю танцевать, но планировать программу... продумывать шаги... это то, чем я могла бы заниматься в своей жизни — если бы у меня была нормальная жизнь, конечно.
— Детка. — Она наклоняется и шипит мне. — Не смотри, но вон тот красавчик пялится на тебя.
Я забавно качаю головой.
— Здоровяк?
— Типа «Я мог бы без проблем таскать тебя по спальне» большой. — Она кивает.
— Он телохранитель, — объясняю я, закатывая глаза.
Ее глаза расширяются.
— Ты привела своего телохранителя?
Я смеюсь и беру ее за руку.
— Боже, нет, он чей-то еще телохранитель… он следит за мной, чтобы убедиться, что я не нападу на его босса или что-то в этом роде.
Она запрокидывает голову и смеется.
— Девочка, у тебя сумасшедшая жизнь.
Она здесь единственный человек, который хоть что-то знает о моей реальной жизни.
— Но, серьезно, он смотрит на тебя так, будто ты собираешься стать закуской.
Я хихикаю. Вероятно, она не ошибается.
— Привет, Кей. — Один из парней, здороваясь со мной, оценивает взглядом мой наряд — он классный танцор хип-хопа и чертовски талантлив — так что я терплю его постоянные взгляды.
— Как дела, Роббо?
— Ты сегодня сумасбродничаешь, девочка?
Я фыркаю от смеха.
— А когда я этого не делаю?
Его взгляд натыкается на что-то за моим плечом, и он хмурится.
Я смотрю туда же, куда и он, и вижу Джареда, который просто стоит там и открыто пялится на меня.
— Халк запал на тебя, девочка. — Корт теряет голову от радости.
— Игнорируй его, притворись, что его здесь нет. — Я тяну его за руку, чтобы она отвернулась от моей новой тени.
— Ничего не выйдет, Кей. — Она снова поворачивается и пытается помахать ему.
Я отталкиваю ее руку.
— Успокойся, девочка.
— Вы в порядке, Кей? — натянуто спрашивает Роббо, все еще с опаской поглядывая на Джареда.
— Все в порядке. Он со мной, у нас все хорошо… просто не обращай на него внимания, честное слово.
Роббо выглядит не слишком убежденным, но не настаивает.
— Где все?
Вольф, один из парней, громко свистит и кричит:
— Йоу, командный сбор.
Команда собирается вокруг, всем не терпится увидеть, что мы будем делать сегодня вечером.
Мы будем танцевать — это не битва, здесь нет войны за территорию, нет борьбы за власть или чего-то подобного, что вы видите в кино.
Здесь просто кучка танцоров, которые хотят показать себя с лучшей стороны — делайте свое дело.
У большинства людей в этих кругах нет ничего или почти ничего, но у них есть танцы. Эти три с половиной минуты между началом трека и его окончанием — их счастье.
Это не значит, что здесь нет никакой опасности — как известно, всякое случается, — но, по большей части, дальше танцпола дело не заходит… на какой бы случайной улице этот танцпол ни находился.
— Слушайте! — гремит Вольф, когда мы все сбиваемся в кучу.
Разговоры стихают, и все смотрят на меня.
Официально я не являюсь лидером нашей маленькой группы, но, кажется, все всегда обращаются ко мне за советом.
— Ребята, вы готовы сделать то, что мы отрабатывали?
Они все кивают в унисон, на их лицах расплываются радостные улыбки.
— Да, черт возьми, — восклицает Корт.
Мы собираемся вместе и тренируемся примерно три раза в неделю в парке в центре города или в общественном зале… никогда и нигде подобном модным студиям, за танцы в которых я плачу целое состояние.
Это первый раз, когда мы будем исполнять новый номер перед кем-то, кроме нас.
— Думаешь, у нас получится, Кей? — нервно спрашивает меня
